На птичьих правах

Прежде уникальность племенного птицезавода «Кучинский» (в этом году ему исполнилось 79 лет) заключалась в том, что здесь была выведена новая порода кур. Теперь – в том, что предприятие находится всего в 9 километрах от МКАДа. Здешние рябы еще несут яйца, но их птичники сами могут пойти под снос – под винные склады и все дорожающее жилье.

В СМИ не обращаться

– Вообще-то меня пре­дупредили, чтобы я в СМИ не обращалась, – признается руководитель «Кучинского» Зинаида Варенцова. – Но я все равно здесь, разве только опоздала.
Опоздала Зинаида Михайловна на два с лишним часа по уважительной причине. Ездила в суд подавать кассационную жалобу на временное отстранение ее от работы. А перед этим – в больницу, полежать под капельницей, которую ей ставят последний месяц.
– Кардиограмма плохая, – спокойно объясняет женщина, у которой зимой от переживаний после такого же приступа умер муж. И глотает очередную порцию таблеток. Говорит: – Таблетки у меня теперь везде: и в сумке, и в машине, и в кабинете. Недавно звонят, грозятся: «Убить не убьем, но устроим так, что на коляске ездить будешь!» Однако пусть не думают, что меня можно довести. Я в интернате выросла, у меня закалка жесткая и хребет пока твердый, как бы его ни старались согнуть. Даже если совсем плохо и ноги не держат, соберусь с силами, глаза подкрашу, сделаю прическу – и на оперативку, чтобы люди не думали, что нас хотят обанкротить. Собираю всех и говорю: «Выдержим, ребята! Работаем, как всегда работали!»

Производство выросло в 50 раз

Но «как всегда» уже не очень получается. Особенно после того, как 4 мая следственный комитет при МВД России заподозрил руководителя птицезавода в злоупотреблении служебным положением. А именно в том, что, как сказано в постановлении суда, «Варенцова З. М. вместо создания эффективно работающего хозяйства… в течение девяти лет целенаправленно незаконно отчуждала земли сельскохозяйственного назначения».
Вот только на самом «Кучинском» все, от разнорабочего до главного зоотехника, утверждают обратное. Говорят:
– Это местная власть активно пытается безвозмездно отобрать все земли предприятия и вообще прекратить его деятельность. И только благодаря усилиям Варенцовой удается этим попыткам противостоять. Когда Варенцову в 1999 году назначили руководителем, завод находился на грани банкротства, все имущество было арестовано, а мы на протяжении нескольких лет не получали зарплаты. Именно Зинаида Михайловна выплатила все долги предприятия, в том числе по зарплате. Именно она возобновила производство и вновь наладила селекционную работу.
Если в конце прошлого десятилетия от «Кучинского» оставался лишь один полуразрушенный птичник с дырявой крышей, то к концу нынешнего число птичников в нем выросло до двух десятков, а к ним еще присоединился грибной цех, хлебопекарня, собственный магазин… … В среднем зарплата сотрудников подскочила с 300 рублей до 23 тысяч, а уровень производства вырос в 50 раз! Такому «развалу» позавидовали бы многие сельхозы. И все это – без господдержки, хотя завод принадлежит Российской академии сельхознаук, которая и поддерживает директора до сегодняшнего дня.
Но в местной администрации почему-то сочли, что одно из старейших птицеводческих предприятий России находится на той земле, где до сих пор находилось, на птичьих правах.

С таким счастьем – и у МКАДа

– Одна у нас беда, – поясняет Зинаида Варенцова, – слишком много земли – 358 га по Горьковской трассе.
С таким счастьем – и близко от МКАДа! При таком диагнозе социально ориентированные хозяйства долго не выживают. Их выживают застройщики. За последние 10 лет вокруг Балашихи были доведены до банкротства 4 крупнейших сельхоза (именем одного – «1 мая» – назван новый микрорайон). Теперь и кучинским курам, вместо того чтобы нести яйца, приказано уносить ноги. В петиции, подписанной работниками «Кучинского», сказано: «Сейчас утвержден Генплан развития городского округа Балашиха, согласно которому на землях предприятия предусмотрена многоэтажная жилая застройка. Именно поэтому местная власть оказывает всяческое давление на Варенцову З. М. в целях заставить ее отказаться от земли и обанкротить предприятие».
– Вы только не подумайте, что я против жилищного строи­тельства, совсем нет, – уверяет Зинаида Михайловна. – Я ведь еще в прошлом году говорила, что нам для ведения хозяйства достаточно 150 га. Остальное пусть забирают, но делают это по закону. То есть за деньги, так же, как в свое время мы переуступили членам дачного товарищества небольшой участок. Тогда мы на полученные средства сумели спасти предприятие от краха, а теперь нас пытаются обвинить в разбазаривании госземель. Но те земли по-прежнему остались государственными, и всеми органами сделка была признана законной.
с 2000 по 2008 год несколько раз разными инстанциями возбуждались уголовные дела, но за неимением доказательств отменялись. Птицезавод прошел все мыслимые уровни проверок – от районных до федеральных. Практика показывает: когда так организованно прессуют предприятие, значит, на то есть заказ – административный ли, денежный ли (а как правило, и тот и другой во взаимосвязи), но есть. Через подобные «давиловки» проходят тысячи руководителей сельхозпредприятий по всей России, где скупаются земли за бесценок. Многие не выдерживают проверок, угроз, предупреждений и сдаются на милость «колонизаторам». В итоге банкротятся и рушатся успешные хозяйства, хотя в деревнях по всей России люди соскучились по настоящей работе и могут накормить страну качественными продуктами. Но словно Мамай идет по русской земле...
Так, Балашихинская городская адми­нистрация отобрала у птицезавода 28 га под кладбище, еще 4 «куриных» га с ее ведома отошли какому-то ООО «Контур-Лада». Оставшиеся 300 с гаком га пока вакантны, но и на них уже хозяева подобрались – молдавские миллионеры, торгующие спиртом и вином.
– Они представились как Игнатенко, Зара и Петрушин. С ними меня познакомил глава нашей местной администрации Владимир Самоделов, – вспоминает Варенцова. – Но молдаване потребовали отдать им землю даром. Я говорю: «Вы с ума сошли! Как я могу отдать госсобственность? У меня ни прав таких нет, ни полномочий (подобные вопросы решает президиум нашей академии)». После отказа посыпались сначала угрозы, при этом они ссылались на свои связи везде и всюду, а затем обыски и проверки. Пытались поймать на взятке – не получилось, хотели привлечь (только не смейтесь) за установку терминала по оплате мобильных телефонов – тоже не удалось. Теперь хотят отстранить меня от работы и под этим предлогом изымают всю документацию. Но это же загубит последнее хозяйство в районе. Власти этого добиваются?
Бывший зампрокурора района Светлана Селезнева, хорошо знакомая с ситуацией, и то уверена:
– Возбуждение уголовного дела носит исключительно заказной характер.

Новостройка на курьих ножках

Несколько человек уже, испугавшись, написали заявление об уходе. Не особо надеясь на правосудие, Варенцова даже Дмитрию Медведеву написала письмо: «В этом году я потеряла мужа, у меня осталась дочь 10 лет, мы с ней ходили голосовать за Вас. Вы очень хорошо говорите по телевизору, что нужно бороться с коррупцией, что нельзя возбуждать уголовные дела по звонкам и за плату. Помогите нашему хозяйству!»
– Мне и врачи говорят: «Может, хватит бороться? У вас же Подружка есть!» Это я так дочку Иришку зову, – грустно улыбается Зинаида Михайловна. – Но как я могу все взять и бросить? Я же видела лица людей, которые работали в Нахабинском хозяйстве, когда их птичники бульдозером ломали. И я не хочу, чтобы у моих работников были такие же глаза. Хочу, наоборот, чтобы наша кучинская порода, подходящая и для бульонов, и для цыплят табака, по-прежнему славилась на весь бывший Советский Союз. Хочу, чтобы у моих соседей по деревне и дальше были хорошие рабочие места. Хочу, чтобы детей в садах и пациентов в больницах и впредь кормили вкусными качественными мясом и яйцами, а не какой-то привозной заразой.
Варенцова уверяет, что ее хозяйство – не единственное в Подмосковье, которому хотят обрезать крылья ради того, чтобы застроить земли многоэтажками. Но не слишком ли дорогой окажется цена? В первую очередь цена на продукты, которая и без лишних стараний чиновников порхает ввысь.
– Мы сможем накормить нашу страну, – уверяют на птицезаводе «Кучинский». – Нам это по силам. Россия всегда могла сама себя прокормить. Только не мешайте работать.