против ветра Доказательство от противного

На прошлой неделе Борис Березовский озвучил очередную сенсацию. К теракту на Дубровке (в просторечии этот теракт, как и мюзикл, давно называется «Норд-Остом») причастны российские спецслужбы. Иначе — почему всех исполнителей теракта убили и не назвали вдобавок точных цифр по взрывчатке? Была ли она, в конце концов? Почему никто из террористов не успел взорвать здание, хотя газ подействовал только через десять минут?
То есть логика проста. Березовский ведь математик, а в математике есть доказательство от противного, когда доказанным считается утверждение, которое противоречит недоказуемому. Недоказуемое — ложно. Стало быть, обратное — истинно. Нет никаких стопроцентных гарантий, что за терактом на Дубровке действительно стояли Басаев и Масхадов. Масхадов открестился, а Басаев мог взять вину на себя исключительно для понта. Вот, мол, как я могу. А раз нет никаких доказательств, что все организовали чеченцы, — значит, конечно, Кремль. Больше некому.
У нас любое происшествие, вызывающее «вопросы», традиционно приписывают Кремлю. Потому что если все организовано безупречно — значит, это Басаев. А если так себе — значит, ФСБ. Всех террористов убили именно потому, что они могли соединить клеммы, даже дернувшись во сне — такова официальная версия. «А почему тогда они их не соединили раньше?» — спрашивает Березовский. И в своей системе координат он стопроцентно последователен: мысль, что они до последнего надеялись или попросту струсили, сторонникам «кремлевской» версии в голову не приходит. Это наши федералы могут струсить, а чеченские боевики — никогда. Они ведь железные камикадзе. Допустить, что камикадзе в силу своей принципиальности никогда не поддались бы на кремлевскую провокацию, Березовский не может. То есть не хочет. Поэтому у него получаются очень странные террористы: интимно связанные с Кремлем фанатики чеченской свободы. Но эта странность у наших конспирологов не вызывает ни единого вопроса. Вопросы вызывает другое: «Почему нет точных цифр по взрывчатке?»
Простите, но точные цифры по взрывчатке были озвучены множество раз, хотя и не Путиным (а почему обязательно Путиным?!); предъявили журналистам и пояса шахидов — только надеть не дали попробовать, а так все было. Это ваши проблемы, господа, если вы можете выучить наизусть только заявления вашего спонсора, а цифры забываете, когда они вам неугодны.
Смешно задавать Березовскому вопросы, продиктованные элементарным здравым смыслом. Зачем Кремлю был нужен этот теракт, после которого рейтинг Путина всерьез зашатался? Почему к зданию в таком количестве были согнаны бульдозеры и прочая техника, если Кремль и так был уверен, что взрывчатки в театральном центре нет? Если теракт планировался ради укрепления путинской популярности — почему не позаботились о спасении людей должным образом? Если он должен был легитимизировать новый виток насилия в Чечне — где этот новый виток насилия? Если он должен был подтолкнуть к референдуму — почему главным скомпрометированным лицом оказался Кадыров, отказавшийся обменять себя на 50 заложников? Кому, какому государству были нужны эти три дня и три ночи непрерывного ужаса, когда только ленивый не говорил о том, что власть сама во всем виновата? Даже волна облегчения и радости после штурма не заставила людей больше доверять президенту, никакой эйфории не случилось: «Норд-Ост» не стал поражением России, но не был провозглашен и ее победой. И трудно себе представить больший удар по престижу страны, чем тот, который нанесли ей террористы аккурат после очередного заявления о фактическом благополучном конце военной операции...
Повторяю: все эти вопросы задавать бессмысленно. Березовскому важно в очередной раз посеять сомнения. И Сергей Адамович Ковалев уже признался, что в разговоре с олигархом узнал от него много интересного. Не сомневаюсь. Может быть, Сергей Адамович понял наконец, какими методами изготавливаются сенсации от Березовского, и пересмотрел его «чекистскую версию» московских взрывов 1999 года? Впрочем, вряд ли...
Я прекрасно знаю, что после этой публикации «определенные силы» опять завоют, что я куплен Кремлем. Пускай: я же не ради «определенных сил» пишу.
Дмитрий Быков.