Вайнах и мы

Выступление Владимира Путина по Чечне будто бы расставило точки над «и»: политический процесс — отдельно, террор — отдельно, переговоров с Масхадовым не будет, а те, кто надеется на второй Хасавюрт, пусть идут договариваться с Бен Ладеном.

Однако никакой определенностью в чеченской проблеме по-прежнему не пахнет. Главных вариантов, как и прежде, два — «мочить» до полного умиротворения и вывести войска, отгородившись забором. Беда в том, что то и другое нужно делать радикально, не ограничиваясь полумерами, а это невозможно. Потому что Чечня сегодня — это не одна проблема, а целых три, и решаются они совершенно по-разному.
Первая проблема — сама Чечня, маленькая, но гордая автономия, решившая вдруг добиться свободы. Свободы от многолетних войн и депортаций. Но также свободы от законности и порядка, которые всегда стесняли непокорных вайнахов. Свободы грабить соседей: а как же еще прокормить растущее население в скудных предгорьях? Свободы брать выкуп за пленников и использовать рабский труд. Так жили многие народы на этапе «военной демократии».
Такая мораль плюс родовая спайка оказались страшной силой. Именно они позволили чеченцам врезаться в аморфное, разворошенное переменами российское общество и отхватить себе в нем смачные куски. Сначала были захвачены командные высоты в организованной преступности — единственной сплоченной силе в распадающейся стране. Затем чеченские «бизнесмены» через подставных лиц заняли места в банках и нефтяном бизнесе. Отстреляв конкурентов, взяли контроль над гостиницами, казино, ночными клубами. По фальшивым авизо похитили у государства миллиарды рублей, которые пошли на «укрепление независимости» Ичкерии — то есть на закупку оружия. Не секрет, что во время первой войны боевики жили за счет десятины, взимаемой с чеченской диаспоры в России. Правда, потом они отыскали себе новых спонсоров, побогаче. Теперь московские земляки разве что помогут с жильем или машину дадут, чтобы в театр съездить... Кстати, сегодня, после всех зачисток, когда «лицу кавказской национальности» и за хлебом без паспорта не выйти, милиция по-прежнему пропускает на красный свет «Мерсы» с мигалками, в которых восседают «авторитетные» чеченцы. Ведь это уважаемые люди, лидеры общины, которая только в Москве и Подмосковье насчитывает более ста тысяч человек. И все не бедствуют, все при деле. Не странно ли — за десять лет чеченское население столицы выросло вдвое при всех строгостях с пропиской? В его рядах удивительно много бизнесменов разного калибра. В том числе и тех, на которых накоплены буквально горы компромата, а они живут припеваючи и даже баллотируются в президенты.
Не надо делать из чеченцев жупел. Они, как и все, хотят хорошо жить и добиваются этого привычными для них способами. Не они создали криминализированное общество, в котором мы сегодня живем. Столпы этого общества гуляют на свадьбах бандитских главарей и принимают от них подарки — конечно, просто так, по дружбе. А потом произносят красивые речи о порядке и законности.
Вторая проблема Чечни — то, что это Россия. Не просто часть России, но сама Россия, вынесенная вовне, доведенная до абсурда. Те угрозы, о которых много говорилось в начале 90-х — распад страны на уделы, захват власти мафиозными группировками, межнациональные войны, — осуществились в отдельно взятом регионе. Казалось бы, это даже хорошо — можно отсечь зараженный орган, вернув здоровье всему организму. Но дело в том, что болен и организм — помимо глубоко сидящей внутренней хвори, по нему вольготно расползлись чеченские метастазы. Ампутация бессмысленна, и застарелую болезнь придется лечить без особых надежд на успех. Нельзя ампутировать Чечню и выслать туда всех чеченцев — их далеко не святое место в обществе обязательно займет кто-нибудь другой. Для наступления мира на Кавказе нужно, чтобы изменилась вся Россия, все мы. Это нелегко, если осуществимо вообще. Поэтому война продолжается. И мы будем в этой войне проигравшими — до тех пор, пока в России не будет реабилитировано понятие Родины как таковое. Да, у террористов нет Родины. А у нас она есть? Режиссер Говорухин-младший недавно сказал замечательную фразу: каждый из нас сегодня стал не гражданином страны, а гражданином квартиры...
Можно понять несчастных заложников, просящих президента вывести войска из Чечни. Но нельзя понять и простить требующих того же политиков, которые помнят, чем обернулась предыдущая ичкерийская «независимость». Нельзя простить и провокаторов из Лондона, призывающих правительство к капитуляции перед боевиками, а народ — к акциям протеста. Призывы к смене власти, какой бы эта власть ни была, сегодня граничат с предательством. Кто-то должен это сказать вслух. Россия находится в состоянии войны, причем не с чеченскими бандами, а с куда более сильным и коварным противником.
Третьей и главной проблемой Чечни сегодня стала общемировая проблема «международного терроризма». Отряды боевиков давно уже контролируют и оплачивают те же люди, что направили самолеты на небоскребы Манхеттена, взорвали дискотеку на Бали, залили кровью Алжир. Совсем необязательно одного из них зовут Бен Ладен, а другого — Саддам Хусейн. Но все они привержены той тоталитарной идеологии, которая на заре нового тысячелетия стала достойной заменой коммунизму и фашизму.
Конечно, ислам — великая и древняя религия, которая не сводится к ваххабизму, так же, как немецкая культура не сводится к Гитлеру. Однако именно мусульманские лидеры прощают своим единоверцам любые грехи. А нефтяные шейхи, как и московские чеченцы, готовы ради своего спокойствия выплачивать воинственным соплеменникам десятину на войну против неверных. Чечня — всего лишь один из фронтов этой войны, и чеченский народ оказался таким же ее заложником, как русские или израильтяне. Здесь действует та же безотказная схема, что в Палестине — чем больше терактов, тем сильней ответные репрессии. И тем больше новых шахидов и их «сестер».
В традиционном обществе восточного типа через неделю после «Норд-Оста» в Москве да и в других городах не осталось бы ни одного чеченца. В правовом обществе до зубов вооруженные террористы просто не смогли бы разъезжать по столице на ворованных машинах. Но будет ли от этого толк в восточно-западной стране, не определившейся ни в чем?
Этнические чистки нынче не в моде. И дело не в том, что Запад не поймет — черт бы с ним! — а в том, что в российских условиях эпидемия погромов, доносов и чисток имеет свойство распространяться беспредельно. За чеченцами неминуемо последуют азербайджанцы, потом армяне, евреи, татары... кто еще? Если бы у нас вдруг установилась пресловутая диктатура закона, первыми взвыли бы не террористы, а мы сами. Законы наши, может, и хороши, но явно рассчитаны на какое-то другое население.
Так что же делать? Ответ подсказала нам власть, которая при всех своих ошибках в истории с «Норд-Остом» повела себя достойно, отказавшись обсуждать любые требования террористов. То же достоинство требуется сегодня от каждого. Не ходить на демонстрации по указке террористов. Не брать деньги у бандитов — чеченских или русских, — не ходить к ним на свадьбы, не выбирать в мэры. Не верить обещаниям политиков, рассчитанным на среднестатистическое быдло. Открыто называть преступников преступниками, невзирая на чин, национальность и религию. Да, это неудобно, а иногда и опасно. Но лучше очнуться от сна сейчас, чем однажды пробудиться на очередном мюзикле под наведенными на нас дулами.
Чтобы решить чеченскую проблему, надо сначала решить российскую.
Вадим Эрлихман.