Как Горбачёв уходил с поста президента

В последний рабочий день Михаила Сергеевича Борис Ельцин нарушил свои обещания

Фото: Горбачёв-фонд

Образованный в декабре 1922 года СССР просуществовал до 26 декабря 1991 года. За день до этого президент Советского Союза Михаил Горбачёв в телеэфире объявил о сложении своих полномочий, после чего были подписаны документы о прекращении существования некогда самой большой страны в мире. «Собеседник» вспоминает о последнем рабочем дне Михаила Сергеевича.

Справка

Михаил Горбачёв стал Генеральным секретарём ЦК КПСС в 1985 году, сменив на этом посту ушедшего из жизни Константина Черненко. В 1990 году Горбачёв стал президентом СССР. В 1999 году Борис Ельцин почти повторил поступок Горбачёва, заявив в телеэфире, что уходит с поста президента.

Перед эфиром семью президента выселили из дома

Как рассказывает в своих воспоминаниях бывший пресс-секретарь Горбачёва Андрей Грачев, изначально президент планировал выступить по ТВ и подписать указ об отставке 24 декабря. Но его уговорили перенести обращение на день позже, чтобы не портить католический предрождественский сочельник для миллионов почитателей Горбачёва в мире.

За два дня до своего знаменитого выступления Михаил Сергеевич встречался с президентом Российской Федерации Борисом Ельциным. В течение восьми часов они обсуждали, как будет происходить задуманное: от передачи чемоданчика с ядерной кнопкой и секретных документов до того, когда спустят советский флаг над Кремлём и сколько дней дадут Михаилу Сергеевичу, чтобы собрать свои вещи в рабочем кабинете. Позже все обещания, данные Ельциным во время того разговора, были нарушены.

Фото: Горбачёв-фонд

Перед телеэфиром состоялось два телефонных разговора президента Советского Союза Михаила Горбачёва – с президентом США Джорджем Бушем и министром иностранных дел Германии Гансом‑Дитрихом Геншером. Также Горбачёв проинформировал президента США, что передаёт право на использование ядерного оружия президенту Российской Федерации Борису Ельцину.

– Когда за пару часов до выступления он уже в который раз перечитывал свой текст, внося какие-то поправки, по телефону из дома позвонила возбуждённая Раиса Максимовна: к ней, оказывается, уже заявились люди из хозяйственной службы российского президента, чтобы поторопить «очистить служебное помещение», – вспоминает Андрей Грачёв. – Отложив текст и энергично выразившись, ещё не отставленный президент позвонил начальнику пока ещё своей охраны, который старался выслужиться перед новым начальством. «Что вы себе позволяете? – загремел он. – Это же дом, там люди живут». Выслушав сбивчивые объяснения, в сердцах бросил трубку. Потом, ещё дыша негодованием, повернулся в мою сторону: «А знаешь, то, что они так себя ведут, убеждает меня в том, что я прав». И эта неожиданная для него самого мысль помогла ему обрести столь необходимое для этого вечера внутреннее равновесие.

Обиды над ядерным чемоданчиком

Выступление Горбачёва началось ровно в 19:00 по московскому времени и продлилось почти двенадцать минут.

– О том, что будет этот эфир, мне сообщили за несколько дней, – вспоминает режиссёр Центрального телевидения Калерия Кислова, которая много лет записывала обращения к народу наших руководителей – от Леонида Брежнева до Владимира Путина. – Помню, как в Кремле меня встретил Михаил Горбачёв, и мы последовали в Зелёную гостиную, где и проходила съёмка. Михаил Сергеевич нервничал, но держал себя в руках, чтобы никто не заметил его волнения. Там были камеры зарубежных телекомпаний, а наших было три камеры. Одну мы установили над правым плечом Михаила Сергеевича, чтобы снимать, как он будет подписывать указ.

Фото: Горбачёв-фонд

Во время других наших записей Горбачёв просил меня сесть рядом с камерой, чтобы смотреть мне в глаза, а не в стеклянный объектив. Но в этот раз мне нужно было находиться в кабине передвижной телевизионной станции: прямая же трансляция, необходимо было ещё отследить, как другая наша камера, которую установили на Красной площади, покажет, как спускают красный флаг над Сенатским дворцом и поднимают российский триколор. Горбачёв, узнав о том, что меня рядом не будет во время эфира, расстроился. Отмашку о начале ему дал оператор.

– Я стоял сбоку, метрах в десяти от Михаила Сергеевича. Прямой эфир. Он был спокоен. Не стеснялся заглядывать в текст. И получилось «с ходу» хорошо. И потом, сколько ни слышал «домашних» опросов, оценки сходились: достоинство и благородство, – вспоминал помощник Горбачёва Анатолий Черняев.

О спуске советского флага была договорённость, что это сделают 31 декабря, но Ельцин решил поспешить. Табличку «Горбачёв Михаил Сергеевич, президент СССР» с его кабинета стали отвинчивать при нём же, как только закончилась трансляция. Также был нарушен и договор, что Горбачёв после сложения полномочий лично передаст ядерные коды, секретные документы Ельцину. Но...

Рассказывают, что Борис Николаевич начал смотреть трансляцию выступления Горбачёва и пришёл в ярость, выключил телевизор. Уже первые слова Михаила Сергеевича его разозлили:

«Дорогие соотечественники! Сограждане! В силу сложившейся ситуации с образованием Содружества Независимых Государств я прекращаю свою деятельность на посту президента СССР. Принимаю это решение по принципиальным соображениям. Я твердо выступал за самостоятельность, независимость народов, за суверенитет республик. Но одновременно и за сохранение союзного государства, целостности страны. События пошли по другому пути. Возобладала линия на расчленение страны и разъединение государства, с чем я не могу согласиться...»

Ельцин отказался ехать в Кремль и распорядился, чтобы Горбачёв сам привёз ему «кнопку». Но тот категорически ответил: «Нет!» Тогда за ядерным чемоданчиком приехал министр обороны Евгений Шапошников.

Запивали трагедию коньяком

– После передачи «кнопки» выпили коньяку (я, два Яковлевых и Михаил Сергеевич), потом перешли в Ореховую гостиную, присоединился Андрей Грачев... И до 12 ночи «гужевались», – рассказывал Анатолий Черняев. – Запомнить всего невозможно, а жаль... Между делом были сказаны вещи, достойные скрижалей. Впрочем, больше речь шла о прошлом, даже о Суслове, и о том, как Горбачёв, приехав в 1978 году в Москву, ужаснулся политическим и прочим нравам и тому, как, оказывается, «делают в Москве политику».

По договорённости Михаил Сергеевич мог ещё три дня пользоваться своим кабинетом в Кремле, но... Уже 26-го туда вселился Ельцин, а вещи Горбачёва просто выставили вон. Запланированную на следующий день встречу с японской делегацией Горбачёву пришлось провести в кремлёвском кабинете Григория Ревенко, руководителя аппарата бывшего президента СССР.

Надо заметить, что полный текст обращения президента СССР не опубликовала ни одна наша газета. Более того, никто из руководителей республик Советского Союза не приехал в Москву и даже не позвонил Михаилу Сергеевичу, чтобы поддержать его.