Кофэ с какавой – бурда немоден

Папановская фразочка из «Бриллиантовой руки» – «будет тебе кофэ с какавой» – высмеивает сразу две ошибки: какао не склоняется, а кофе произносится через е. Нас столько лет учили и научили навсегда, что кофе – мужского рода! Это даже увековечено в анекдоте про грузина: говорить «одно кофе» то же самое, что «два булка».

А еще есть фильм про нашу разведчицу, которую допрашивает фашист, и когда она соглашается выпить «горячее кофе», то идеально говорящий по-русски немец поправляет ее: кофе – мужского рода. А безупречный Ивар Калныньш и его хит «Кофе – только он!» Ну уж после такого никак невозможно смириться, что в словарь-таки протиснулось кофе… как оно (средний род, разговорный вариант). Века два назад в России напиток называли кофий и кофей (отсюда современное кофеёк, но все равно ведь м. р.), потом сократилось произношение до кофе, так что м. р. достался ему по праву дворянского наследования. Сегодня по-прежнему благородный род благородного напитка «только он», а пометка в словаре – разговорный вариант – как раз и означает: неблагородный, простецкий.


Гастрономия любви

Слово гастроном произошло от греческого gaster (желудок) и nomos (закон). И если вспомнить, что «любовь и голод правят миром», а путь к сердцу любимого человека лежит через желудок, то выходит, законы любви и желудка из одного кодекса, а слова любви и еды слились. Именно этим уникально слово афродизиаки: название этой возбуждающей пищи произошло то ли от Африки (в смысле африканские страсти), то ли от Афродиты (богини любви).

Но вот что примечательно: за границей любовь имеет фруктовый уклон – женщину сравнивают с персиком, виноградной лозой, клубничкой, и произведения соответственно имеют фруктовые имена – например «Любовь к трем апельсинам». Когда говорят о мужчинах, то называют китайских вельмож мандаринами, иногда намекают на… банан. У нас же, в России, если намекают, то на… огурец или даже стручок… И вообще почему-то в русской любовной гастрономии предпочитают огородные овощи: царь Горох, старый хрен, горе луковое, «шевели помидорами», в «Трембите» Парасю Никаноровну величают перезревшей тыквой, и даже фильмы почему-то «Любовь-морковь» и «Любовь не картошка».