Где рождаются террористы?

Корреспондент «Собеседника» отправилась в село Белозерье Республики Мордовия, которое оказалось родиной сразу троих опасных террористов.

– А вы не боитесь туда ехать? – спрашивали меня в Саранске.
Границу «особенного села» трудно не заметить – ямы сменяются новым асфальтом. Говорят, белозерцы сами скинулись на новую дорогу, не дожидаясь милости от властей. Белозерье – даром что входит в состав Мордовии. На деле оно, как матрешка: отдельное княжество внутри региона. Весьма благополучное на первый взгляд.

– У нас население 3000 человек, – рассказывает мне гладко выбритый и совсем не похожий на ваххабита глава Белозерья Гафур Абдрашитов. – Практически у всех жителей села добротные дома. Большинство занимаются своим бизнесом – кто выращивает семечки, лук, чеснок, у кого колбасные цеха. Нашу продукцию знают во многих регионах. У нас и рождаемость в три раза превышает смертность.

– Число террористов тоже зашкаливает, – подвожу я к «больному» вопросу Белозерья.

– В семье не без урода, наверное, – разводит руками Гафур Галявович и добавляет как бы в оправдание: – Но если они что и делали противозаконное, то уже после отъезда из нашего села…

Ушел на войну

Фаиль Невлютов – тот самый белозерец, арестованный за подготовку подрыва «Сапсана» – вырос на окраине Белозерья. После того как в его семье умерли отец и старший брат, Фаиль поехал на заработки в Тверь. Устроился работать таксистом, исполнял обязанности заместителя имама в тверской мечети на общественных началах. Односельчане до сих пор не могут поверить, что «тихий и мягкий, как девушка» Невлютов мог быть замешан в чем-то страшном и кровавом.

– Он не так давно женился, думал о заработках, ребенку его три года скоро исполнится. Как же ему нужно было запудрить мозги, чтобы он обо всем этом забыл, и ради чего? – пожимают плечами соседи.

Даже по версии следователей ФСБ, у Невлютова была далеко не главная роль в подготовке тер­акта, а непосредственно перед исполнением участники группы и вовсе выкинули заготовленные компоненты взрывчатки в одном из московских парков, испугавшись последствий.

Но у белозерского горе-террориста были и предшественники: уроженцы того же села Равиль Ахмяров и Расим Баширов. Первый после обучения в Бугурусланском медресе (мусульманское училище. – Р. А.) Оренбуржья (сейчас учебное заведение закрыто) исчез в неизвестном направлении. Его судьбу не знают даже его родные.

– Был бы жив – подал бы весточку любым способом, – рассказал мне отец Ахмярова – мужчина с характерной длинной бородой и грустными глазами. – Зачем это все ворошить? Я считаю, моего сына нет в живых, и точка. Хоть я его и не хоронил…

Студент новоиспеченного медресе на самом деле повторил судьбу многих выпускников Бугуруслана. Равиль Ахмяров сгинул в 20-летнем возрасте, и о его исчезновении до сих пор ходят полярные слухи: что он воевал и убит при проведении спецоперации; что его забили палками в Чечне, заподозрив в сотрудничестве с российскими спецслужбами. По какую сторону баррикад все-таки погиб 20-летний белозерец, сейчас не знают даже его родственники. Терроризм – тема сверхсекретная.

Белозерье – большая, но все же деревня. Дальнего родственника третьего «белозерского террориста» я нашла в сельской администрации. Расим Баширов был взрослым и успешным человеком – у семьи свой приличный бизнес по выращиванию и фасовке семечек. Но ближе к 40 годам Баширов отрастил бороду, сказал односельчанам, что поехал в очередной бизнес-trip, и пропал.

– Мы узнали, где он, только когда Расима поймали в Таджикистане как боевика Исламского движения Узбекистана. Сам он говорил родственникам, что поехал выбивать долг у партнера в Таджикистане, а тот его «подставил» по наиболее преследуемой статье – «терроризм». При аресте у Баширова нашли оружие и обвинили в терроризме, бандитизме, хранении оружия. Весь «букет» потянул на 19 лет срока. После двух лет отсидки он попытался бежать и был застрелен, – рассказал родственник Баширова.

Три преступника на 3 тысячи населения. Другой уголовщины в Белозерье нет. Здесь невозможны бытовые драки и убийства – в магазинах села совсем не продается алкоголь. Ревность как мотив возможных преступлений тоже исключается – все девушки и даже девочки ходят в закрытых хиджабах и длинных платьях. Белозерье всегда, даже в советские времена, считалось очень богобоязненным и религиозным селом. В последнее время – даже слишком.

Бородатые против бритых

За несколько лет в Белозерье плюс к главной – центральной – мечети появилось еще 7 – по одной на каждой улице. Село негласно раскололось: взрослые и старики ходят в традиционную мечеть, молодежь – в свои, новомодные. В простонародье называемые ваххабитскими.

– А кто там им молитвы читает? Те, которые школу с трудом закончили, несколько месяцев походили в медресе или съездили на учебу в Пакистан или Саудию и теперь пропагандируют «правильный», «чистый» ислам, – вздыхают старики.

Гладковыбритые против окладистобородых – их спор пока чисто умозрительный. Делать ли поминки по умершему, например? Те, кто ступает на опасную почву нетерпимости, уезжают из села – под давлением односельчан, которые пытаются не переводить религиозные споры на конфликтную почву.

Слово «ваххабизм» в Белозерье завез некий Абузар – в миру Олег Марушкин, который принял ислам, приехал жить в село из Астрахани и развил активную деятельность. Многих даже втянул в свою ваххабитскую секту. Это было самое смутное время – родители перестали водить детей в светскую школу, в обиход вошел дикий обычай воровства невест. Белозерцев за глаза стали называть варварами.

– Уже несколько лет, как мы это преодолели, – рассказал директор местной школы Равиль Миняев. – Марушкина выгнали из села. Дети ходят в школу. Помимо среднего образования, большое внимание уделяется спорту. У нас в селе свои футбольная и хоккейная команды, борцы…

Но посеянные Марушкиным ядовитые семена уже дали всходы.
Белозерье – село, которое капсулировалось от своего окружения. Власть в отдаленную деревню носа не кажет – несмотря на белозерские рекорды рождаемости и высокую собираемость налогов из зажиточного села в бюджет, чиновники не удосужились даже построить хоть один детский сад или проложить дороги. Такая изоляция очень удобна всевозможным агитаторам и пропагандистам, которые преследуют свои цели.

– Ваххабизм – это вброс извне, с помощью которого идет религиозная война против мусульман и россиян в целом. Цель – разобщить население, арабизировав его мусульманскую часть, – проанализировал ситуацию муфтий Мордовии Фагим Шафиев.

Ваххабизм – как вирус, занесенный извне. На нашей почве он пока не прижился. Но уже получил достаточно жертв. Остановится ли на этом?