Контракт в тупике

Лед тронулся, реформа пошла — военная. Так всерьез считают в Кремле и правительстве, утвердив программу комплектования Вооруженных сил контрактниками. Теперь, по гениальному замыслу мыслителей Генштаба, в 2004—2007 гг. исчезнет дедовщина, а собственно армия вдруг станет лихим
и боеспособным организмом.

С чего бы это? Болячки нашей военной машины мало зависят от того, загребают ли туда дармовых призывников или набирают кадры по контракту. Проблема в том, что армия небоеспособна — воевать наш солдат ныне не умеет. Потому как нет ни времени на боевую подготовку, ни денег на полевые учения и боевые стрельбы. Псковских «контрабасов» из 76-й дивизии, по образу и подобию которых предполагают лепить контрактников, видел живьем. Не вдохновили: даже на турнике толком подтянуться не могут — и это десантура, причем не салабоны, а солдаты, несколько лет прослужившие.
Вот вам еще пример красноречивый: генерал Трошев в своей книге восторгается рядовым Капустиным, который так метко стрелял, что его к Звезде Героя представили. Оказывается, во всей нашей армии во время боев в Дагестане был всего лишь один танкист, который не просто умел стрелять, но и, о чудо, попадать — рядовой Капустин! Один-единственный. Других не научили. Или не учили.
Отсюда и вопрос: какая военная реформа нам нужна и для чего? Вот вариант, который нам предлагают то политики, то генералы: чтобы солдат был чист, ухожен, не бит и сыт. Ответ неверен: сытый солдат не самоцель, а лишь показатель нормального состояния армии. Которая нормальна только тогда, когда умеет воевать. А для чего еще она и нужна?
Только вот путей создания армии боеспособной реформаторы не обозначили, споря лишь о деталях улучшения трупа советской армии. Да, именно трупа, разлагающегося, смердящего, все вокруг отравляющего.
Интересно, чем поможет контрактная реформа армии, где сотни тысяч офицеров мыкаются по чужим углам и так задолбаны жизнью, что все их мысли об одном: где устроиться вышибалой в кабак или хотя бы на разгрузку вагонов подрядиться, чтобы семью прокормить.
И какая разница, призывным способом комплектуются эти останки или по контракту, если в плане реформы о живом офицере, на котором хоть что-то еще держится, ни полслова?
Может, честно сказать: «Денег у нас, господа, лишь на десяток дивизий, зато они будут боевыми!» И начать долгожданную реформу. Но не с контрактной службы, а с обустройства самой замученной части армии — офицерства. Будет офицер сыт, весел и думами тягостными о житье-бытье и хлебе насущном не отягощен — будет и солдатом заниматься. А там уже и об ином можно думать. Не ставя телегу впереди лошади...
Владимир Воронов.