Мистер No

Накануне столетия экс-главы МИД СССР «Собеседник» изучил главные мифы, связанные с человеком, отдавшим дипломатии почти полвека (с 1939 по 1988 г.), и пришел к неожиданному выводу: Андрей Андреевич Громыко был… агентом американского влияния. Сам он того не знал, но его работа нередко была на руку Штатам.

Подкачал с происхождением

Если бы в НКВД не прошляпили анкетные данные деревенского паренька, вместо МИДа он мог бы загреметь в ГУЛАГ. Происхождение его было не такое уж и крестьянское, как сам Громыко указывал в биографии. На самом деле происходил он из белорусского шляхетского рода, хотя и обедневшего. А отец Громыко за шесть лет до рождения сына и вовсе уезжал на заработки в Америку. Словом, сермяжно чистым пролетарием будущий министр точно не был. Даже любил вспоминать, как в три года бабушка Марфа дала ему соответствующее прозвище:
«Не помню, в чем я провинился, но она мне погрозила пальцем и сказала: «Ах ты демократ! Чего шалишь?»

Да и позже типично советским номенклатурщиком подросший «демократ» не стал. Шумным застольям предпочитал чтение книжек капиталистических авторов, регулярно ссорился с главой международного отдела ЦК Борисом Пономаревым, выступая за большую самостоятельность иностранных компартий, и даже при случае осенял себя совсем не партийным крестным знамением, чтобы избавиться, к примеру, от аэрофобии, которой страдал. Словом, на ортодоксального коммуниста не тянул.

Всегда говорил «нет»

Сейчас любят повторять, что американцы прозвали Громыко Мистер Нет – за его любимый ответ во время переговоров. На самом деле сперва его называли Мистер Голос – за его низкий баритон, звучавший во время ооновских заседаний. Потом появились клички Андрей-волк, Робот-мизантроп, Человек без лица, Современный неандерталец и даже Человек-йог.
Мистер No появился позже. В 1962 году на американские экраны вышел первый фильм бондианы «Доктор No» – так в нем звали главного злодея. Вот это имя и приклеилось к Громыко, который в разгар Карибского кризиса был для янки витриной советской угрозы. Но не угрозой.

– Громыко считал необходимым при всех поворотах международной ситуации проводить твердую линию на нормализацию отношений с США и другими странами Запада, – считает доктор исторических наук Михаил Наринский.

Доходило даже до того, что еще до назначения министром, во время работы в Штатах послом и полпредом, Громыко либо затягивал отправление отчетов о своей работе в Москву, либо в письмах своему шефу Молотову относил Эйзенхауэра к «менее агрессивным элементам» в американском истеблишменте. Того самого Эйзенхауэра, который в первые годы своего президентства развернул охоту на коммунистов. Так что если Громыко и был страшилкой для Запада, то лишь на словах.

Стоял в стороне от Карибского кризиса

Андрея Громыко часто называют человеком, который спас мир во время Карибского кризиса от третьей мировой войны.

– Громыко не был мастером находить выходы из спорных ситуаций, – рассказал бывший посол Союза в ООН Виктор Исраэлян. – Неслучайно во время Карибского кризиса 1962 года Кремль поручил вести сложные переговоры с американцами не Громыко, а Кузнецову (замминистра). То же самое произошло в 1968 году во время кризиса в Чехословакии. А в 1973-м, когда началась ближневосточная война, я сам стал свидетелем того, как Громыко уклонился от поездки в Каир, уступив эту незавидную миссию Косыгину.

– В дело мирного разрешения Карибского кризиса неоценимый вклад внес Василий Кузнецов, – считает и работавший в то время в секретариате замминистра Борис Поклад. – Так же было во время венгерских событий 1956 года и чехословацких событий 1968 года, согласования и принятия резолюции Совбеза по Ближнему Востоку в 1967 году, проведения советско-китайских переговоров в 1969–1970-м…

По идее министром должен был стать Кузнецов, но амбициозному Хрущеву было приятней видеть на посту главы МИД именно Громыко, неповоротливого, но исполнительного. Говорил даже: «Заставь Громыко снять в морозный день штаны и сесть… на лед, он и это сделает».

Попался на афганскую удочку

В афганскую авантюру страну втянул все же Громыко. Именно его подпись стоит под документом о вводе войск в Афганистан. Поводы для этого вроде как были. В 1979 году НАТО решило напичкать Европу ракетами «Першинг», а тут еще и американцы взялись поддерживать оппозицию в Кабуле, угрожая интересам Союза не только с Запада, но и с Востока. Вот Громыко и начал войну. Казалось бы, янки впору локти кусать, но нет.

Бывший советник президента США по национальной безо-пасности Збигнев Бжезинский вспоминал:
– Президент Картер подписал первую директиву о тайной помощи противникам просоветского режима в Кабуле 3 июля 1979 года. Мы не заставили русских вмешаться, мы просто увеличили возможность того, что они это сделают. Эта секретная операция была отличной идеей. Ее целью было заманить русских в афганскую ловушку. В тот день, когда Советы официально перешли границу, я написал президенту Картеру вкратце: «У нас теперь есть возможность дать СССР свою вьетнамскую войну».

Выдвинул Горбачева

Виктор Исраэлян вспомнил, что еще в 84-м вице-президент США Буш-старший по секрету рассказал ему, кто именно сменит в Кремле Черненко:
– Когда я сообщил об этом Громыко, он внимательно выслушал меня, но мне неизвестно, оказало ли это какое-либо влияние на позицию самого Громыко, который после смерти Черненко первым выступил с предложением избрать генсеком Горбачева.

«Я не просто выступил на заседании политбюро, – не скрывал и сам Громыко, – а сразу же, как Горбачев его открыл, не раздумывая ни секунды, встал и сказал: «Предлагаю генеральным секретарем ЦК КПСС избрать Михаила Сергеевича».

По словам сына министра, посредником между его отцом и протеже Джорджа Буша стала Академия наук, в частности Александр Яковлев:
– Я рассказал о решении отца бросить свой авторитет в борьбе за власть в пользу Горбачева. Яковлев ответил: «У меня была откровенная беседа с Горбачевым. Он признателен Андрею Андреевичу за поддержку своей кандидатуры. Более того, он считает, что лучшей кандидатуры, кроме Громыко, на пост председателя президиума Верховного Совета нет. Если Громыко согласится, то Горбачев внесет предложение об избрании его на этот пост».

Обещанный пост главы государства Андрей Громыко получил, но спустя три года сыгравшего свою роль дипломата по-тихому отправили на пенсию. Еще через несколько месяцев он так же тихо умер. По завещанию Громыко его похоронили не у Кремлевской стены, а на Новодевичьем кладбище. Таким было последнее «нет» Мистера No.