Евтушенко

Когда б не призрак бедности ползучей,
Не стал бы я писать стихов на случай.
Ходил бы я в гарольдовом плаще,
Избрал бы имидж гордого поэта,
Писал бы исключительно ПРО ЭТО
И не ходил в газету вообще.

Но есть поэт, который — против правил —
Без отклика ни разу не оставил
Ни путча (что окончился вничью),
Ни взрыва, ни войны, ни юбилея,
Ни выноса вождя из мавзолея,
Ни входа в Прагу, ни броска в Чечню.

Вослед за Маяком и Аминадо
Он доказал нам всем, что так и надо!
Он по-любому был честнее тех,
Что, зубы сжав от ревности и злости,
Сидели в башне из слоновой кости
И обижались на его успех.

Он столько написал макулатуры,
Такие выводил фиоритуры
И запускал такого петуха!
Но это все в унынии читая,
Увидишь вдруг, что строчка золотая
Торчит среди газетного стиха, —

И все ему прощаешь, как толстовец.
Он разошелся на полста пословиц.
Ему б побольше вкуса и стыда —
Однако «если сотня оголтело
Бьет Евтушенко — хоть бы и за дело, —
Сто первым я не буду никогда»*.

Велик он или нет — Господь рассудит.
Подобного поэта впредь не будет —
Трибун эпохе новой ни к чему;
Но Евтушенко снова дал поэту
Великие права — писать в газету!
За это, блин, спасибо, блин, ему.

В кругу семьи (забыл, какой по счету)
Пусть он зоилов посылает к черту,
Воспитывая юных поэтесс,
Благословляя поэтесс со стажем...
А мы ему со всей любовью
скажем
В день юбилея радостное «Йес!»
Дмитрий Быков.

*Парафраз известных строчек нашего героя.