Битый класс

В Новошахтинске Ростовской области сотрудники местной прокуратуры и обладминистрации собрались шумной компанией и избили школьников прямо на выпускном вечере. А уголовные дела в итоге завели… на родителей пострадавших детей.

Кровавая заря

С ночи выпуска прошло уже немало времени, но эта история всплыла совсем недавно. Когда родители избитых ребят поняли, что сами рискуют остаться крайними.
– Эти должностные лица так детей отделали, а в итоге нам сейчас шьют уголовные дела. – для сына Татьяны Платоновой Никиты выпускной закончился черепно-мозговой травмой. Она показывает мне его разорванный костюм и свою в бурых пятнах от крови блузку. Родителям тоже досталось.
На самом деле побоище случилось уже под утро, когда выпускники отправились встречать рассвет в парк. Родители и учителя убирали остатки праздника в баре напротив. А на улице возле кафе был другой праздник. Группа мужчин отмечала победу России в футбольном матче. Пиршество проходило прямо на капотах машин. Вдруг двое весельчаков из одного «жигуленка» заметили идущих мимо нарядных выпускниц и решили силой пригласить их на огонек.
– Они начали хватать Фаю и Элю за руки и заталкивать в машину, – говорит Татьяна Платонова. – Мой сын еще с одним мальчиком увидели это и не могли не заступиться.
Из окна кафетерия родители наблюдали эту сцену – наглецам мальчики начали что-то говорить, и на них тут же посыпались удары.
– Одного ударили в голову, потом повалили на землю, начали бить ногами, – рассказывает заведующая кафе Галина Ивановна.
Родители в первый момент оторопели, потом кое-кто ринулся на помощь детям. Платоновой это стоило порванной одежды и опухшего от синяков лица. Совсем скоро бой двух верзил с женщинами и детьми стал еще более неравным – к нападавшим приехала подмога еще на двух машинах.
– Длился этот кошмар минут 40, а милиция дежурила тут же, – вспоминает Татьяна Александровна. – Я кричу: что же вы ничего не делаете? А милиционер отвечает: у вас тут кровищи столько, я рубашку запачкаю, а меня потом жена поругает.
Когда мужчин все же стали усаживать в милицейские «бобики», зачинщик драки вдруг достал из кармана красную корочку и сунул под нос одной из избитых родительниц.
– Мне все равно ничего не будет, я сотрудник прокуратуры! – заявил он.

Уволен вовремя

В корочке даже успели прочитать фамилию следователя – Андрей Сурков. Из восьмерых участников драки родители узнали еще двоих – сотрудника охранного агентства Антона Панькова и чиновника Ростовской обладминистрации Александра Бузнякова.
– Остальных нам опознать не дали – их отпустили сразу же, как только нас увезли на скорой, – говорит Татьяна Платонова. – Милиция до сих пор не говорит нам имена. Но потом, когда я пошла в прокуратуру по этому делу, я случайно узнала еще одного следователя – Москаленко, который тоже бил там наших детей.
В прокуратуре на это дело смотрят иначе – ни один сотрудник в драке не значится.
– Москаленко с кем-то перепутали, – считает начальник следственного отдела Новошахтинской прокуратуры Александр Голубов. – Он в этот день был в Ростове, смотрел футбол в баре с друзьями и девушкой – они могут подтвердить. Сурков действительно участвовал в инциденте, но нашим сотрудником тогда уже не был. Он меня как следователь не устраивал, и я попросил его написать заявление по собственному желанию. Он уволился 20 июня.
То есть за день до произошедшего. И размахивал он не служебной корочкой, а всего лишь старой обложкой от нее. И в итоге сам же оказался пострадавшим.
– Написал заявление в милицию, что я ему машину разбила, – говорит Татьяна Платонова. – Это после того, как он ко мне несколько дней ходил, каялся. Сын, правда, его простить не смог. Кстати, Сурков еще привозил ему в больницу 20 тысяч рублей – купить пытался.
А потом родителям еще и звонили с угрозами – мол, как дети вылечатся, будем отлавливать их по одному и снова в больницу отправлять. Но в итоге все решается «законным» путем, когда виноватые оказываются пострадавшими.
– Я считаю, что вообще все это пьяная драка на бытовой почве, – убеждает Александр Голубов. – Всем надо примириться, потому что в итоге все участники с обеих сторон просто получат судимость. А весь крик подняла Платонова, только потому, что у нее еще до этого были личные счеты с прокуратурой – когда она по суду восстанавливалась на работе. Она вообще склочная женщина.

Кто кого?

Но вот у Светланы Феневой, например, не было никаких претензий к госструктурам. Однако ее муж и сын в итоге лежали в одной палате с Никитой Платоновым.
– Мы всей семьей пострадали, и избивать начал тот самый Бузняков из администрации, – рассказывает она. – Я просто пыталась уйти с места побоища, когда он обложил меня матом. Мой сын подошел к нему, сказал, чтобы не смел оскорблять. А как только он отвернулся, Бузняков два раза ударил меня кулаком в лицо.
Муж подбежал защитить Светлану, а на него накинулись сотоварищи чиновника из другой машины.
– А теперь Бузняков написал заявление, что это он пострадал от моего мужа, – говорит Светлана. – Якобы супруг переломал ему все ребра. Хотя муж был без сознания, его наши учителя лично несли на руках в машину скорой.
Много еще в чем обвиняли родителей в этом деле. Например, в том, что они оказывали давление на докторов в районной больнице – просили утяжелить им диагноз.
– На самом деле главврач отказывался давать какое-либо заключение, говорил, что мы вообще не нуждаемся в помощи, – рассказывает Светлана Фенева. – Но когда нас выписали, мы отвезли сына в областную больницу, в Ростов, и там у него заметили и черепно-мозговую травму, и сломанный нос. Хотя травмы тут не главное. Я тоже вся была в синяках, но больше пострадала морально. как женщина, на которую никто в жизни не поднимал руку. Как мать, видевшая, что сын истекает кровью.
Дела против родителей собираются полным ходом. Как рассказали в местном РОВД, уже есть нужные показания свидетелей. О показаниях учителей, сотрудников кафе, которые своими глазами видели избиение школьников, в милиции – ни слова. Здесь вообще отказываются говорить о работе над этой стороной дела. А в прокуратуре им просто не занимаются.
– Это не по нашей части, у этих ребят всего лишь легкие телесные повреждения, – объясняет Александр Голубов. – Материал по таким делам собирает милиция, а родители потом должны подавать заявление в мировой суд.
Но, во-первых, большинство действующих лиц до сих пор якобы не установлены. Во-вторых, в мировой суд родители в принципе идти не хотят – там все равно заседает мама следователя Суркова. Пострадавшие теперь боятся, как бы самим не попасть. Зато Никита Платонов после боевого крещения поступил в Ростов на юрфак.
– Чтобы стать или прокурором – но обязательно честным, – говорит он, – или сотрудником ФСБ – чтобы предотвращать преступления чиновников против своего государства и людей.