Кладбище младенцев

В полулегальных клиниках юным девушкам, желающим сделать аборт, за большие деньги вводят специальный раствор, убивающий детей. Правда, не предупреждают, что неудавшиеся мамаши могут сами стать жертвами операции и отправиться на тот свет

На днях в Питере было возбуждено уголовное дело против организаторов подпольных клиник-абортариев. Материал о нелегальной деятельности сотрудниками УВД собирался давно. Одна из пострадавших — Елена Калугина рассказала, что после сделанного в одной из клиник аборта она вернулась домой, но через три дня ее увезли на «скорой». Врачам чудом удалось спасти женщину, но она осталась бесплодной. Елена подала в суд заявление, однако по указанному адресу клиника уже была закрыта — на ее месте находился продуктовый склад. Найти незаконно практикующих гинекологов пока не удалось.

абортарий в подворотне

Как сообщила «ЖГ» главный гинеколог комитета по здравоохранению Людмила Коваленко, по статистике только в Москве совершается около 100 тысяч абортов в год, число криминальных из них, то есть сделанных в нелегальных и полулегальных клиниках — примерно 40 процентов. Эти цифры наши власти считают катастрофическими, но как бороться с таким положением дел — неизвестно.
— Я всегда говорю своим клиентам, чтобы они просили показать лицензию, когда приходят в частное медицинское учреждение, — говорит Николай Демидов, член Московской коллегии адвокатов. — Своя жизнь, как известно, дороже всего, поэтому, если вы думаете, обращаться в сомнительную клинику или нет, лучше поберегите себя и не пожалейте времени — идите в государственное учреждение. Если же несчастье уже случилось и после аборта у вас начались осложнения, вы можете обратиться в суд и рассчитывать на то, что врачей будут судить по статье 123 УК РФ за незаконное производство аборта и статье 235 о незаконном занятии частной медицинской практикой, если это повлекло нарушение здоровья человека.
Корреспондент ЖГ получила задание проверить, как встретят пациентку в негосударственных центрах. По легенде обратившейся девушке требовалось сделать незаконный аборт на большом сроке, когда все государственные клиники от нее уже отвернулись. Найти телефоны клиник удалось достаточно легко — в газете «Из рук в руки» обнаружилось несколько рекламных объявлений об абортах до 28 недель.
В первом же центре предложили приехать к ним, поскольку по телефону ничего определенного сказать не могут. Точного адреса не назвали, но подробно описали местность, включая дыру в заборе, через которую надо будет пролезть, и железную дверь с задней стороны дома.
До этой безымянной клиники добираться почти два часа из центра. Подвальные помещения, обстановка бедная, не слишком-то чистая, два человека ждут в очереди. Со мной беседует пожилая женщина, записывает с моих слов имя, фамилию, возраст и предполагаемый срок беременности, после чего уходит за доктором. Врач предлагает лечь на кушетку для осмотра. На мои вопросы отвечать отказывается, мотивируя отказ крайней спешкой и обещая все объяснить в процессе. Услышав, что я боюсь, говорит, что ему некогда со мной возиться и я должна приехать на следующий день с утра с халатом, тапочками и носками, взяв с собой 11.000, и вызывает следующую.

все равно, кого резать

Второй визит в аналогичное безымянное учреждение тоже на окраине Москвы. Это переделанная квартира, но здесь намного чище, следы недавно сделанного ремонта. Очень любезная доктор подробно рассказывает о ходе искусственных родов и обещает, что все будет в порядке, многие у них делают на больших сроках, все живы-здоровы, и совсем небольно и неопасно. «Сколько же таких «поздних»?» — осторожно интересуюсь. «Да вот только на этой неделе вы уже восьмая или девятая...»
Спрашиваю, смогу ли иметь детей в дальнейшем. Меня заверяют, что естественно, операция никак не отражается на способности к зачатию. Узнаю, какие анализы мне следует сдать, и привожу врача в замешательство. Опомнившись, она говорит, что не надо никаких анализов, все будет ясно в процессе. Стоимость процедуры здесь от $400 до 500 в зависимости от срока. Доктор предлагает приступить немедленно, пока она свободна. Ссылаюсь на отсутствие денег, и меня записывают на утро следующего дня.
В третьей клинике потребовали первым делом паспорт. Стоимость их услуг: 14.000 — до 25 недель, 16.000 — с 25 до 28. Анализ крови обязателен, оплачивается отдельно. Консультация врача — 350 рублей, но если сразу оплатить аборт, становится бесплатной. Мой вопрос, может ли ребенок родиться живым, вызвал крайнее удивление, и меня заверили, что я не должна волноваться по этому поводу, они такого не допускают.
— Почему люди отказываются верить врачам в государственных учреждениях и так охотно несут свои деньги шарлатанам? — удивляется гинеколог Алевтина Пискарева, врач высшей категории. — Когда ко мне приходят женщины и просят направить на аборт на большом сроке, я всегда стараюсь их от этого отговорить. Это же на самом деле искусственные роды, очень тяжелая и опасная операция. В государственной консультации мы направляем на аборты на сроке до 12 недель. И только при наличии медицинских или социальных показаний этот срок продлевается до 20—22 недель. И ни в коем случае не больше. Это грозит осложнениями, кровотечением, септическими осложнениями, тромбоэмболией околоплодными водами. Даже если все закончится удачно, в дальнейшем это грозит бесплодием.
В пресс-службе Минздрава сказали, что регулярно проводятся проверки государственных и частных учреждений. В отделениях Фонда обязательного медицинского страхования существуют специальные отделы по контролю качества оказания медицинской помощи. Экспертам прежде всего предоставляется документация, кроме этого, они проводят дополнительное обследование пациентов. Проверка проводится бесплатно по факту заявления от гражданина.
Конечно, к услугам нелегальных клиник обратится не каждый, но их количество, увеличивающееся с каждым днем, говорит о том, что многие люди или по незнанию, или по каким-то иным причинам рискуют своим здоровьем и даже жизнью. Удивительно другое: до сих пор ни Министерство здравоохранения, ни правоохранительные органы не перекрыли кислород этим «черным» клиникам и с каждым часом их жертв становится все больше.
Стелла ЧИРКОВА.

Бытовуха
В Тульском суде рассматривалось дело о подделке документов. В городской больнице делали аборт на сроке больше 25 недель, и ребенок родился живым. Женщину выписали домой, а на ребенка не обращали внимания, надеясь, что он умрет сам. А мальчик не собирался умирать, и одна из медсестер забрала его домой, оформив себя его матерью. Через несколько лет история всплыла, но сердобольная женщина отделалась условным сроком с учетом смягчающих обстоятельств.
В один из судов города Владимира обратились родственники умершей после операции на матке женщины. Как показало вскрытие, врачами была оставлена в полости марлевая салфетка, что является однозначным нарушением правил проведения операций, но, по данным экспертизы, такое нарушение не могло по всем объективным показателям повлечь за собой смерть. Других нарушений в действиях медиков выявлено не было, а заболевание было действительно тяжелым, и суд в удовлетворении иска отказал.