Книжный мир не будет прежним

Вопреки досужему мнению россияне любят и читают квир-книги. Но что ждёт книжный рынок после принятия закона о пропаганде ЛГБТК+

Последние 30 лет книжная отрасль в России развивалась свободно и независимо от государства. Далеко не все было идеально, однако можно сказать с уверенностью, что успехи и неудачи были делом самих книжников. В 2022 году всё изменилось. Из-за поправок к закону об иностранных агентах книги Дмитрия Быкова*, Михаила Зыгаря*, Тамары Эйдельман*, Екатерины Шульман* и других теперь с 1 декабря нужно будет продавать в непрозрачной упаковке, держать в защищённом от доступа детей месте, строго маркировать 18+.

Но эти проблемы меркнут перед новым законом о запрете пропаганды гомосексуализма. Сейчас, после того как он принят в третьем чтении, можно говорить о перспективах того, как он повлияет на книжный мир, хотя, безусловно, всё будет зависеть от того, какой будет правоприменительная практика (пока вообразить сложно).

Есть две трактовки. Первая – жёсткая: книги, в которых есть положительные или нейтральные ЛГБТК+ персонажи вообще нельзя будет выпускать, продавать и показывать, даже по паспорту. Потери рынка в таком случае огромны: это изъятие из магазинов уже существующих тиражей, отказ от издания современной зарубежной прозы (Ханья Янагихара, Элизабет Гилберт, Кристофер Ишервуд и т.д. и т.п.). То же самое – с большим количеством современной русскоязычной прозы, где персонажей ЛГБТК+ очень много.

Вторая трактовка мягче: выпускать и продавать можно, но только с паспортом, показывать нельзя (размещать на выкладке, держать на общих полках в книжных и т.п.). Здесь возможно решение проблемы через закрытые книжные стеллажи либо отдельный закрытый торговый зал. Рассказывать о таких книгах в СМИ и блогах нельзя при любой из трактовок. Но есть вероятность, что можно будет с обязательным подтверждением возраста там, где есть пейволл.

В этом законе нет определений «пропаганды», «упоминания», «демонстрации», нет понимания того, кто будет определять, содержится ли она в книге или нет. Специальный цензурный орган? Само издательство? Или это жестокий расчёт на самоцензуру: мол, вот вам угроза штрафами и приостановкой деятельности, а там смотрите сами, пронесёт или нет.

Вопреки досужему мнению россияне любят и читают квир-книги, об этом говорят цифры тиражей и постоянные допечатки. Люди ЛГБТК+ не смогут говорить о себе, издатели потеряют доход, читатели – контент, а мы все – ещё один кусочек свободы слова и право высказывать публично своё мнение.

*Признаны российскими властями иноагентами