Кого боится фсб

Сегодня российские спецслужбы в борьбе с молодежным радикализмом вынуждены одновременно противостоять и западным, и исламским центрам, пытающимся взять под свой контроль молодежь России. Но отечественные чекисты к этому не готовы.
Кто там шагает правой? Левой! Левой! Левой!
«Отдел по борьбе с антиглобализмом и молодежным экстремизмом» — именно так называется созданная недавно новая структура Федеральной службы безопасности. Правда, несмотря на все разговоры об угрозе со стороны скинхедов и прочих неонацистов, основную борьбу спецслужбы развернули на левом фланге. Во всяком случае, главными героями громких политических процессов последнего времени являются именно левые радикалы: члены Федерации Анархистов Кубани, «Реввоенсовета», «Новой Революционной Альтернативы»... Но большинство экспертов до сих пор считают левых террористов... изобретением самих спецслужб, а все листовки от их имени — провокацией органов. Версия не столь уж абсурдная. Террористы действительно нужны ФСБ. Нужны по разным причинам: чтобы отчитаться об успешной работе, выбить дополнительное финансирование... Так, по мнению руководителя правозащитного фонда «Гласность» Сергея Григорянца, у политических процессов над леворадикалами две цели — с одной стороны, хоть как-то оправдать растущий как на дрожжах аппарат спецслужб, а с другой — воспитать молодежь в духе времени: «Надо же молодых приучать к мысли, что альтернативы «Идущим вместе» уже нет, а примыкание к маргинальным организациям не только бесперспективно, но и опасно».
С теми, кто не желает «идти вместе», органы особо не церемонятся. Например, для краснодарских анархистов, которых каждый местный милиционер знает в лицо, задержание для «выяснения личности» — обычное дело.
В августе прошлого года в Санкт-Петербурге в собственной квартире подвергся нападению один из лидеров антиглобалистского движения в России Евгений Гильбо. Многих политически активных студентов, по их словам, нередко пытаются запугать. Осужденный на 5,5 лет комсомолец Андрей Соколов утверждает, что его дело было полностью, от начала и до конца, сфабриковано. Правозащитники со стажем сетуют: мол, старый гэбешник, бывало, тебе улыбнется, в душу заглянет, а нынешние, чуть что, так и норовят кулаком по столу. И хорошо, если только по столу.
Ответная реакция не заставляет себя ждать. Радикализм молодежи растет. И если ситуация не изменится, не исключено, что в скором будущем в России действительно появится широкое террористическое движение, во всяком случае, предпосылки для этого есть.
Сегодня — с плакатом, завтра — с автоматом!
Такой далеко не самый экстремистский лозунг звучал из уст молодых революционеров на демонстрации 1 мая. Охранять от их возможных бесчинств покой столицы было призвано 5 тысяч сотрудников правоохранительных органов. И это притом что радикально настроенная молодежь составляла человек 800.
Инвентарные списки
Наиболее ярким примером экстремистских групп служит так называемая «Новая Революционная Альтернатива» (НРА). Впервые в поле зрения московских спецслужб НРА попала в 1996 году. Тогда эта группа заявила о своей причастности к взрыву Останкинского военкомата. Самые громкие акции — взрывы приемной ФСБ на Кузнецком мосту в ночь на 14 августа 1998-го и в ночь на 4 апреля 1999 года.
Спецслужбы считают НРА наиболее опасной молодежной организацией, поскольку она — единственная из всех — тщательно законспирирована. Численность группы ввиду ее подпольного характера неизвестна. Два года назад представители ФСБ заявляли о 500 боевиках НРА, но перед судом пока предстал только один — Александр Бирюков, который был признан невменяемым и находится на лечении.
Сейчас по делу НРА проходят 4 девушки: эколог Ольга Невская, члены РКСМ(б) Надежда Ракс и Татьяна Нехорошева-Соколова и анархо-коммунистка Лариса Романова. Несмотря на то, что гипотетические «террористки» были арестованы более двух лет назад, судебный процесс над ними до сих пор не начался. Недавно его в очередной раз перенесли. Член Комитета защиты политузников и по совместительству адвокат Надежды Ракс Анатолий Крючков считает, что шансов на освобождение у молодых коммунисток практически нет: «Процесс с самого начала ведется предвзято».
Авангард Красной Молодежи (АКМ), молодежное крыло «трудороссов», насчитывает сотни три подростков, главным образом фанатов «Гражданской обороны». Эдакие мальчики-пэтэушники с революционным блеском в глазах. Создан АКМ в мае 1999-го. По территориальному признаку разделяется на бригады и батальоны, наиболее активные из которых действуют в Москве и Новосибирске. Главнокомандующий АКМ — Сергей Удальцов, «прославившийся» среди товарищей по борьбе тем, что 9 мая 2001 года забрался с красным флагом на крышу Большого театра.
В марксизме акаэмовцы разбираются слабо, но зато радикализм налицо. 7 ноября 2000 года АКМ предпринял попытку прорваться на Красную площадь. Осенью прошлого года стал инициатором проведения марша «Антикапитализм-2001», закончившегося столкновением с милицией на Горбатом мосту. Организация регулярно обустраивает летние военно-спортивные лагеря, где бойцы АКМ (так они себя называют) учатся даже водить БТР.
Двое бойцов в настоящий момент находятся в заключении: 18-летний Александр Данилов, которого обвинили в подготовке теракта в арбатском «Макдоналдсе», и 21-летний Александр Шалимов, бросивший бутылку с зажигательной смесью в окно Центра Хаббарда в Москве.
Революционный Коммунистический Союз Молодежи (большевиков) (РКСМ(б)) — партия далеко не самая многочисленная в России (чуть более сотни членов), но, согласно версии спецслужб, имеет подпольное крыло — так называемый Технический (или Террористический) отдел, который якобы занимается подготовкой различных диверсий. Юридических доказательств эта версия пока не имеет, но многие члены революционного комсомола в настоящий момент уже осуждены или находятся под следствием, в том числе по обвинению в терроризме. Среди них — тот самый Андрей Соколов, ставший в 1997 году, как он себя называет, первым политзаключенным новой России, обвиненным в терроризме.
Кроме Москвы, группы РКСМ(б) имеются еще в ряде городов страны: Ярославле, Пензе, Питере. Российская коммунистическая рабочая партия (РКРП), в структуру которой входит ревкомсомол, сейчас проводит политику по смягчению радикализма своих юных товарищей (многим из которых, кстати, уже за тридцать). Так, главный идеолог РКСМ(б) Павел Былевский смещен с поста главного редактора партийной газеты «Бумбараш-2017».
Троцкисты, ходжаисты, маоисты — в России существует десятка три организаций этих идеологических направлений разной численности и степени радикализма (от умеренных до экстремистских). К числу умеренных можно отнести, например, «Социалистическое сопротивление» (российская секция троцкистского «Комитета за Рабочий Интернационал»). В России их более 100 человек (Воронеж, Москва, Ярославль...), всего же по СНГ насчитывается сотни три почитателей Льва Давыдовича. Наиболее заметные активисты — Игорь Шибанов, Илья Будрайтскис, Маша Курзина. Основной вид деятельности — пропаганда.
Российская Маоистская Партия (РМП) менее заметна, зато более радикальна. По данным ФСБ, в 2000 году она взяла на себя ответственность за поджог и взрыв газа во 2-м Сетуньском переулке и подозревалась в причастности к теракту на Пушкинской площади. Среди главных зарубежных партнеров РМП — такая экстремистская группа, как перуанская «Сендеро Луминосо». Численность партии засекречена, но, поскольку двойное членство в РМП не возбраняется, многие маоисты состоят в других дружеских партиях, в частности в РКСМ(б).
От АДа до ФАКа рукой подать
Анархисты единого течения не представляют. Еще с конца 80-х анархо-экологическое движение «Хранители Радуги» проводит радикальные «акции прямого действия» против экологически опасных промышленных объектов. Лидеров, как это водится у анархистов, нет; среди активистов заметен Сергей Фомичев, стоявший у истоков движения, и Артем Шленов, арестованный в прошлом году во время антиглобалистских протестов в Швеции за «нападение на полицейского». Формальное членство у «Хранителей» тоже отсутствует, но число молодых экологов и анархистов, принимающих участие в их акциях, достигает 500 человек. Многие анархические группы активно действуют не в Москве, а в регионах и не взаимодействуют между собой.
Среди федераций заметны Ассоциация Движений Анархистов, объединяющая порядка десяти местных групп, и все более набирающее авторитет «Автономное Действие» (АД). Из региональных групп пользуется авторитетом (в соответствующих кругах) ФАК — Федерация Анархистов Кубани. В 1999 году ее члены проходили свидетелями и обвиняемыми по так называемому «Краснодарскому делу» о подготовке покушения на главу края Николая Кондратенко. Беспокойство спецслужбам доставляет и полуанархическое движение «Против всех партий» (ПВП), созданное радикальными деятелями культуры. Во время прошлых парламентских выборов участники ПВП сумели захватить трибуну мавзолея, что захватят во время следующих — не берутся гадать даже в ФСБ.
Отдельная статья — национал-большевики (НБП). При отсутствии четкой идеологии в рядах НБП состоит молодежь как крайне левых, так и крайне правых взглядов. Численность — несколько тысяч человек, активно действует в провинции, но основные радикальные акции НБП предпочитает проводить не в России, а в сопредельных странах — Латвии, Казахстане и на Украине. Уголовного дела против самой партии не возбуждено, но по разным статьям в заключении сейчас находятся до полусотни нацболов, включая их лидера Эдуарда Лимонова, обвиненного в закупке оружия для партии.
Среди антиглобалистов, помимо активно участвующих в антиглобалистском движении «Хранителей Радуги» и АДа, выделяются сторонники интернационального движения АТТАК (с французского АТТАС переводится как «Ассоциация за налогообложение трансакций в интересах граждан»). По приглашению этого движения в Геную на демонстрацию против встречи «большой восьмерки» в июле 2001-го смогла попасть и делегация россиян — начиная от представителей «Соцпрофа» до троцкистов из «Комитета за Рабочий Интернационал».
Результат поездки: в ноябре, когда в Катаре проходила очередная встреча стран — участниц ВТО, в Москве, Воронеже, Ярославле и других городах состоялись учредительные конференции нового проаттаковского движения «Мир — не товар», в состав которого вошли троцкистское «Социалистическое сопротивление», независимый профсоюз «Защита» и интеллектуальное движение «Альтернативы».
Наиболее активным из отделений сейчас является воронежское, которое регулярно проводит «акции прямого действия» против строительства в городе серии «Макдоналдсов». Вскоре планируется официальное создание общей структуры «АТТАК-Россия», которая объединит те несколько сот приверженцев борьбы с транснациональными корпорациями, которые существуют у нас в стране.
Свято место пусто не бывает
Кто такие левые радикалы и откуда они берутся? Явление это отнюдь не узкороссийское. Революционные экстремисты есть во всем мире, поэтому портрет левака спецслужбам известен давно: юноша (а нередко и девушка) с хорошим образованием из благополучной семьи. Романтики от Революции, а в целом — обычные люди, правда, может, чуть более восприимчивые к несправедливостям жизни. Им просто трудно оставаться в стороне, глядя на бесчеловечность системы, легальных методов борьбы с которой они не видят. Жизнь подсказывает им свой выход. И не только жизнь.
Ни для кого не секрет, что в России сейчас отсутствует четко очерченная молодежная политика. «Идущие вместе» способны повести за собой далеко не лучших и далеко не многих. А все «разоблачающие» сюжеты по ТВ о террористах НРА и бесчинствах скинхедов только создают экстремистам рекламу. Видимо, кому-то выгодно, чтобы политическая нестабильность в России сохранялась как можно дольше. В этом смысле делать ставку на молодежь — перспективно. Но чтобы делать ставку, нужны деньги.
В соседней Белоруссии, например, долгое время спонсированием молодых радикалов открыто занималось ЦРУ. В прошлом году американцы прекратили финансирование. Сейчас место спецслужб США готов занять лидер ливийской революции Муамар Каддафи.
В России финансовых источников, готовых вкладывать деньги в экстремизм, на самом деле не так уж и много. Члены «Реввоенсовета», например, занимались самообеспечением, или, проще говоря, рэкетом и мошенничеством. Но это — профессионалы, а профессионалами являются далеко не все. Вот и приходится молодым революционерам невольно корректировать свою партийную линию, идя у кого-то на поводу. АКМ, РКСМ(б), да что там — даже прозюгановский Союз Коммунистической Молодежи терпят своих «старших товарищей» только из-за денег. Партийные боссы смягчают их радикализм, используя в своих интересах, но, усмехаются леваки, еще неизвестно, кто кого использует.
Группы, не имеющие партийной поддержки, тоже на паперти не стоят. Как говорится, «заграница нам поможет». Большой интерес к России испытывают, например, зарубежные антиглобалисты. Различные экологические фонды спонсируют анархистов из «Хранителей Радуги».
До недавнего времени была весьма активна курдская диаспора в Москве. Действуют в России сторонники Революционных Вооруженных Сил Колумбии, Революционного Движения Тупак Амару, южнокорейской идеологии чучхе...
В последнее время наблюдается интерес к российским левакам даже со стороны Ливийской Джамахирии, одной из стран, которая, по версии США, поддерживает международный терроризм. По некоторым данным, недавно созданное «Общество по изучению «Зеленой книги», в которое входят представители ряда леворадикальных течений России, уже получает финансовую помощь со стороны Каддафи. А это уже не шутки.
В общем, свято место пусто не бывает. И если государство не хочет заниматься собственной молодежью, ею займутся другие. А результаты мы, возможно, очень скоро увидим на улицах. Хотя, честно говоря, не хотелось бы.
Олег Ролдугин.