Кандагар: 378 дней в аду

Это в Голливуде принято экранизировать недавние громкие события. Режиссеры готовы драться за право, скажем, снять фильм о смерти Майкла Джексона или даже о трагедии Александра Литвиненко. Отечественный кинематограф в основном ограничивается глобальными историческими событиями. «Кандагар» – один из немногих примеров того, как реальная драма, за которой следила страна, стала кинофильмом.

Творение режиссера Андрея Кавуна вернуло зрителей в 1995‑й, когда российский грузовой самолет был принудительно посажен на аэродроме в городе Кандагаре. Пятеро российских летчиков захвачены в плен фанатиками-талибами. Им предстоит прожить 378 дней в аду. Все это время пилоты своими силами пытались вырваться на родину, которая в свою очередь предпочла забыть про них. И хотя всё действие происходит в Афганистане и большая часть актеров изображают вооруженных талибов, создатели считают, что это русская история, которая может быть понятна во всем мире. Российских летчиков сыграли Александр Балуев, Владимир Машков, Андрей Панин, Александр Голубев и Богдан Бенюк.

Андрей Кавун, режиссер картины

– Сейчас существует несколько версий спасения экипажа. То американцы рассказывают, что они приложили руку к этому. То Виктор Бут, сидящий в таиландской тюрьме, а тогда действительно появлявшийся в Кандагаре, говорит, что это сделал он. Да, он рассказывал летчикам, что все разрулил, сделает еще два звонка – и они свободны. Но на этом его участие в спасении закончилось. Я же знаю другую версию: ребята спаслись сами, не дождавшись помощи извне. И я верю. Командир экипажа чуть ли не посекундно изложил ее мне. А кому верить вам, выбирайте сами.

Александр Балуев, исполнитель роли командира экипажа ИЛ-76

– Так случилось, что, не зная многих деталей происходившего на самом деле, я интуитивно нащупал их и сыграл. У моего Иваныча непростой характер. Поэтому мне хотелось, чтобы всё вокруг него было непросто: не просто арестовали, не просто улетели. И я очень порадовался тому, что мои представления о роли совпали с тем, о чем мне позже рассказал Шарпатов. Может быть, посмотрев фильм, участники этой истории обидятся на наше прочтение, но надеюсь, что все-таки нет. Главное, чтобы они увидели «Кандагар». Уверяю, это будет не пустое времяпрепровождение. История интересна тем, что люди остаются людьми в самых сложных ситуациях. В какие бы условия нас ни запихивали, в какие бы обстоятельства ни попадали, все равно мы русские и этим живы.

Владимир Машков, исполнитель роли второго пилота

– Иногда, когда все было удачно на площадке, мы дружили, а когда что-то менее удачно получалось, мы были в гневе друг на друга. Порой пытались даже куда-то уйти, хотя идти было некуда. Съемочная площадка была в трех часах езды от города. Так что за эти три месяца в Марокко, при невыносимой жаре в нашей команде было все: и боль, и страх, и смех.

Но мы-то знали, чем все закончилось у наших героев, а у летчиков тогда, в 1995 году, надежды не было. И это самое страшное. Буду счастлив, когда наши прототипы посмотрят этот фильм и что-то в их сердцах успокоится. Закончится эта история, и все узнают, что они были героями. Ведь после их возвращения с ними было очень много неприятных ситуаций. Не все из них названы Героями России. Лишь двое из семи. Что тоже очень странно. Цепь несправедливости продолжалась долго, а может, продолжается до сих пор.

Владимир Шарпатов: Балуев хороший мужик, но слишком мягкий

– Режиссер Андрей Кавун говорит, что главной проблемой экипажа была разобщенность.

– В этом он прав, конечно. Хотя то, как развивались отношения у членов экипажа, какую роль каждый из них играл, интерпретировал по-своему. И я ему говорил, когда съемки только начались, что Александр Балуев, конечно, замечательный артист, но слишком уж мягкий он в фильме. Я не такой.

– В чем были конфликты?

– Началось с того, что все стали меня обвинять, зачем мы полетели. Мы тогда работали на фирму Виктора Бута, и это был наш третий рейс из Албании, мы перевозили патроны для правительства Афганистана. В последний раз у самолета были технические неисправности, и мы вместе решали, лететь или нет. Но каждому в экипаже были нужны деньги. И все решили: летим. А когда беда случилась, оказался виноват один я. Однажды не утерпел и врезал между глаз одному из оппонентов – инженеру Сергею Бутузову. Он в меня чем-то тяжелым запустил, я за нож схватился. Месяца три мы с ним не разговаривали, а потом он встал на мою сторону. Остальные сгруппировались вокруг бортинженера. Все-таки я поговорил со вторым пилотом один на один, изложил план побега. Он сходил к ним, они эту идею отвергли – убьют, самолет повредят… Но мало-помалу прониклись, поняли, что надо самим выбираться. Потом убедили талибов, что самолет надо обслуживать, иначе он потеряет свое рабочее состояние, нас стали водить на аэродром. Так мы и улетели.

– Что было самое тяжелое в плену – условия, голод?

– Неизвестность. Каждый день ждали суда шариата в Кабуле и живыми оттуда не надеялись вернуться.

– Виктор Бут как-то пытался вам помогать?

– Да, и продукты посылал, и продолжал зарплату в долларах семьям выплачивать, они на это и жили. А в Казани нам совсем ничего не платили.

– Члены экипажа получили неравнозначные награды. Это больше осложнило ваши отношения?

– Ни меня, ни экипаж не спрашивали, кто какую роль сыграл и кому что давать. С другой стороны, мало ли какие отношения между нами были. Главное, мы объединились и осуществили побег. Поэтому награждать, конечно, надо было всех одинаково.

– После возвращения вы вообще перестали общаться?

– Со вторым пилотом и радистом мы после этого еще несколько раз летали вместе. С остальными не виделись с тех пор. Я пытался их пригласить в 2006 году на десятилетие побега, но они не смогли приехать, были в командировках. Теперь хочу на свое 70-летие позвать, губернатор денег дает на проезд.

Чем занимается экипаж сейчас:

Владимир Шарпатов, командир экипажа, живет в Тюмени – на пенсии.

Второй пилот Газинур Хайруллин, штурман Александр Здор, бортинженер Асхат Аббязов, радист Юрий Вшивцев живут в Татарстане – по-прежнему в строю, летают.

Инженеры Виктор Рязанов и Сергей Бутузов работают в казанском аэропорту.

После побега Шарпатов и Хайруллин стали Героями России. Остальные члены экипажа были награждены орденами Мужества.


P.S. Гламурная столичная премьера «Кандагара» ознаменовалась скандалом: консультанта и прототипа главного героя Владимира Шарпатова туда не позвали. «Обидно, – признался Владимир Ильич «Собеседнику». – Мало того что я отдал им свои дневники, еще и две недели провел вместе с группой на съемках. Заплатили мне тогда 25 тысяч рублей командировочных, а я ведь фактически соавтор фильма. И я бы с удовольствием обнялся с Балуевым, он хороший мужик. Поздравлял его как-то с днем рождения, неплохо поговорили».