Неспортивное поведение: Кремлю есть чему поучиться в случае с дисквалификацией Джоковича

Вчерашняя дисквалификация Новака Джоковича с Открытого чемпионата США вызвала серьезный спор, хоть и не на пустом, но на месте, которое уж точно того не заслуживает. Причем среди тех, кто выступил с заявлениями о неправильности такого решения супервайзера, оказались в основном представители российского тенниса, в том числе его многолетний глава Шамиль Тарпищев.

Само удаление серба, безусловно, стало шоком для всех, но ничего нового в такой практике нет — можно вспомнить хоть нашумевший случай во время турнира в Лондоне в 2012 году, когда Давид Налбандян был дисквалифицирован после того, как с досады от проигранного очка ударил ногой по рекламному щиту, который неожиданно для теннисиста развалился и поранил линейного судью.

Конечно, это был не мэйджор, а челленджер, за который полагется лишь 250 очков, но в отличие от вчерашнего инцидента, он произошел во время финала, где Налбандян к тому же выигрывал. Но даже это его не спасло, потому что в теннисе неспортивное поведение — вовсе не формальное сочетание слов, а столь же серьезный проступок, как и нарушение игровых правил.

Тем не менее напряжение на корте часто берет своё и даже сам Федерер иногда может дать осечку, выругавшись во время матчей, но если, скажем, для футбола в этом нет ничего удивительного, то в теннисе это повод для заголовков. Хотя, конечно, есть и не столь непогрешимые игроки, которые любят время от времени поругаться с судьями или с гордо поднятой головой покинуть корт, но подобные эпатажные поступки не находят отклика даже в прессе, где известного своими выходками теннисную легенду Джона Макинроя в свое время окрестили «капризным младенцем».

Впрочем, Джокович точно не из таких, его репутация говорит сама за себя: после невероятной победной серии в 2011 году, когда он из «большой четверки» окончательно ворвался на «олимп», многие даже заговорили, что у Сербии может появиться новый президент, но в политику спортсмен не пошел.

Несмотря на всю его популярность, в теннисе «правила для всех одинаковые, независимо от того, первая ты ракетка мира или 121-я»: «Для меня абсолютно всё ясно. Нарушил — дисквалификация», — говорит экс-первая ракетка мира Евгений Кафельников.

Почему же именно в России у вполне уважаемых людей из мира тенниса к решению судей возникли вопросы? Не исключено, что корни здесь растут из области, где лежат наши «главные достижения» — геополитики. Если рассуждать таким образом, становится понятно, откуда взялась позиция Андрея Чеснокова, который обрушился с критикой на пострадавшего арбитра: «Эту судью можно пригласить во МХАТ, чтобы она там сыграла какую-то роль»…

Хамство и последовательное отстаивание права сильного, рассуждения о том, что правила существуют не для всех — это уже почти визитная карточка Кремля в вопросах внешней политики, об этом не дает забыть не только Мария Захарова, устроившая международный скандал постом после субботних посиделок, но и разворачивающаяся на наших глазах история с отравлением Алексея Навального, в которой «он заболел», плавно переходит в «а вы докажите». А до этого были Скрипали и Боинг, «ихтамнеты» и история с Литвиненко… продолжать ряд можно долго, но суть ясна, репутация для руководства России — понятие несущественное, а вот для Джоковича — важное. Именно поэтому сразу же после инцидента он побежал к арбитру извиняться. Это то, чего Кремль не делает никогда.

Есть и другой важный момент, в котором Кремлю стоит поучиться у серба — умение признавать свои ошибки. Даже когда санкции против первой ракетки мира были уже введены и ни в коей мере неотвратимы, он все равно посчитал нужным написать, что «так поступать нельзя», и извинился не только перед судьей, но и перед «всеми, кто связан с US Open». Потому что серб понимает — от его реакции зависит очень многое. Тем временем «ихтам» до сих пор «нет», Воронеж из последних сил отбивается от бомбежек, а Петровы и Бошировы на время пандемии занялись поддержкой внутреннего туризма.

Часто говорят, что теннис — это игра с самим собой. И хотя профессионалам в этом признаваться неприлично, на любом любительском или полупрофессиональном турнире от проигравших можно услышать, что всему виной их собственные ошибки, а соперник так, рядком проходил. И это немудрено.

«В разгар матча игрок похож на сумасшедшего, бредущего по многолюдной улице: он ругает сам себя, тут же огрызается в ответ, ни на минуту не прекращая оживленные дебаты в одиночку. Почему? Потому что теннис — игра одиночек»,

— пишет в своей автобиографии Андре Агасси. Матч может длиться 3-5 часов, а не минут, как в знакомом кремлевским обитателям дзюдо, там играют в долгую. Отсюда и напряжение, отсюда и ошибки, отсюда и мяч, летящий в линейного арбитра после неудачного розыгрыша. Но по необъяснимым причинам такая же ситуация и в российской политике — все санкции, все скандалы — всё это исходит только от нас самих. Бой с тенью, в котором в итоге нет победителей, а вместо теннисного этикета — бесконечные попытки бросить себя с прогиба.