Не в бешеных деньгах счастье

У драматурга Александра Островского нет ни одной пьесы, в которой речь не шла бы о деньгах, они шуршат-звенят даже в названиях: «Бесприданница», «Богатые невесты», «Доходное место», «Не было ни гроша, да вдруг алтын» и «Бешеные деньги» («Теперь и деньги-то умней стали, все к деловым людям идут. А прежде деньги глупей были. Бешеные (незаработанные). Никак их в кармане не удержишь»).

Не в бешеных деньгах счастье

У драматурга Александра Островского нет ни одной пьесы, в которой речь не шла бы о деньгах, они шуршат-звенят даже в названиях: «Бесприданница», «Богатые невесты», «Доходное место», «Не было ни гроша, да вдруг алтын» и «Бешеные деньги» («Теперь и деньги-то умней стали, все к деловым людям идут. А прежде деньги глупей были. Бешеные (незаработанные). Никак их в кармане не удержишь»).

«Не в деньгах счастье» – только в этой пословице да у театральных актеров, играющих в комедиях Островского, сохранилось устаревшее ударение на первый слог. Современное ударение стало более естественным и удобным для произношения: о деньгах, с деньгами.

Бандитская ягода
В России бандитской ягодой традиционно всегда считалась малина. Но так было до золотого ига казино (от итальянского casino – домик) и тотального нашествия игровых автоматов сети «Золотой арбуз». Поначалу игровой автомат называли фруктовым (потому как в нем карточные масти заменены на фрукты), но россияне тут же переименовали его в компот и агропром. Что касается родственников игроманов, то их приговор насчет автоматов суров, но справедлив: однорукие бандиты!

Кстати, о фруктах. У яблок, бананов и вишен сленговая стоимость неясна, а вот лимон – это миллион, а арбуз – миллиард… С 1 июля 2009 года из бюджета Москвы может укатиться аж 4 арбуза – в смысле 4 миллиарда рублей.

Ехал кризис через реку…

Видит кризис: в реке… кризис. За подобный текст в газете (трехкратное упоминание кризиса) полагается штраф в 87 евро – так считает (по 29 евро за слово) бывший мэр Вильнюса и предлагает кризис заменить на вызов. В американских фирмах для служащих обязательна замена на новую экономическую политику (умыкнули нашу аббревиатуру нэп). Радиостанция «Эхо Москвы» сообщила, что на российских государственных телеканалах запрещено произносить кризис и коллапс. Туманный вариант финансовая турбулентность не прижился, а почти медицинский диагноз финансовый тромб запугал обывателя еще больше. И вот наконец губернатор Эдуард Россель нашел милое и привычное нашему уху: «Что касается кризиса, то я бы попросил впредь не употреблять это слово. У нас нет кризиса, у нас временные трудности». Теперь остается впредь не употреблять и афоризм «Нет ничего более постоянного, чем временное».