Юлия Тимошенко

Юлия Тимошенко: для меня юбка - не декорация

Есть женщины не только в русских селеньях... На месте братьев-хохлов я бы выбрал Юлию Тимошенко президентом Украины. А просто так. Посмотреть,
что получится. Украине хуже, чем есть, уже не будет.
Опять же всегда можно сказать: баба, что с нее взять?
А уж если у Тимошенко что-то получится... Впрочем,
Юлии Владимировне до президентского кресла еще далеко. В нем до конца 2004 года расположился Кучма.
Может, Леонид Данилович и вежливый человек,
но уступать место даме в доме на улице Банковской
в Киеве точно не торопится...

Темником по темечку
— Мы сами люди не местные... Давно уже. Поможите, Юлия Владимировна, чем можете, расскажите популярно, что тут у вас нынче происходит?
— В стране прошла первая волна народных акций протеста «Восстань, Украина!», направленных против правящего режима. Но началось все не сейчас. Уже одиннадцать лет у власти в Украине находится крайне неэффективное руководство. Все это время нами правят люди, ни интеллектуально, ни духовно, ни морально, что называется, не тянущие. Общество долго не могло избавиться от этого гнета, но сегодня чаша терпения наполнилась до краев.
— Полагаете, время последней капли пришло?
— Мы пытаемся активизировать нацию, объяснить людям, что хватит, сидя по кухням, жаловаться на трудную жизнь. Чтобы добиться перемен, пора выходить на улицы.
— И как результат? Призывы услышаны?
— Честно скажу: пока дело идет тяжело.
— Народ тугой попался, не понимает своего счастья?
— Нет, категорически нет! Люди страшно дезинформированы. Ведь как у нас выглядят электронные СМИ?
— И как же они у вас выглядят?
— Все украинские телеканалы полностью подконтрольны президенту и его семье, принадлежат свату или куму. Например, «Интер» и «1+1» в руках Медведчука и Суркиса. Вам эти фамилии, полагаю, знакомы? А ICTV и СТБ — это каналы зятя Кучмы Пинчука. УТ-1 находится под администрацией президента. Остался еще «Новый» канал, где есть российский капитал, но его мощности не хватает, чтобы перебить конкурентов. Поэтому дело не в людях, а в том, что народ тотально оболванен, его сознание исковеркано, а взгляды сформированы по шаблонному темнику.
— Шаблонному... чему?
— Темнику. Это украинский неологизм, рожденный в недрах администрации Кучмы. Неужели не слышали? Наверное, давно не общались с коллегами, работающими в нашей стране... С некоторых пор по всем газетам и журналам, радиостанциям и телеканалам Украины с Банковской улицы, где сидят Леонид Данилович и его команда, не реже раза в неделю, а обычно ежедневно рассылается инструкция, где подробно рассказывается, о чем можно и о чем нельзя говорить журналистам. Например, визит какого политика по регионам республики следует освещать, а какого — замолчать. Даже распространяются видеоматериалы, снятые, так сказать, в нужном ракурсе. Потом в выпусках новостей по всем каналам крутят одни и те же ролики.
— В цивилизованном обществе подобное называют политической цензурой.
— В цивилизованном... Мы прямо заявили с трибуны Верховной рады о попрании свободы слова. Ситуация катастрофическая. Случаи, когда журналисты отказывались работать по темникам, заканчивались увольнением непокорных. На днях представители ряда ведущих изданий Украины открыто предупредили президента, что пойдут на забастовку, если цензура не будет отменена.
— Извините, но все эти грозные последние предупреждения, звучащие в сто первый раз... Очень похоже на ссору двух пацанов в песочнице. Один замахивается и говорит: «Ща-а-а тебе ка-а-ак дам! Как дам!» Второй отвечает: «Ну-ка, попробуй...» И первый скисает... Вот и вы кричите Кучме: «Геть!» Услышав, что президент уходить не хочет, тут же разжимаете кулаки.
— Это из Москвы вам все так видится. Давайте попробую объяснить, какие у нас имелись основания, чтобы кулаки сжать. Ведь были же попытки договориться с властью по-хорошему, были! Людей мало заботят рейтинги политиков, программы той или иной партии. Каждый хочет знать, что делается для улучшения жизни. Когда позитивных изменений не происходит, народ перестает верить словам правителей, приходит на выборы и голосует против существующего режима. Так и произошло в Украине, где 31 марта этого года избирали новый состав Верховной рады. Семьдесят процентов голосов по партийным спискам набрали представители оппозиции. Правда, мы проиграли в одномандатных округах, где верх взяла пропрезидентская гвардия, сумевшая в очередной раз задурить головы избирателям красивыми посулами. Когда же люди увидели, что отставку Кучмы, которой ждала вся страна, в новом парламенте поддержали лишь 161 депутат при необходимом минимуме в триста голосов, они возмутились.
— И вы решили бить в набат?
— Можно и так сказать.
— А что весь пар ушел в свисток, сказать можно?
— Акция «Восстань, Украина!» началась 16 сентября, и она будет продолжаться до тех пор, пока Кучма не уйдет в отставку. То, что сейчас вам скажу, основывается на знании определенной информации: выборы следующего президента страны состоятся не позднее начала осени будущего года. Существенно ранее положенного срока!
Понимаете, мы ведь не идеалисты, иллюзий не питаем. Никто не ждал, что Кучма уйдет завтра. Но наша акция преследует несколько целей. Во-первых, рассказать населению Украины об истинном положении дел в стране, о том, что свет клином не сошелся на нынешней команде чиновников, что есть другие люди, способные взять на себя ответственность за происходящее. Во-вторых, идет мощная дестабилизация Кучмы. Леонид Данилович ведь на третий срок собирался и даже начал создавать под будущие выборы структуры в регионах. После того, что мы сделали лишь за месяц, всем стало ясно: третий срок Кучме не грозит. То есть срок не исключен, но не третий и не президентский...
— Даже так?
— Именно так. Конечно, если Леонид Данилович человек думающий...
— А он думающий?
— Мыслительный процесс идет, но за качество выводов поручиться не возьмусь... Так вот. Кучма должен понять: нависший над ним меч в любой момент может сорваться. Слишком много всякого накопилось. Это и Гонгадзе, и «кассетный» скандал, и коррупционные дела, и превышение служебных полномочий в период предвыборной кампании, и последний инцидент, связанный с незаконной торговлей оружием...
— Но обвинения в продаже Украиной «Кольчуги» Ираку вроде бы сняты.
— Не делайте скороспелых выводов. В Америке создана специальная комиссия, занимающаяся вопросом поставок оружия Багдаду. Не будете же вы обвинять США в манипулировании информацией?
— С американцев станется.
— Не думаю. Серьезные заявления прозвучали, включая аутентичность записей, сделанных майором Мельниченко в кабинете Кучмы. Нет, Штаты из хлопушек не стреляют. Наверняка у них есть документы. В том числе и по «Кольчуге».
Но я не закончила рассказ о целях, которых добиваемся, проводя акцию «Восстань, Украина!». В 63 страны мира направлена информация о том, что на всеукраинских сборах принято решение: Леониду Даниловичу не быть президентом. На это обращение, может, сразу и не отреагируют, но наверняка к нему прислушаются, поскольку нельзя опираться на того, кого не поддерживает народ...
«Кучма, геть!»
— Почему только в 63 страны? Не маловато? В ООН без малого две сотни набирается... А если серьезно, для Украины, по-моему, важнее, к чему или, точнее, к кому прислушиваются две державы — США и Россия.
— Ситуация вокруг Ирака показывает: и Вашингтону приходится учитывать мнение европейских союзников, позицию ООН... А то, что Владимир Путин летит к Кучме в Запорожье, а потом подвозит его на своем самолете в Кишинев, говорит лишь о стабильности положения вашего президента, знающего: кому бы он ни пожал руку, в России это воспримут адекватно. У вас есть понимание, что Путин — патриот и всегда работает на свою страну. Даже когда, зажимая пальцами нос, протягивает руку Кучме.
— Полагаете, зажимает?
— По-другому нашему президенту руку подать трудно — только с отвращением и брезгливостью... Чего не сделаешь ради родины? Впрочем, возможности Путина в России бесконечны, но ограничены здесь, в Украине. Подозреваю, даже Владимиру Владимировичу не удастся удержать в стабильном состоянии политический труп по имени Леонид Данилович. У Кучмы остается единственный вариант — последовать примеру Бориса Ельцина и добровольно уйти, не ожидая мирового скандала и международного трибунала.
— Оппозиция готова дать гарантии неприкосновенности?
— Возможность наконец-то начать строительство в Украине цивилизованного общества стоит дороже сытой и спокойной жизни политического пенсионера и его семьи. Пусть сидит в валенках на печи, никто его и не тронет...
Впрочем, пока Кучма не потерял шанс не только покинуть президентское кресло без лишнего шума, но и подготовить преемника, как это сделал Борис Николаевич с Владимиром Владимировичем.
— Есть фигура, которая устроит и президента, и вас?
— Найти такого человека при желании можно.
— Проявите желание.
— Пока рано называть конкретные фамилии для публичного обсуждения.
— Поделитесь опытом личного общения с Кучмой: по-вашему, он способен к компромиссам или его придется загонять в угол?
— Подозреваю, интеллектуальный уровень президента, специфика восприятия им окружающего мира и собственного места в нем не позволят Леониду Даниловичу сделать мудрый шаг.
— Значит, угол?
— Кучма не оставляет иного выбора.
— Знаете, как ведет себя человек, припертый к стенке?
— По-разному. Кто-то капитулирует, понимая, что жизнь дороже, кто-то нещадно огрызается, чем только усугубляет собственную долю. Таких агрессивных стараются поскорее изолировать от общества, чтобы они не распространяли вирус бешенства. Надеюсь, Кучма все же поймет, что не имеет никаких шансов продлить пребывание у власти, поэтому бессмысленно пытаться удержать ее незаконным путем.
«Посодют, а ты не воруй!»
— Но пока она, власть, в его руках, и он, президент, волен распоряжаться ею по собственному усмотрению. Вы грозите Кучме тюрьмой, хотя там сидел не он, а, извините, вы. Сколько времени тогда провели на нарах?
— Почти два месяца. Достаточно, чтобы ощутить все прелести заведения.
— Рискуете освежить впечатления. Генпрокурор Святослав Пискун требует от Рады согласия на снятие с вас депутатской неприкосновенности и арест.
— Честно? Польщена, что власть столько сил тратит на мое уничтожение, бросая на это весь репрессивный аппарат.
— Ну и посадят вас. Вот радости-то!
— Этой истории шесть лет... Если бы меня могли так просто арестовать, давно бы сделали. Нет, это им больше не удастся. Я не буду сидеть! И прокурор своими коротенькими ручонками с часами за пятнадцать тысяч долларов до меня не дотянется.
— Дались вам эти часы!
— Знаете, это не мелочь! Откуда у госчиновника такие дорогие вещи? Я наручных часов не ношу, но хорошо в них разбираюсь. Если прокурор берет подобные подарки, это характеризует не только его, а всю власть, ее силовые структуры.
Неприятно, что люди стыд потеряли, ничего не стесняются. Например, в Верховной раде открыто покупают депутатов. У человека, никогда не занимавшегося бизнесом, не имевшего больших доходов, вдруг появляется новенький «Мерседес». Откуда, спрашивается? Потом так же «вдруг» этот депутат переходит из оппозиции в пропрезидентскую фракцию и нормально себя при этом чувствует...
— Для вас это откровение?
— Нет, но и относиться к политикам исключительно как к циникам и фантомам, созданным пиарщиками и имиджмейкерами, тоже не хочется. Любые крайние позиции и оценки ущербны. И в политику попадают разные люди. Кто-то уютно чувствует себя в родной грязи, другой брезгливо отряхивается и уходит.
— А вы?
— Я верю, что систему можно качественно почистить. Знаете, как одержимые научной идеей ученые готовы ради нее отказаться от всего личного, так и я согласна пойти на многое во имя будущего.
— Опасаюсь я фанатиков.
— Преданность делу и исступленность — разные вещи. Я всегда была прагматиком, меня трудно обвинить в излишнем романтизме или фанатизме.
— Обозначьте тогда уровень личных амбиций. На чем ваше сердце успокоится? Только про великую Украину не надо ничего говорить, ладно?
— Не буду. Чем бы я ни занималась, всегда добивалась нужных мне результатов. Не скрою: активно стремлюсь к власти, и это абсолютно нормальное желание для политика. Но я не жажду занять какой-то конкретный высокий пост. Мне нужен объем полномочий, позволяющий проводить определенную линию во благо Украины.
— На президентские выборы пойдете?
— Если буду уверена в результате. Олимпийский принцип, где главное — участие, не для меня. Сражаться надо за победу! Действовать стану самым рациональным способом и никогда не втянусь в авантюру. Если почувствую, что не имею шансов выиграть, не стану и заявляться. Лучше уж тогда выступить в коалиции с другими оппозиционными силами.
— Как мужчины реагируют на присутствие в политике сильного оппонента в лице женщины?
— А вы сами не догадываетесь? Правда, меня не всегда воспринимают в качестве женщины. И это, не скрою, обидно. Даже коллега по фракции, желая сделать приятное, недавно совершенно искренне сказал: «Наша Юлия Владимировна очень похожа на симпатичную женщину...»
— То есть еще похожа, но уже не женщина?
— Ну да! На радио тут приехала. Один журналист говорит: «Смотрите, Тимошенко в брюках!» А второй отвечает: «Нормально! Самое оно. Для нее юбка — декорация». Конечно, подобные комплименты не радуют... Что касается поведения мужчин в политике, то они намного жестче относятся к женщине, если чувствуют в ней силу. Пока ты не представляешь угрозы, не являешься конкурентом, тебе могут позволить порезвиться, но стоит проявить характер, как все меняются. Видимо, мужчины по-прежнему не считают нас равными. Жестоко бьют. Но я готова за себя постоять.
— И с помощью крепкого слова?
— Иногда внутренне ругаюсь по-черному, но вслух такого не позволяю. Нет.
— Сегодня первые строчки рейтингов популярности занимают Виктор Ющенко и Петр Симоненко. Они могут между собой договориться?
— Исключено. Но ваши данные несколько устарели. Последние результаты соцопросов, полученные наиболее авторитетным в стране Центром Разумкова, показывают: если бы выборы президента Украины состоялись сейчас, Ющенко набрал бы 25 процентов голосов, Тимошенко — 14 процентов, Симоненко — 12... При этом в начале сентября у меня было всего 5,3 процента голосов. Качественный скачок, согласитесь. И резервы для роста вижу. Пока есть силы, буду продолжать активно ездить по стране, общаться с людьми, разъяснять позицию. Если сильно постараться, можно проводить по шесть встреч в день. В январе рассчитываю закончить книгу, в которой расскажу о том, как должны выглядеть новые политические, экономические стандарты и приоритеты для Украины. Надеюсь, проблем с печатью не возникнет, желающие смогут прочесть книгу.
— Пока же все читают спецвыпуск киевской газеты, опубликовавшей огромное, многостраничное представление генпрокурора. В той же газете еще куча материалов, посвященных вам. «И это все о ней» называется. Видели?
— Разумеется. Классическая провокация, за которой, по моим данным, стоят глава президентской администрации Виктор Медведчук и его подручные. Говорят, тираж у этой газеты фантастический — несколько миллионов! Представляете, какие деньги нужны, чтобы отпечатать и через государственную «Укрпочту» бесплатно распространить по стране такое количество экземпляров? Я вам подарю один на память... На качество обратите внимание — цвет, отличные фотографии... Кстати, народ подметную газету не читает — вырезает мои фотографии и мастерит самодельные открыточки, плакатики. Сама видела по селам.
«Мерс» против «Жигулей»
— А если кто-то прочтет?
— Там же глупости сплошные! Я требовала от регламентного комитета Рады немедленно рассмотреть это представление прокуратуры на пленарном заседании. Ведь по всем фактам, которые мне инкриминируются, уже есть решение суда: дела закрыты ввиду отсутствия состава преступления. Я и настаивала на публичном рассмотрении Радой моего вопроса, чтобы общество окончательно поняло абсурдность предъявляемых обвинений, но пропрезидентские фракции воспользовались численным преимуществом и вернули представление в прокуратуру. Жаль. Пискун ведь, к примеру, пишет, что я четырем генералам и, по-моему, трем полковникам российского Министерства обороны дала взятку. Четырнадцать тысяч долларов на всех. Я попросила не обижать соседей: в Москве генералы так дешево не стоят...
— Это точно!
— Или другой эпизод. Подробно расписано, в каких магазинах я покупаю нижнее белье и на какие суммы.
— А вы его не покупаете?
— Я не плачу за него корпоративной картой! Мне пока по карману самостоятельно оплачивать собственные вещи. Допускаю, дальнейшее пребывание в оппозиции подорвет мои финансовые возможности, но сегодня справляюсь. Я ведь все-таки несколько лет работала в бизнесе...
Смеюсь, но вообще-то это все гадко.
— А страшно бывает?
— Последняя странная авария, когда древняя машинка... как же она называется?.. «Запорожец»... нет, «Жигули» первой модели... умудрились протаранить бронированный «Мерседес». Мы стояли на перекрестке, и в нас со всего маху влетел чудак... Моя охрана потом разбиралась: оказалось, багажник легковушки был забит металлическими плитами — полторы тонны груза. На водителе совсем не по погоде оказалось две толстые фуфайки, он абсолютно не пострадал от удара...
— Вы испугаться успели?
— Я ничего не видела, только удар почувствовала... Не хочу вдаваться в подробности, приятного в них мало.
— Женю, дочь, из соображений безопасности в Англии держите?
— Она давно, еще пару лет назад, должна была вернуться в Украину, но я не рискую ее забирать. Методы у моих оппонентов уж больно грязные. Жене уже двадцать один год, взрослая девочка, она, конечно, хочет жить дома. Однажды приезжала в Киев — к отцу. Он тогда уже почти год сидел в следственном изоляторе по обвинениям, которые уже сняты. Прокуратура пообещала свидание, если Женя прилетит в Киев. Видимо, так ее пытались выманить. Другого объяснения не нахожу, поскольку после свидания дочку повезли на пятичасовой допрос. Без адвокатов, без согласия мужа и моего. О чем можно допрашивать человека, который только и делал в жизни, что учился? Словом, с тех пор дочка в Украину ни ногой.
Знаете, когда мужа посадили, а я еще работала вице-премьером правительства, мне неоднократно через посредников давали понять, что обеспечат меня до конца жизни, если оставлю политическую деятельность и с семьей уеду за рубеж.
— Суммы и страны называли?
— Если бы я проявила готовность обсуждать тему... Но ни тогда, ни сейчас торговать собой или Украиной не собираюсь. Не уеду. Не сделаю такой подарок Кучме и его команде.
— Пусть мучаются?
— И помучаются. Я вас уверяю.
Андрей Ванденко.
Киев — Москва.