Почему Быков к Путину не пришел

Нашего креативного редактора еженедельника "Собеседник" Дмитрия Быкова пригласили к Владимиру Путину на встречу с деятелями театра и кино. О том, почему Быков не смог пойти на встречу с премьером он рассказал нашему корреспонденту Валерии Жаровой.

Дмитрий Быков: Неделю назад женский голос ("Это из министерства культуры") спросил меня по телефону, куда прислать приглашение на некую встречу. Я ответил, как всегда: на "Собеседник". Что за встреча, зачем и с кем - никто мне не рассказал.

В среду, 27 апреля, Григорий Заславский из "Независимой газеты" внезапно сообщил мне, что планируется встреча премьера с творческой интеллигенцией и я туда якобы приглашен. В первый момент я принял это за розыгрыш. Потому что ровно накануне в комментариях для "Новой газеты" по поводу визита Дмитрия Медведева на канал "Дождь" писал дословно следующее: "Меня воспитывали так, что мальчик-то я от природы вежливый, даже слишком. Если бы передо мной вдруг вырос президент или, не дай бог, премьер, я бы, пожалуй, вряд ли набрался нонконформизма ляпнуть ему в лицо что-нибудь особенно дерзкое, вроде: «Юра Шевчук, музыкант». Вряд ли я нашел бы возможность вести себя с представителями верховной власти как-то особенно неконформно, вызывающе и гордо. Просто потому, что в очном контакте демонстрировать все эти качества очень трудно. Нужно быть или очень неделикатным, или очень сильно обиженным, или, как говорится, вовсе «без башни». Я — ни то, ни другое, ни третье. Именно поэтому, мне кажется, что личные встречи власти и творческой интеллигенции лучше бы минимизировать, чтобы власти не приходилось притворяться, что это ей интересно, а интеллигенции — будто она так уж любезна. В подобных ситуациях обычную форму вежливости, вроде улыбки или приветствия, так легко принять за элементарное, ничем не стесненное лизоблюдство".

Это что-то очень уж быстрая реакция, подумал я. На встречу с премьером я не смог явиться физически, поскольку для отлета в Пензу (он принимает деятелей культуры именно там) требовалось присутствовать в Москве утром 29 апреля, а я в это время должен был заканчивать уже запланированный тур по книжным магазинам, где представляю "Остромова". Очередное представление книги уже запланировано, отменить его я не мог.

Но если бы даже я присутствовал в Москве и приглашение, присланное в редакцию "Собеседника" 28 апреля, застало меня на работе, - для меня вопрос о посещении этой встречи был бы отнюдь не прост. Именно потому, что я не очень верю в возможность открытого обсуждения нынешней политической ситуации лично с премьером. Личное общение со вторым, а может, и с первым, - лицом государства налагает серьезные этикетные ограничения. Говорить прямо в лицо премьеру "Для улучшения ситуации в стране, Владимир Владимирович, самым правильным было бы минимизировать ваше участие в управлении государством" лично я не готов. По-моему, это невежливо. А другого совета в сложившейся ситуации у меня, к сожалению, нет.

Один видный публицист, с которым я обсуждал приглашение к премьеру, выразился кратко: "Как бы ты в этой ситуации ни поступил, ты получишь свой ушат дерьма". У меня нет особенных иллюзий насчет прессы, коллег и блогосферы. Одни написали бы "Продались!", если бы мы с Ефремовым поехали в Пензу. Другие пишут "Забоялись!", потому что Ефремов за границей, а я в поездке по российским городам. Я давно не пытаюсь понравиться всем. Я знаю только, что если первое лицо государства приглашает к себе авторов сатирического проекта, к которому в последнее время стали прислушиваться, - это нужнее ему, чем сатирикам. А главное -мне трудно себе представить сатириков, вежливо и благодарно принимающих подобное приглашение и ведущих с премьером светские беседы за чашкой чая.