Расследование. Без плаща и кинжала?

Обычный политический торг Трифонова Вера Владимировна умерла 30 апреля в 12.15 в палате интенсивной терапии хирургического отделения спецбольницы СИЗО-1 Москвы. Всего за четыре месяца ареста 52-летняя женщина превратилась в инвалида: почти ослепла, фактически лишилась одной почки, отекла, могла передвигаться только на коляске и почти потеряла возможность дышать во сне из-за того, что в легких скопилась жидкость. Вместо лечения или освобождения хотя бы под залог Трифоновой предложили… «спать стоя».

Если человека так методично гробят следствие и суд, значит, это кому-нибудь нужно. Но кому и зачем? Официально женщину обвиняли в том, что она познакомила столичного банкира Павла Разумова с магаданским депутатом Георгием Шамиряном.

– В конце прошлого года Георгий отправился в Москву, чтобы восстановиться в «Единой России», – пояснила жена Шамиряна Эдита. – Магаданские однопартийцы исключили его после того, как муж выступил против коррупции, вот у него и возникла идея баллотироваться на пост губернатора.

По словам женщины, ее супруг просил денег на избирательную кампанию, а Ра¬зумов соглашался их дать. В процессе общения будто бы договорились, что за поддержку банкир получит место в Совете Федерации от Магадана. Обычный политический торг. Посмотрите на состав нашего сената: кто-нибудь верит, что половина из сидящих там получили свои мандаты как-нибудь по-другому?

Но при чем тут Трифонова, которая всего лишь свела двух этих людей? И зачем никому не известному банкиру вообще приспичило становиться известным сенатором? Он же не Авен и даже не Греф – про Разумова Павла Валентиновича до сих пор, кроме узких специалистов, никто и не слышал. Да и название банка – МФТ, где Разумов – член совета директоров и акционер, не так чтобы на слуху (684-е место по активам в финансовом рейтинге – это брокерам на смех).

Между петлей и сенатом

Чтобы разобраться в громком деле, «Собеседник» вышел на инсайдера в самом МФТ. И вот как тот видит подоплеку событий: «…Представь, что есть такой завод «Кремлевский», а его директор Владимир Владимирович очень любит «Мальборо» с золотым фильтром (не путать с Путиным, он не курит). А злые американцы не хотят продавать «Мальборо» с золотым фильтром заводу «Кремлевский». Всем хотят, а ему нет. Тогда завод «Кремлевский» создает подставную фирму, и та через нужный банк переводит деньги за рубеж, где свои люди на эти деньги идут покупать желанные «Мальборо». У них спрашивают: «А вы точно не завод «Кремлевский», а то не продадим?» «Точно», – говорят и бумажки показывают, что на учете на заводе «Кремлевский» не состоят. Грузят сигареты в контейнер и везут в Россию. На границе контейнер загадочно пропадает без растаможки, а в своем кабинете Владимир Владимирович закуривает любимые «Мальборо».

А теперь представь, что для нашего атомного вооружения нужны кое-какие запчасти, которые есть только у «них». «Они» их нам официально не продают, но запчасти нужны позарез. Что в этой ситуации должна сделать ФСБ? Правильно, создать левую контору с нейтральным названием и через подконтрольный банк перебросить деньги куда-нибудь в Прибалтику или Швейцарию. А чтобы никого не обидеть, деньги можно забросить сегодня, а заказ получить где-нибудь через год. И что там с этими деньгами будет за этот год происходить, как они будут крутиться – дело негосударственное.

Патриотично? Бесспорно. Но представь, что появляется в одном таком банке подполковник СВР по фамилии, скажем, Коган. А может, и не по фамилии, может, просто по документам. И работает по этой схеме. А потом и вовсе увольняется из органов и становится в банке уже под гражданской фамилией членом совета директоров и акционером. Работа продолжается.

Но представь, что бац – кризис. И выясняется, что деньги, позарез нужные оборонке, миллионов эдак пять в евровалюте, до запчастей не дошли, разворованы. Или не разворованы, а выданы в кредит, да так и не возвращены (что в сущности то же самое). Что взял их какой-нибудь уважаемый мини-олигарх Николай Семенович или еще того пуще – представитель афганской диаспоры Фарид Ахмадзай, да так и не смог погасить. На Лубянке же этого не поймут. Вот и остается товарищу Когану – либо петля под потолком, либо иммунитет в сенате. Понятно, что выберет он последнее…»

Следствие подтверждает

Обо всем этом, напомню, «Собеседнику» рассказал источник из окружения Разумова.

В Главном следственном управлении (ГСУ) при ГУВД Москвы удалось выяснить, что в период с 1 сентября 2008 года по 1 октября 2009 года из банка МФТ и в самом деле испарился платеж некоего ООО «Вента» на сумму 5 миллионов 981 евро. Возбуждено уголовное дело, по которому проходит один из бывших акционеров банка. Судя по материалам следствия, обвиняемого в этой ситуации подставили (доказательств его вины у ГСУ нет).

Как, собственно, не было их у следствия и против угробленной в СИЗО Веры Трифоновой, директора компании «Кит-ЭлитНедвижимость». Буквально перед смертью женщина успела признаться через адвоката, что ее заказали. Заказали, чтобы не отдавать ей огромный долг, взятый у нее деловым партнером для покупки дюжины гектаров элитной подмосковной земли. Правда, Трифонова не успела публично огласить имя должника, которому были выгодны арест и смерть этой женщины. Но «Собеседник» его выяснил. В МФТ намекнули, что это – Игорь Леонидович Ланцов.

Удалось узнать, что по службе сей бизнесмен близок к ФСБ, а по гольфу – к Лужкову. Зять (во всяком случае, так предполагают) одного из советских министров, сперва Ланцов был замдиректора «Торгового дома «Кремлевский» Управделами президента, затем занялся частным бизнесом, пережил два покушения в 90-х и оказался замешан по меньшей мере в двух странных криминальных скандалах в 2000-х.

В 2003 году Ланцов обвинил свою любовницу экс-вице-мисс Москва в подготовке его убийства, но сам же отмазал пассию от тюрьмы и женился на ней.

В 2005-м Ланцов на несколько дней исчез, а объявившись, заявил, что его похитили. В качестве обвиняемого под суд пошли двое подмосковных милиционеров, проверявших бизнес Ланцова. Теперь уже не проверяют.

Еще через три года человек, похожий на Ланцова, объявился уже в МФТ, считался приятелем Павла Разумова и стал ходить в банк регулярно, как на работу, хотя официально не числился там никем.

Дальше сценарий мог развиваться таким образом: либо Ланцов банально воспользовался ситуацией с арестом Трифоновой (если не сам ее создал – люди со связями это умеют), чтобы не отдавать женщине долг, либо он с самого начала брал эти деньги для решения проблем товарища Когана, не собираясь их возвращать... Связано ли (и если да, то как именно) исчезновение денег из МФТ с финансовыми потоками ФСБ и смертью Трифоновой, выяснить у Павла Ра¬зумова не удалось. Его секретарь пояснила, что тот комментариев не дает.

Слежка до преступления

Чтобы уточнить информацию, пришлось обратиться к адвокату Трифоновой Владимиру Жеребенкову.

– Когда погибшая говорила о том, что ее заказали, она не называла фамилию Ланцов?

– А как вы узнали? Мы ведь его имени еще не оглашали… Да, именно он был ее бывшим партнером. Взял взаймы большую сумму денег и кинул. Было принято судебное решение, по которому Ланцов должен был долг вернуть, но через 3–4 дня после заседания Веру Трифонову арестовали. За что? За то, что познакомила Павла Разумова с магаданским депутатом Георгием Шамиряном для ведения переговоров по бизнесу. Ведь во все остальное, в эти разговоры вокруг сенаторства, она уже не лезла, это возникло позже, без нее. Трифонова мне говорила: «У Паши уже была какая-то ксива, но тут он загорелся заработать иммунитет».

– Это была чистейшая провокация, – подтвердила сноха погибшей Мария Рыбина. – Слежка за мамой началась еще летом прошлого года, задолго до приезда депутата Шамиряна из Магадана в Москву. И на более поздней оперативной съемке видно, что Вера Владимировна, как только банкир с депутатом заговаривают о сенаторстве, говорит: «Я в этом ничего не понимаю, разбирайтесь сами». Так почему арестовали не Разумова, а ее? Нет здесь состава преступления, это я как помощник судьи говорю. А вот долг Ланцова (теперь и я могу назвать эту фамилию) действительно был. Раньше нам было некогда этим заниматься, мы боролись за жизнь мамы, но теперь сделаем все возможное, чтобы виновные в ее смерти понесли наказание.

1 мая президент Дмитрий Медведев поручил главе СКП Александру Бастрыкину провести расследование обстоятельств смерти Веры Трифоновой. Первые отставки и уголовные дела уже пошли, но на ФСБ Генпрокуратура до сих пор не замахнулась.