На пытки закрыли глаза

В России фактически разгромлен институт наблюдения за тюрьмами и СИЗО

Общественные наблюдательные комиссии (ОНК) вместо правозащитников наводнили бывшие силовики, бизнесмены и представители «боевых братств».

По заветам Медведева

Общественные наблюдательные комиссии были созданы в России указом тогдашнего президента Дмитрия Медведева от 10 июня 2008 года. Члены ОНК имеют уникальную возможность беспрепятственно посещать любые учреждения с местами принудительного содержания МВД, ФСИН, ФСБ, Минобороны.

Осенью 2022 года в России прошла одна из самых массовых ротаций членов ОНК. В результате там появилось беспрецедентное количество представителей силовых ведомств. В обновлённые ОНК не прошёл ни один член «Комитета против пыток»*. Однако в Общественной палате РФ, проводившей ротацию, её критику назвали необоснованной. При этом отбор кандидатов в ОНК является закрытой процедурой.

Тотальная зачистка

– Эти места заполнены функционерами, как минимум людьми равнодушными, а как максимум – теми, кто ходит в места лишения свободы и потом пишет: «Жалоб нет, ни одной жалобы не поступило» – так описывает ситуацию в российских ОНК бывший аналитик Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН) Анна Каретникова.

На протяжении восьми лет она трудилась в Общественной наблюдательной комиссии Москвы. А в 2016-м перешла на работу в столичное управление ФСИН, где получила должность главного аналитика. В течение пяти лет она посещала московские следственные изоляторы и не раз сообщала о нарушениях прав арестованных. Например, в 2016-м выяснила, что в СИЗО-2 «Бутырка» есть некая «секретная башня», переполненная заключёнными. Но в январе этого года Каретникова была вынуждена уехать из России, опасаясь уголовного преследования.

– Все уже достаточно давно двигалось не в ту сторону, не в ту «эру милосердия», о которой мы мечтали, даже в понимании братьев Вайнеров. Например, когда меня брали на работу, эту должность вводили специально под меня – ведущего московского аналитика ФСИН, в других регионах нет такой должности. А после начала СВО ФСИН взяла курс на абсолютную непрозрачность, – объяснила Каретникова.

ОНК работают по всей России почти 14 лет. По идее их члены должны следить за соблюдением прав и условий содержания людей в СИЗО, тюрьмах и колониях. Но за последние годы наблюдательные комиссии в стране были максимально зачищены – из их составов исключили известных правозащитников, граждан с активной жизненной позицией. И заменили на бывших силовиков или людей, связанных с властью. «Собеседник» присмотрелся к тем, кто сегодня защищает права заключённых.

Каратист вместо правозащитника

«Огромное количество настоящих правозащитников подали заявки на вхождение в новый состав ОНК. Ни один (!) из них не прошёл», – написала в сентябре 2022-го обозреватель «Московского комсомольца» Ева Меркачёва, ранее входившая в столичную ОНК.

Журналистку исключили из состава комиссии. А вместе с ней за бортом остались создатель «Комитета против пыток»* Игорь Каляпин, директор Московской Хельсинкской группы** Светлана Астраханцева, сопредседатель организации Валерий Борщев, бывший секретарь ОНК Москвы Иван Мельников и другие известные правозащитники. Кто же занял их место?

К примеру, в столичной ОНК – 40 человек. Хоть что-то известно о биографии её председателя Георгия Волкова – он работает в фонде «Добрые технологии», возглавляет центральный штаб ОНК по борьбе с коронавирусом. Но биографии большинства членов столичной комиссии неизвестны, в правозащитной деятельности они не замечены.

Зато в ОНК непонятно как оказались несколько бизнесменов (глава компании «Фортекс» Дамир Енаев, гендиректор ООО «Земстрой» Валерия Лоскутова, Кирилл Беспалов из строительной компании «Хорда»), каратист Александр Дерюгин, нотариус Нина Русакова, протоиерей Алексей Давиденко и бывший член молодёжной избирательной комиссии Челябинской области Алексей Песков. Никакого отношения к защите прав заключённых (да и к защите прав людей вообще) они не имели. А некоторые «общественники» оказались напрямую связаны с силовиками. Среди них – председатель профсоюза правоохранительных органов и силовых структур Алексей Лобачёв и бывший судебный пристав Константин Ким.

Впрочем, в регионах ситуация ещё хуже.

«Недостатков не выявлено...»

В последние годы в общественных наблюдательных комиссиях складывается и другая, довольно необычная и странная ситуация. В их составы попадают представители общественной организации ветеранов локальных войн и конфликтов «Боевое братство». Типичный пример – Новгородская область. Из-за небольшого размера региона и ОНК там довольно маленькая: в её составе всего 8 человек. Из них двое – члены того самого «Боевого братства» Владимир Архипов и Эдуард Новиков. Ещё два человека представляют Организацию ветеранов (пенсионеров) войны, труда, Вооружённых сил и правоохранительных органов (Борис Алексеев и Виталий Бабич).

Именно Бабич недавно стал героем мемов, когда пришёл на стройку в каске, надетой поверх меховой шапки. Алексеев же ранее занимал должность советника губернатора Новгородской области и был главой местной избирательной комиссии. Таким образом, ровно половина состава новгородской ОНК оказалась связана с властями или силовыми органами.

Аналогичная ситуация наблюдается в Карелии, откуда постоянно приходят сообщения о пытках в колониях, а бывшее руководство ИК-9 в Петрозаводске даже судили за избиения заключённых. Но на сайте ОНК Карелии вы не найдёте новостей об этом. Потому что у комиссии и сайта-то нет.

Однако состав ОНК опубликован на сайте местной Общественной палаты. Из 11 членов – правозащитников там ноль. Зато есть два представителя все того же «Боевого братства», двое членов общественной организации ветеранов органов внутренних дел и внутренних войск, представитель Российского союза ветеранов Афганистана. Последнего зовут Александр Рунов – он регулярно ездит по местным колониям и регулярно не находит там никаких нарушений. Ни пыток, ни избиений, которые замечают даже следственные органы.

Люди из «братства» есть и в ОНК Мордовии, где в прошлом году заключённые объявляли голодовку в знак протеста против пыток (это случилось в ИК-11 в посёлке Явас). Более того, член «братства» Валерий Крутов даже возглавляет наблюдательную комиссию этого региона. И разумеется, он тоже практически никогда не видит нарушений прав заключённых и не слышит от них жалоб. «Недостатков по итогам посещения учреждения представителями общественности не выявлено» – вот стандартная фраза из релизов ОНК.

В ОНК Ярославской области людей из «Боевого братства» нет. Зато пятеро из десяти членов комиссии представляют организации вроде таких: Союз ветеранов или Союз десантников.

В состав некоторых ОНК вошли и представители духовенства. Один из самых ярких примеров – Кировская область. Там членом ОНК вновь оказался священник Владимир Путинцев. Как рассказывала «Московскому комсомольцу» бывший член ОНК Москвы Ева Меркачёва, он отчитывался об отсутствии нарушений в случаях, когда заключённые жаловались на пытки.

*Признан властями РФ иноагентом

**25 января 2023 г. Мосгорсуд ликвидировал организацию