Туминас из Мастера превратился во врага

В России продолжают избавляться от тех, кто во многом формировал в последние десятилетия российскую культуру

Фото: Global Look Press

Скандал начался с того, что пранкеры, позвонив худруку Театра имени Вахтангова Римасу Туминасу, страдающему от онкологии, в Литву, где он находится на лечении. Представившись министром культуры Украины, они раскрутили режиссёра на политические откровения. Римас Владимирович в этой беседе сообщил, что созванивается с российскими актёрами (Ольга Лерман, Сергей Гармаш, Сергей Маковецкий) и пытается их «обрабатывать». Режиссёр также с пониманием отнёсся к «отмене русских деятелей культуры» на Западе. Самый большой резонанс вызвало предложение Туминасу помочь в создании постановки «Мой друг Бандера», и он с этим согласился.

Для того чтобы публично распнуть литовца, было устроено ток-шоу. Приглашены собственно товарищ Шахназаров, обнародовавший частную запись, режиссёр Юрий Грымов, но особую активность проявила актриса Татьяна Васильева. «Он враг! Враг народа!» – кричала она. По ходу «шоу» Васильева оскорбила ещё и Чулпан Хаматову, которую пранкеры тоже пытались развести на какие-нибудь вызывающие аллергию у россиян реплики. Но Чулпан, в отличие от мучающегося онкологическими болями Римаса, не спешила откровенничать, и Васильева просто произнесла в её адрес: «Ты – дура».

Меньше всего хочется рассуждать о месте в культуре и нынешнем образе жизни госпожи Васильевой. Околотеатральное сообщество иначе как «мерзостью» всё произошедшее не называет. Правда, исключительно в приватных разговорах: директор Вахтанговского театра Кирилл Крок попросил всех своих воздержаться от комментариев. Причина молчания слишком распространённая сегодня: театру нужно дальше как-то жить.

Что касается Туминаса, то ещё совсем недавно ему все пели осанны. Величали Мастером – именно так, с большой буквы. Столетие Вахтанговского прошло под знаком Римаса. «Войну и мир», поставленную им через физическую боль, называли не иначе как гениальным спектаклем: почти все сошлись во мнении, что это главное событие театрального сезона. До того премии собирал «Евгений Онегин» и другие его спектакли. И никто из хейтеров не мог упрекнуть режиссёра в модной нынче русофобии.

А теперь вслед Туминасу видны только плевки. Швондеры, настучавшие на худрука, кричат о том, как он «уродовал» русскую классику. В том, кто оставит больше следа в русской культуре – Туминас или организаторы его травли, – сомнений никаких нет. Все будет примерно так, как было с Пастернаком и участниками осуждавших его собраний или с судами над Бродским. Только вот традиционно жаль, что в России признание часто невозможно без преодоления и без боли.