Оригинал материала
Егор Бероев отрекся от отца
Вадима Михеенко зрители помнят по фильмам «Цвет белого снега» (дуэт с Мариной Неёловой) , «На край света» режиссера Родиона Нахапетова, «Время выбрало нас» Михаила Пташука. Яркий, талантливый, мог бы стать настоящей звездой. Однако промелькнув, исчез из поля зрения поклонников. Немногие знают, что Вадим – отец Егора Бероева. Вадима Ивановича мы разыскали в Петербурге, где он живет. О съемках в кино Вадим Иванович давно не помышляет. Вел курсы актерского мастерства, преподавал в том числе за границей. Пишет стихи, выступает с творческими вечерами.
«Неёлова — чудесная девчонка, пацанка»
– Поклонники, которые вас помнят, сравнивают вас, молодого, с Александром Абдуловым.
– (искренне смущается) Что вы, сам я никогда не считал себя хорошим актером. Абдулов же – гениальный артист. Помню, я смотрел спектакль «В списках не значится» - он потрясающе играл. После спектакля я пошел за кулисы, высказал свое восхищение и пригласил на «Мосфильм». На «Мосфильме» режиссер Родион Нахапетов как раз снимал «На край света». Я их познакомил - думал, может быть , предложит Абдулову роль? Они поговорили, но Нахапетов взял Ростоцкого.
О вас очень мало информации в актерских энциклопедиях. Пишут: пошел поступать за компанию с другом, друг провалился, а Вадим поступил.
Друг - Андрюха Румянцев – не поступил, пошел в педагогический. Мы и сейчас дружим, я был на его 61-летии. Он на год меня старше – когда я поступал, мне было 16. Друг на меня не обижался, он вообще ни на что не обижается. Этот человек научил меня философскому отношению к жизни. За что я ему очень благодарен.
– Родители ваши не имели отношения к искусству?
– Нет. Папа - финансовый работник, мама кассир. Они ссорились. Когда учился на втором курсе института, ушел из дома, ночевал где придется – не люблю скандалы. Позже родители развелись, разъехались. Изредка перезванивались. Мама все равно беспокоилась об отце. И, когда он несколько дней не отвечал на ее звонки, мама забеспокоилась, поехала туда, где он жил, вызвала милицию, потребовала ломать дверь. Дверь сломали. Оказалось, отец умер.
– Вы снимались с Мариной Неёловой. Она красавица. Признайтесь, были влюблены?
– Маринка - чудесная девчонка, пацанка. Как-то я провожал друзей на вокзале, вдруг кто-то подбегает - бабах меня по животу. Маринка! На съемках она очень помогала. Не свысока, а очень по человечески. Я же учился на втором курсе, а она уже закончила театральный институт. Но я не ухаживал. Я был слишком юн и не знал, что такое – ухаживать. Мне очень нравилось жить. Мир казался волшебным, казалось, что добро везде, казалось, что милиционеры помогают людям.
Сначала я даже хотел стать милиционером и помогать, помогать всем. Люблю розыгрыши. Когда начал работеть в Рижском ТЮЗе, меня ввели в спектакль вместо Виктора Гвоздицкого. И вместо того, чтобы произнести фразу «А что бы сказал дядя Гаагик?». Я в шутку (схулиганил!) сказал: «А что бы сказал дядя Гвоздик?». После этого меня вызвал к себе главный режиссер театра и, сурово насупив брови, попросил впредь не допускать вольностей. Меня ругали, но несильно.
Искусство, поверьте, от моих шуток не страдало. (улыбается)
В театре Моссовета, куда я поступил служить позже, шутить было опасно. Там коалиции внутри, кто-то против кого-то дружил. Мне безумно нравился Леонид Марков. Хотя почему-то слыл хамом - потому что ни с кем не разговаривал. Он просто был выше всех склок. Как-то меня вводили в спектакль, дядя Леня подошел и стал объяснять мне, как надо играть эту роль. А я ему возбужденно и мотивированно рассказал о своем видении роли. Он покивал головой, и больше со мной не разговаривал. Я думал - обиделся. Но вот на съемках фильма «Время выбрало нас» мне вдруг говорят: «Марков передавал тебе привет. Сказал, что ты хороший человек и артист». Позже мы подружились. Как он играл! А как – даже не пел, а проговаривал песню в спектакле «Вечерний свет» - «Гори, гори моя звезда». Это была молитва, что-то божественное. В последний раз мы встретились на «Ленфильме». Обнялись, выпили, поболтали. Я проводил Маркова на поезд… Вскоре дяди Лени не стало. Уходят люди. А мы не успеваем им сказать, что они красивы, добры и прекрасны. Поэтому сейчас тем, кого искренне по – человечески люблю, стараюсь об этом сказать. Друзья пугаются: «Что с тобой?!». А я отвечаю: знаете, кому-то уже не успел сказать...и это горько.
«Дали два года за то, что меня же избили»
– Каким запомнился Петр Вельяминов, с которым вы тоже общались?
– Я знаю двух артистов, которые сидели в тюрьме – Вельяминов и Жженов. О Жженове говорить мне , пожалуй, не интересно. А Вельяминов - он такой человек (сложно говорить о светлых ощущениях общими фразами...), рядом с которыми мне было легко и просто, тепло и поучительно. А с каким уважением он относился к окружающим, в том числе молодым. А с каким наслаждением играл!
– Тюрьма его не озлобила?
– (задумывается) Не думаю, что озлобленность может возникнуть только от тюрьмы.Хотя, конечно, злость есть. Меня же тоже сажали на два года. За то, что те, кто меня избил, были богаты. А я был глуп и верил в правду. Думал, что всё, как кино… А свидетелей моих Нашлись и свидетели, которые на самом деле ничего не видели, но сказали то, что им велели. Мне стало плохо, когда я читал их показания. Вызвали скорую, приехали врачи, а «следачка» бегала и кричала: «Он играет, он артист!». Одного из свидетелей я потом встретил на улице. Он музыкант. Подошел, и как-то виновато пригласил на свой концерт. Я ответил, что знать его не знаю. Могу позволить себе не общаться с теми, кто мне неприятен?
(пауза) Я очень не люблю грустных воспоминаний. Не могу писать, когда ощущаю несправедливость, злость, агрессию. А несправедливости сейчас много. Скандал с этими девчонками из «Пусси Райт»... На удивление, столько озлобленности обнаружилось у верующих людей... Интернет разорвала их ругань... Читал и удивлялся... Понимаю, что Пусси — только повод для конфликта.
Я противник. Но я не борец. Борьба для меня - не выход. Мне больше нравятся вопросы, чем ответы, философия – наука, которая задает эти вопросы. Люблю работать со словом, слово помогает давать определения обуревающим чувствам. Последнее хулиганство, которое совершал, - когда напивался водки, выходил на улицу. Идут какие-нибудь двое, мужчина и женщина. Я их останавливал и говорил, серьезно глядя в глаза: «Вам. И Вам. Я желаю счастья». И они улыбались в ответ. Когда меня кто-то обижает, я принимаю. Иначе как получается? Один обидел меня, я обиделся и пошел обидел другого, тот обидел третьего – замкнутый круг. Не надо продолжать эту цепочку обид.
– Извините, что задаю личный и больной вопрос. Почему не сложились отношения с мамой Егора?
– Это была любовь, большая и сильная. Егор - дитя любви. Почему мы расстались? Поймите, что если я начну рассказывать, то причиню неудобство людям, которых я по-прежнему люблю. Просто я не подходил Ляле Бероевой, так решила ее мама. И сделала все возможное, чтобы мы расстались. Бороться за семью? Скандалы устраивать? Был маленьким Егор, ребенку надо расти в нормальной обстановке.Могу сказать только, что мы с Лялей, конечно же, встречались и после развода. И разговаривали, и строили планы на будущее. Хотели потом, когда пройдёт время, соединиться снова. Но — увы.
Сейчас мы не общаемся. Не хотят? Значит, не нужен. Наверное, отцовское чувство, которое всё-таки нуждается в воплощении, я перенес на своих учеников, с которыми позже организовал свой театр «Терра Мобиле».
А тогда... Ушёл из театра, вернулся в Ленинград, закончил аспирантуру, преподавал актёрское мастерство в Питере, в Англии, во Франции, в Швеции, в Италии… В Италии работаю до сих пор, меня там называют «легендой школы»…
– В Москве бываете?
– Не могу заставить себя туда поехать, не люблю большие города. Хотя большое количество знакомых в Москве, многих тепло и с благодарностью вспоминаю. Например, Лешу Кузьмина - я у него жил после развода. Они с женой освободили для меня комнату. Не жалели, а просто по-человечески отнеслись. Волшебные люди!
– А сниматься в кино?
– Меня приглашали. Но, во-первых, мне уже скучно – я начал писать стихи и прозу, интереснее свое. Во-вторых, где сниматься – в картинах про ментов? Или про любовь-морковь? А про что еще снимают? (скептически улыбается)
– Вы женаты во второй раз. Кто ваша супруга?
– Я отвечу только одним словом: «счастье». Она – счастье. Я считаю, жить надо будущим, и не тащить за собой прошлое.
Сейчас Вадим Иванович лег в больницу, ему проводят операцию на сердце. Мы желаем ему скорейшего выздоровления.
Стихи Димы Керусова (Вадим Михеенко)
Девочка, ты помнишь тех ночей
Бестолку разбросанное счастье?..
Плачет разорённый казначей
Принявший в судьбе моей участье…
Плачет разорённый казначей…
Возгласы незримых скрипачей
Вдохновеньем воздух наполняли…
Плачет разорённый казначей -
Мы тогда его не понимали…
Плачет разорённый казначей…
Где теперь ты, оленёнок мой?..
За какою спрятался стеною?..
Плачет одинокий и больной
Мой хранитель, разорённый мною…
Плачет одинокий и больной…
* * * *
Восторг двух тел, парящих в пустоте
Об этом не кричат… Прижмись и слушай-
Как жадно сочетанье этих тел…
Как страстно вдохновенны эти души…
Восторг двух тел…Парящий в стороне
Пропавший мир - бессмысленен и тесен…
И радость ощущения извне
Летящих за галактиками песен…
Восторг двух тел…Мелодия любви…
Прислушайся…прижмись ко мне и слушай…
Назад не оглянись, не позови -
Там в грохоте машин безмолвны души…