Cобачья работа

Каждый день на пульт дежурного по городу
Москве поступают сообщения о заложенных бомбах или предполагаемых терактах. И каждый раз к месту происшествия, помимо оперативников, выезжают собаки: чуткие носы служебных псов обмануть невозможно — они безошибочно определяют наличие взрывчатки, находят хитроумно спрятанные наркотики
и выводят преступников на чистую воду. Зубами.

Вокзалы обнюхивали 200 раз
— Собака — уникальное создание, — заявил нам начальник Зонального центра кинологической службы ГУВД Москвы Нурсант Гелазов. — Никогда не ошибается.
Договорить не успел — поступил очередной вызов: бомба в Измайловском парке. Выпущенный из вольера Рон (немецкая овчарка), наспех пописав, заскочил в машину. Опергруппа, невзирая на непроходимые пробки, была на месте уже через 20 минут.
Взрывное устройство нашлось в считанные минуты под полуразрушенной верандой. Ликвидировать его приехали «канарейки» — так прозвали взрывотехников из-за яркого оранжевого микроавтобуса, на котором они гоняют по Москве. Вообще же это бригада людей в черном — именно они извлекают находки и отвозят их в безопасное место, хотя на этот раз заряд был слабый, хлопушечный. Когда с бомбой было покончено, Рон с триумфом отправился в родную Балашиху. Мы тоже.
По словам кинологов, день выдался спокойным, хотя, на наш взгляд, все было наоборот: лохматые «сыскари» без продыху колесили по городу.
— У нас обстановка обычно накаляется в предэкзаменационную пору, — улыбается Гелазов, — детишки шалят. Часто приходится работать на вокзалах — излюбленных местах телефонных террористов. Только за этот год собаки обыскивали их около 200 раз.
Тарзану
погрызли уши
Чтобы стать искателем взрывчатки, собаке нужно пройти курс обучения — месяца 3—4. Принцип дрессировки довольно прост — нужно научить пса определенным образом реагировать на определенный же запах. Почуял взрывчатку — ложись и жди распоряжения хозяина.
— Далеко не всякий пес годится для такой работы, — говорит старший инспектор Зонального центра Виктор Крылов. — Тут нужен спокойный, покладистый характер.
Мимо нас прошествовала крупная красивая дворняга золотисто-рыжего окраса.
— Это Андрюшка, — пояснила нам начальник отделения по поиску наркотиков и обнаружению трупов Елена Хайкова. — Его несколько лет назад зимой обнаружили дежурные. Пошли на обход территории, видят — по дороге что-то катится. Оказалось — щенок, совсем крошечный, лапки обледенели... Отогрели его, выходили. Теперь вот есть своя «вневедомственная охрана».
В вольере «минерского» корпуса на нас уставился десяток пар рыжих глаз, окрестность огласил громкий лай. Под его аккомпанемент мы и двигались от клетки к клетке.
— Знакомьтесь, это наш пенсионер Тарзан, — и Виктор Крылов представил нас седомордой овчарке с истрепанными в боях ушами. Сейчас Тарзан только грустно смотрит вслед молодым коллегам, срывающимся на вызовы. — Дагестан, Северная Осетия, Чечня — где он только не был. Но в последнюю командировку подорвался, контузило бедолагу...
Так, к сожалению, часто и заканчивается собачья карьера. Например, ласковый и приветливый черный лабрадор Джимми стал инвалидом 10 апреля этого года.
— Он нашел самодельное взрывное устройство, — рассказывает Виктор Олегович. — Видимо, ставил профессионал. Пес подорвался. Но там, помимо взрывчатки, оказалась еще какая-то химическая зараза. Теперь у него нервы ни к черту.

Отчего Петр I не летает
Сосед Джимми, «немец» Степ, обрычал нас строгим басом. Именно он в 1997 году спас творение Церетели — памятник Петру I, под который террористы из РВС заложили 7 зарядов пластида. «В силу обстоятельств взрыв не произошел», — писали тогда газеты. А теперь кареглазые «обстоятельства» внимательно нас разглядывали, чуть шевеля мохнатыми ушами.
— У пластида скорость взрыва чуть меньше первой космической, — объяснил Крылов, — 9 километров в секунду. Если б не Степ, стартовал бы Петр с этой скоростью...
На красоту собак здесь не смотрят. Как говорит наш провожатый, был бы чухольник (нос. — Авт.) — остальное приложится. Но на всевозможные разновидности «немцев» внимание обращают.
— «Горбатых селедок» (последняя разновидность немецкой овчарки. — Авт.) стараемся не брать, — продолжает инспектор. — По сути это выставочные собаки, красивые, а рабочие качества у них не очень.
Утро у всех питомцев начинается с прогулки. Пока они бегают по лужайке, хозяева — к каждому псу приставлен кинолог — занимаются уборкой их жилплощади. В 11.00 приносят завтрак — кашу на мясном бульоне. А потом все дружно идут работать. Кто-то — на дрессировочную площадку, кто-то — на Петровку, дежурить. Работают псы там, как и люди, сутки через трое. Выходные посвящают тренировкам. Правда, если у хозяина есть возможность взять собаку к себе на время отдыха, он берет. Да и по субботам—воскресеньям их развозят по домам — помыться и отдохнуть в теплой квартире.
— Сук, как вы заметили, почти не держим, — сообщил экскурсовод. — Начнется течка, считай, весь питомник на месяц окажется в нерабочем состоянии.
Но иногда им везет — невест приводят из других питомников или клубов. По словам инспектора, 15 минут «на свадьбу» местным женихам вполне хватает. Профессионалы во всем.

Искали наркотики — нашли оружие
— А вот Грем, — Елена Хайкова показывает нам своего воспитанника — рыжего лабрадора. Смелый пес, по просьбе хозяйки плюнул на все местные распорядки и легко сиганул через полутораметровый забор из сетки-рабицы под недоуменно-завистливые взгляды двух «горбатых селедок», которые до этого мирно возились на травке. Первое, что он сделал — обшарил мои карманы.
Дрессировка «наркомана» основана на игре, и больше ни на чем.
— Видите эту деревяшку? — Елена показала нам кусок черенка от лопаты сантиметров 10 в длину, весь в маленьких дырочках. — Вот в эти дырочки мы и закладываем наркотики, иногда настоящие, но чаще — имитаторы запаха какой-либо дури. И в рабочий момент пес ищет свою игрушку.
После чего псы способны не только найти припрятанный, скажем, в чемодане порошок, но и определить нужный запах, если наркокурьер его «спрятал». Мимо этих носов не проскочит ничего.
— Однажды какая-то из наших собак искала наркотики, а обнаружила целый арсенал оружия, — поделилась Елена Владимировна. — Видимо, стволы эти держали рядом с героином. В общем, у преступников прокол вышел.
Уходили мы из питомника немного уставшие, в сопровождении псов, с которыми успели задружиться.
— Захотите профессию сменить, добро пожаловать к нам, — попрощалась с нами Хайкова, — мы как раз сейчас молодых людей от 18 до 35 лет набираем. Главное — иметь полное среднее образование. А собаку и все остальное получите на месте.
Надежда Гужева.