Родить и продать

Жительница Ульяновска родила для бесплодной пары ребенка, но оставила его себе. Суд отказал биологическим родителям, пытавшимся вернуть малыша, Конституционный суд тоже встал на сторону суррогатной матери. «Собеседник» разбирался, почему этот случай скорее всего далеко не последний...

Жительница Ульяновска родила для бесплодной пары ребенка, но оставила его себе. Суд отказал биологическим родителям, пытавшимся вернуть малыша, Конституционный суд тоже встал на сторону суррогатной матери. «Собеседник» разбирался, почему этот случай скорее всего далеко не последний.

Малыш на пол-лимона

Ульяновская история началась с того, что 32-летняя Зинаида Ракова решила улучшить свои жилищные условия. Вместе с мужем и двумя маленькими детьми женщина ютилась на съемной квартире в доме барачного типа.

Перспектив купить свое жилье никаких не было – сама Зинаида мыла полы, ее муж работал автослесарем, денег хватало только на самое необходимое.

Как-то женщина увидела по телевизору сюжет о суррогатном материнстве, и вскоре в Интернете появилось ее объявление: «Стану суррогатной мамой для вашего ребенка».

Спустя некоторое время с Зинаидой связалась некая Наталья, которая предложила ей выносить малыша для молодой пары из Тульской области. За услуги – 650 тысяч рублей. Сумма Зинаиду устроила.

С заказчиками она не виделась даже при подписании договора – все бумаги передала посредница. После заключения сделки Зинаида приехала в одну из московских клиник репродукции, там сделали подсадку эмбриона.

По договору от Зинаиды требовалось весь период беременности оставаться в Москве, чтобы наблюдаться в центре репродукции.

– Меня разместили в съемной однушке, где жили несколько сурмам, – вспоминает Ракова. – Я спала на надувном матрасе, а укрывалась тоненьким одеялом.

Ни обещанных на содержание денег, ни бесплатных лекарств она так и не увидела. Через пару месяцев Ракова не выдержала и сбежала в Ульяновск к мужу.

На пятом месяце ее беременности позвонила Наталья и сообщила: в ее услугах заказчики больше не нуждаются, ребенка им родит другая женщина, которой одновременно с Зинаидой делали подсадку эмбрионов. Посредница предложила Раковой аборт, но та отказалась.

Все это – со слов самой Зинаиды. Тульская пара, заказавшая ребенка, от любых контактов категорически отказывается, и подтвердить или опровергнуть то, что рассказывает Ракова, некому.

За исключением, пожалуй, Константина Свитнева, директора Центра репродуктивного права и этики, куда суррогатная мама обращалась за бесплатной юридической помощью.

– Я слышал, что родителям поступила жалоба о том, что Зинаиду бил муж, и у них возникли сомнения по поводу здоровья будущего ребенка, – рассказал он.

«Как я могла его отдать?»

После родов суррогатная мать зарегистрировала малыша на себя. Биологические родители в роддом не приезжали и никакого интереса к малышу, которого назвали Андреем, по словам Зинаиды, не проявляли.

Однако спустя два месяца в дверь Зинаиды вдруг позвонили неизвестные, которые сообщили, что являются представителями тульской пары и приехали за ребенком. С собой они привезли конверт с гонораром.

– Но как я могла его отдать?! – возмущается Зинаида. – Ребенок привык ко мне, а тут непонятные люди – хотят обменять малыша на какие-то деньги.

По договору, кстати, 650 тысяч мне должны были перевести на счет.

Ситуация с конвертом, конечно, странная. Однако семья из Тулы впоследствии действительно пыталась вернуть мальчика – супруги подали в суд и прошли все инстанции.

Они проиграли, еще раньше Зинаида отказалась отдавать им ребенка добровольно.

Почему она передумала? Директор Центра репродуктивного права и этики Свитнев говорит, что причиной может быть желание выгоды:

– Суррогатные мамы часто шантажируют биологических родителей. И те часто идут на уступки, потому что это единственный шанс на возвращение ребенка.

Недавно одна семья продала квартиру, чтобы рассчитаться с сурмамой, – та, как только забеременела, сразу повысила цену.

По словам семейного психолога Юлии Дубовик, отказ или нежелание суррогатной матери отдавать ребенка генетическим родителям – скорее правило, чем исключение:

– Она воспринимает ребенка как часть себя. Биологически он – ее, несмотря на другие гены. У суррогатной матери абсолютно так же формируется эмоциональная привязанность к ребенку.

Мама «под ключ»

Молодая пара действительно заказала ребенка у другой сурмамы. На всякий случай. В результате эмбрионы прижились у обеих женщин, «конкурентка» Зинаиды носила двойню.

Могли ли они бросить Ракову в этой ситуации, наплевав на договор?

– Договор между сур­мамой и биологическими родителями – бумажка, – пояснил экс-уполномоченный по правам ребенка в Ульяновской области Константин Долинин, который оказывал помощь Раковой во время судов. – В России нет закона о суррогатном материнстве.

Биологические родители не несут абсолютно никакой ответственности ни за ребенка, ни за суррогатную мать. Они могут кинуть на деньги или отказаться от ее услуг по вынашиванию на любом сроке.

По закону мамой ребенка у нас в стране считается та женщина, которая выносила и родила его. Поэтому Конституционный суд, куда обратились биологические родители мальчика Андрея, их жалобу рассматривать не стал, руководствуясь пунктом

3 статьи 52 Семейного кодекса, где написано, что при оспаривании родительских прав на обстоятельство суррогатного материнства генетические родители не имеют права.

По сути, 51 и 52 статьи Семейного кодекса, а также статья 51 ФЗ №323 «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» – это вся правовая база, которая регулирует применение репродуктивных технологий в России.

При этом суррогатное материнство у нас в стране существует уже 17 лет.

– Суррогатная мама тоже может сделать все, что ей угодно: пойти на аборт, отдать ребенка в детдом или «украсть по закону», то есть оставить себе, – говорит юрист Константин Свитнев.

В настоящее время суррогатное материнство юристы рассматривают как услугу, а ребенок является предметом сделки. На форумах, где собираются биологические родители, все это напоминает производственный процесс: там термины, сокращения, деловые переговоры.

Себя заказчики называют БИО, суррогатных матерей – СМ. Родив ребенка, «производительница» отказывается от малыша в пользу родителей, законодательством подобная форма отказа предусмотрена.

Малообеспеченные женщины цепляются за суррогатное материнство, как за спасительную соломинку. Легкими такие деньги не назовешь, да и соломинка есть соломинка – раз, и сломалась.

Понять их мотивы нетрудно, еще легче понять Зинаиду Ракову, которая оставила малыша себе. Она хотела заработать, а оказалась не готова расстаться с ребенком. Она – мать, это ее сын.

Но в то же время и семейная пара из Тулы – тоже родители, это и их сын тоже. Конфликт неразрешимый.

Зинаида Ракова, кстати, в последний момент отказалась от общения со мной, ошарашив признанием: – Я снова собираюсь стать суррогатной матерью, уже договорилась с новыми заказчиками.

А им скандал не нужен.