Анти - вампир

Графа Дракулу наверняка заинтересовало бы имя 58-летнего днепропетровца Николаева, имеющего все шансы попасть в Книгу рекордов Гиннесса: Владимир Константинович сдал больше всех в мире донорской крови — почти 255 литров.
501 укол в вену за 36 лет
На днепропетровской станции переливания крови Владимира Николаева встречают как родного — медсестры улыбаются, врачи жмут руку. 27 лет прошло с тех пор, как он пришел сюда в первый раз, а общий стаж донорской деятельности Николаева составляет без малого 36 лет.
— В детстве, когда разбивал коленки и набивал шишки, с любопытством смотрел, как из меня кровь вытекает, — рассказывает Владимир Константинович. — Кто бы мог подумать, что взрослым буду наблюдать за этим процессом часто и даже с удовольствием. Я ведь с радостью иду на это. Да-да!
Донором Николаев стал совершенно случайно.
— Мне тогда 22 года было, — вспоминает он. — Я работал в организации по проектированию зданий, а рядом с этой конторой стоял роддом. Однажды к нам зашел человек и предложил сдать кровь для рожениц. Насильно никого это делать не принуждали. Народ как-то с опаской отнесся к просьбе, а я взял и согласился. Решил, с меня не убудет. Да и, честно говоря, 2 дополнительных дня к отпуску и стаканчик вина после процедуры, полагающиеся донорам, тоже не были лишними. Вот и отправился помогать. А потом затянуло. Я и предположить не мог, что это станет делом всей моей жизни.
Сменив место работы, Николаев бросил и роддом.
— Среди рожениц я себя не очень уютно чувствовал, — говорит Николаев. — А на станции переливания крови — милое дело. Да я, если хотите знать, сюда как на праздник иду — медсестры такие! Руки у них легкие. Вообще не чувствую иголку в вене. У меня даже мысли не возникало, что здесь могут занести какую-нибудь заразу. А в свою районную поликлинику я лишний раз ни за что не пойду.
За разговором приблизились к святая святых — операционному залу, где все и происходит. Перед самым входом — небольшой столик, на котором лежат сухарики из белого хлеба и остывает несколько стаканов с чаем. Рядом хлопочет пожилая женщина.
— А, Владимир Константинович! — радуется она Николаеву. — Опять кровь сдавать?
— Позже, — ответил мой спутник. Вошли в просторное светлое помещение с белыми кушетками в два ряда.
— Эта — моя, — по-хозяйски постучал ладонью Николаев, взобравшись на одну из них, — удобные такие. Лежишь тут обычно, мечтаешь о чем-нибудь своем, а кровь тем временем перекочевывает из твоей вены в пластиковый мешочек. За раз обычно граммов четыреста берут. Я последний раз 16 июля кровь сдавал, теперь из меня можно качать только в сентябре. Такие правила — только раз в два месяца, больше нельзя. На плазму, правда, можно и чаще. А после каждой пятой кровесдачи четыре месяца отдыхать полагается. Кстати, 16 июля была моя 501-я сдача крови, а юбилей я отмечал в начале лета — 9 июня. В регистратуре у меня есть карта — уже третья, прежние две по объему напоминали увесистые тома классиков.
«Молодежь зеленая становится от одного вида крови»
Еще после четырехсотой сдачи знакомые, в том числе и медики, говорили Николаеву: «Володь, может, хватит?» Но здоровье у него и тогда было, и сейчас отменное, и убедительных причин прекращать донорскую деятельность не нашлось. Сейчас же достижениями Николаева заинтересовались эксперты из Книги рекордов Гиннесса.
— Поначалу мой рекорд признавать не хотели, — пожаловался Николаев. — Видите ли, в Австралии проживает Алан Дастер, который сдал кровь 1087 раз. Но за все это время у него от силы набралось 106 литров, тогда как у меня эта цифра перевалила за 250. Если уж на то пошло, то чемпионами можно объявить и людей, которые регулярно сдают кровь из пальца. Смех — и только. Сейчас все цифры заново перепроверяются, и мой рекорд рано или поздно должен быть зафиксирован. Тогда будет о чем внукам рассказать.
Их у знаменитого донора трое — Захару и Марку по три года, старший, Виктор, уже разменял второй десяток. Последовать примеру Владимира Константиновича из близких пока никто не решился.
— Не каждый так может, — говорит Николаев. — У меня есть знакомые, которые при виде крови могут запросто в обморок хлопнуться. Да и здоровье надо иметь отменное. Ведь донорская кровь и плазма идут не только на переливание другим людям, но и для изготовления лекарств. Мою плазму, например, чаще всего используют для детей. Врачи говорят, что она у меня очень качественная. Поэтому меня регулярно обследуют и даже группу крови каждый раз проверяют — зачем, не знаю, такие порядки.
— Владимир Константинович у нас человек уникальный, — подловила нас в коридоре старшая медсестра Светлана. — Мало того, что регулярно по графику кровь сдает, так еще и всегда по максимуму — 400 граммов. И ни разу ему после этой процедуры плохо не было. Всегда свеженький такой, бодрый. Молодежь, бывает, зеленая становится от одного только вида крови. Вы знаете, что на Западе у доноров за раз не более 100 граммов берут? Такие они там нежные. А вообще безвозмездно к нам нечасто приходят кровь сдавать. Только если беда какая случится с родственниками. Если бы все здоровое население земного шара единственный раз решилось на это, то потребность в крови была бы полностью исчерпана.
Сегодня за добровольную кровяную сдачу положена оплата в размере $3 и талончик на обед.
— Деньги я ни разу не брал, — утверждает Николаев, — я сюда не за этим прихожу. Да и какая нажива с 3 баксов? А вместо обеда я предпочитаю парочку сдобных булочек.
Особых ограничений в питании у доноров нет. Разве что накануне нельзя употреблять алкоголь и есть жирную пищу. И желательно пить побольше жидкости — чай, соки.
— Я однажды перед процедурой выпил стакан молока, так на следующее утро мой анализ показал повышенное содержание жира в крови, а это недопустимо. Такая кровь меньше хранится, и ее сразу надо пускать в оборот. А обычно питаюсь, как и все, спортом практически не занимаюсь. Работаю бухгалтером, и часто документы самому приходится развозить по организациям. За день так набегаешься, что никакой спорт не нужен.
Заканчивали мы разговор уже дома у Николаевых. Владимир Константинович достал несколько коробочек с наградами. Он и дважды почетный донор СССР, и обладатель памятной медали за верную службу родному городу. Но самая красивая из них — серебряный знак «Заслуженный донор Украины» в малиновой бархатной коробочке, в удостоверении к которому оставил свой автограф президент Кучма.
— Я ни разу не надевал эти регалии. Зачем? Раньше, например, почетных доноров бесплатно возили в общественном транспорте, а сейчас и этого нет. Да и без очереди никуда не пропустят. Не понимают люди, что доноры не для себя стараются.
Татьяна Попова. Днепропетровск — Москва.