Монаха убили за разоблачение церкви?

Инок, разоблачавший тайны монастырской жизни, был найден избитым до смерти.

Таинство смерти Серапиона

Последнее, что сделал в своей земной жизни инок Серапион – отправил фотографию на мобильный телефон своей духовной сестре. Узнать его на снимке было очень трудно – синяки, заплывший глаз, разбитые губы. За несколько минут до этого Серапион успел еще позвонить друзьям и сказать, что его избили в монастыре его духовные братья. А уже через несколько часов был обнаружен труп Серапиона – со следами новых жестоких побоев.

Монастырские стены всегда хранят много тайн. Некоторые из них, как выясняется, довольно страшные. Смерть простого монаха, у которого нет ни кредитов, ни имущества, ни родни, ни друзей, мог никто и не заметить. Монастырь для монахов – и родня, и работодатель, и государство. Но Серапион оказался необычным иноком – за 15 лет монашеского послушания он не растерял друзей из прошлой, мирской жизни. Они-то и решили уповать не только на Божий суд, но и на земную справедливость – провести свое расследование загадочной и жуткой смерти инока Серапиона.

От бандита – до монаха

Серапион прожил недолго – всего-то 47 лет. Но одна его физическая жизнь вместила сразу несколько разных биографий.

– Он мог умереть еще ребенком, – рассказал «Собеседнику» друг Серапиона Николай Гуськов. – Тогда его звали Боян Самигуллин, и жил он в Уфе. Однажды с отцом друга Боян пошел за мороженым, а рядом с трамвайными путями зазевался и чуть не попал под трамвай. С путей его в последний момент вытащил отец друга – ценой собственной жизни. С тех пор мальчишки стали друг другу как братья и, как говорил сам Серапион, «даже больше». Сейчас этот друг стал большим серьезным человеком, но это не мешало ему продолжать общаться с простым монахом…

Боян Самигуллин повзрослел как раз к началу 90-х, когда в стране наступила «бандитская эпоха». Физически здоровый и лидер по натуре, Самигуллин сделал криминальную карьеру, став авторитетом не только «на районе», но и в регионе в целом.
Уже в начале 1990-х Бояна посадили на 9 лет в колонию строгого режима. Почти 6 лет из тюремного срока он провел в карцере и на особом, «крытом» (читай: строжайшем), режиме.

– Он по натуре – правдоруб, не мог смолчать, если видел несправедливость, и ему было все равно, против кого идти – тюремное ли это начальство или короли уголовного мира. Однажды он поколотил рецидивиста, обидевшего старосту тюремного храма, – говорит Николай Гуськов.

В тюрьме зэк-бунтарь, чтобы отвлечься, стал лепить из хлебного мякиша православные кресты – как-то успокаивало, потом стал читать православную литературу – чуть ли не единственную доступную в заключении. К выходу из колонии у бывшего зэка было два пути: криминал или монастырь. Боян выбрал второе.

– Он отказался от всех долей в бизнесе – в пользу своих партнеров, оставил все имущество жене и без всего, практически босым, пошел в монастырь, – рассказывают друзья удивительную историю перевоплощения Бояна-Серапиона.

Враг дьявола

Монашеская жизнь Серапиона точно не была пресной: его, как физически и морально сильного человека, определили на самую трудную работу – келейником к старцу Феофану в Иоанно-Богословском мужском монастыре Рязанской епархии.

– К старцу на лечение приезжали десятки, а то и сотни человек в неделю, к нему же привозили бесноватых и одержимых. Пока старец читал молитвы, они орали нечеловеческими голосами, вырывались, бросались на окружающих. Задача Серапиона была сдерживать такие приступы и оберегать старца, – вспоминает Игорь Тур, мастер по изготовлению иконостасов. – Нам Серапион говорил: «Я к старцу сердцем прилепился», ухаживал за ним, стирал-убирал…

Но современный монастырь – это отдельное государство, со своим бюджетом, жесткой иерархией, беспрекословным подчинением.

– Сейчас невозможно, как при расцвете православия в XVIIвеке, чтобы монахи Троице-Сергиевой лавры 1,5 года держали оборону, не соглашаясь ни с лжецарем, ни с патриархом. Сейчас монах или инок – это бесплатная и бессловесная рабочая сила, во многом зависящая от церковных иерархов, многие из которых идут на службу Богу, как на обычную работу, где хорошо платят, – продолжает Игорь Тур. – Выпускники семинарий идут не в монахи, а в настоятели – с домом, женой-детишками, хорошим жалованьем и огромными пожертвованиями от верующих, которыми они распоряжаются по своему усмотрению. Понятно, что бунтарей при такой системе не терпят. Поэтому Серапиона, который никогда не смолчит, постарались поскорее выставить за монастырские ворота.

Мистика, конечно, но друзья Серапиона вспоминают случай, как старцу Феофану во сне приснился дьявол, который сказал: «Всех, кто рядом с тобой, я скоро уничтожу!» С тех пор один из помощников старца погиб в автокатастрофе, а инока Серапиона у стен мордовского монастыря настигла еще более страшная смерть.

Братья и братва

Инок-бунтарь днем в наказание мыл туалеты, а по ночам лил свечи, которые монастырь продавал. Позже Серапион и вовсе перебрался в отдаленный Санаксарский монастырь в мордовской глуши. Мордовские церковники традиционно близки к московской патриархии, так как Патриарх Кирилл как раз из этих мест.

– Иногда монастырские нравы не лучше тюремных или армейских, – говорит Игорь Тур. – Например, накануне своей смерти Серапион прибежал на крик старенького монаха и увидел его, перепуганного, с окровавленной седой бородой. Оказывается, молодой бугай выбивал у него деньги. Серапион мимо таких случаев никогда не проходил. А в последнее время медики во время проверки обнаружили 10 вич-инфицированных в монастыре из 70 насельников. Такого высокого процента нет даже в тюрьмах. Больше всего Серапион просил вернуть его к старцу…

Друзья пытаются сейчас восстановить последний день жизни Серапиона. Пока им удалось выяснить, что инок в этот день серьезно поссорился с настоятелем, после чего сам настоятель, его помощник и водитель пришли в келью Серапиона «поговорить». «Разговор» закончился дракой и вызовом полиции. Звонок, вызов и задержание документально зафиксированы.

О своем избиении Серапион успел сказать одному из друзей по телефону. Дальше – провал, и в 6.30 инока обнаружили избитым еще сильнее в гостиничном номере города Темников. Кто нанес новые удары – полиция, «братья»? В официальных документах сказано про «алкогольное отравление» как причину смерти, но про большинство побоев, зафиксированных на фото, – ничего. Огромный знаменитый монастырь с сотнями приезжающих паломников в маленьком Темникове – и бог, и царь. Властный настоятель – фигура значительно более важная, чем простой инок с запутанной биографией…

– Дело по факту смерти Самигуллина скорее всего будет закрыто, – сообщили «Собеседнику» в Следственном комитете Мордовии. – В его крови было обнаружено 5 промилле алкоголя, что и привело к смерти…

– В этот день монахи действительно выпивали – в монастырях живут далеко не ангелы, – говорят друзья инока. – Но в смерть от алкоголя мы не можем поверить. 5 промилле – это практически 2 смертельные дозы. И самое главное – на нем места живого не было: лицо, руки – все в синяках, видимо, он закрывался от ударов, но о происхождении ран и ссадин – ни слова…

Конфликт продолжился даже после смерти Серапиона. Монастырь категорически отказался хоронить мятежного монаха (это сделали друзья и родственники за свой счет) и пообещал ему посмертные муки за очернение репутации церкви. Но на это инок-бунтарь уже никогда не сможет ничего ответить.

Пресс-секретарь епархиального управления Саранской епархии игумен Силуан (Туманов):

Инок умер не в монастыре – пусть разбирается следствие

– Инок Серапион умер не на территории монастыря. Поэтому наша епархия не проводит свое расследование этого случая. Это дело правоохранительных органов, они и установят причины и предпосылки произошедшего. По крайней мере, никаких документов по этому поводу монастырь нам не присылал, и мы не запрашивали. Это всё – работа следственных органов.