Прозрение

Сцена изображает студию программы «Свобода слова». В прямом эфире из Лондона обращается к нации Борис Березовский.
БЕРЕЗОВСКИЙ:
В последний год — простите
ради бога —
Мне пребывать приходится
в тени.
Зато я на досуге думал много
И осознал, что это все они.
Я предъявлю и выводы,
и факты,
Они ужасны сами по себе...
Короче, все московские
теракты
Готовила... о боже... ФСБ.
ШУСТЕР:
Не может быть!
Простите мне, невежде...
Не знаю, не послышалось
ли мне...
Вы намекали, собственно,
и прежде,
Но не были уверены вполне...
БЕРЕЗОВСКИЙ:
Когда я вник, мой ужас был
безмерен.
Я прямо задохнулся от стыда.
Я раньше не был, собственно,
уверен,
Но думаю теперь, что таки да.
ШУСТЕР:
Не может быть! Как это
неприятно!
Какое совпадение планет!
Скажите, если вас вернут
обратно,
Вы скажете тогда, что таки
нет?
БЕРЕЗОВСКИЙ:
Все может быть. Богам
довольно дунуть —
И шар земной закрутится
назад.
Короче, я вполне могу
подумать...
Но пусть меня сначала
возвратят!
ШУСТЕР:
Подумать о подобном
беспределе!
Ведь как вас этот Путин
доконал!
А что случится, если в самом
деле
Он отберет у вас шестой
канал?
БЕРЕЗОВСКИЙ:
Тогда страна очнется у параши,
Но я готовлю маленькую
месть.
Скажу: «Нью-Йорк взорвали
тоже наши».
Тем более что это так и есть.
Признаюсь вам, все графики
ломая
И нарушая сонный ваш покой,
Что нам-то в этом выгода
прямая,
А Ладену буквально никакой.
ШУСТЕР:
Вот тоже, право, не было
печали...
Теперь еще закроют наш
канал!
Да что же вы в России-то
молчали!
БЕРЕЗОВСКИЙ (быстро):
Ей-богу, я тогда не понимал.
Мечусь теперь меж Лондоном
и Ниццей —
А мысли все про родину,
про мать!
Помаешься хоть месяц
за границей —
И начинаешь столько
понимать!
Дмитрий Быков.