А был ли Маковский?!

Корреспондент Sobesednik.ru побывал на первом заседании по делу об обвинении Левона Айрапетяна в мошенничестве.

В Замоскворецком суде на минувшей неделе состоялось первое заседание по делу, в котором известного бизнесмена Левона Айрапетяна обвиняют в мошенничестве и хищении $700 тысяч.

Это дело выделено из другого, с которого, собственно, все и началось 1,5 года назад — о причастности Айрапетяна к продаже акций «Башнефти», принадлежащих сыну экс-президента Башкирии Уралу Рахимову структурам Владимира Евтушенкова «АФК Система». То, главное, дело, продолжает вяло тянуться, несмотря на то, что акции уже давно вернулись в «Башнефть», а причастность Айрапетяна к их продаже оказалась весьма сомнительной.

Сам бизнесмен постоянно говорит о заказном характере своего дела. Иначе ему трудно объяснить, почему следствие так упорно хочет его сделать виноватым хоть в чем-то. На этот раз — в мошенничестве и хищении. Причем фабула этого «хищения» с самого начала выглядела весьма запутанной и странной.

Между тем в суде, где заслушивали свидетелей обвинения и потерпевших, история с этим самым хищением стала выглядеть еще более нелепой.

Потерпевшие — мать и сын Изместьевы. Последний — экс-сенатор, осужденный в декабре 2010 года на пожизненное заключение за тяжкие преступления (бандитизм и 13 эпизодов убийств). По материалам дела, в конце августа 2014 года мать и сам экс-сенатор Изместьев — практически одновременно — пожаловались следователям: якобы летом 2010 года Айрапетян потребовал у женщины $700 тыс. за то, что поможет облегчить участь ее сыну. И она ему их якобы передала в 2010 году. А он обманул — деньги взял, а сыну не помог.

Доказательств — ноль. Часть этой суммы — $350 тыс., по показаниям Тамары Федоровны Изместьевой, — якобы передал Айрапетяну один из адвокатов ее сына — Антонов. Женщина путается в показаниях даже в отношении того, сколько раз она встречалась с Айрапетяном. Или вот еще по такому моменту — деньги, по ее объяснениям, якобы были в небольшой сумке (хотя в такую сумку никак не могло поместиться столько денег)... При этом не существует ни записей с видеокамер, ни аудиозаписей встреч и разговоров с Айрапетяном, доказывающих факт передачи каких-либо денежных средств ему ни Изместьевой, ни Антоновым... Ничего.

— На процессе выступал эксперт, — рассказывает Sobesednik.ru адвокат бизнесмена Давид Хечян, — который делал фоноскопическую экспертизу аудиозаписей разговора, якобы соcтоявшегося в 2013 году между родственником Изместьевых Ярошенко и бывшим адвокатом экс-сенатора Антоновым. Эту запись следствие считает доказательством. Там — разговор, где последний упоминает, что якобы передавал то ли $650 тыс., то ли $700 тыс. Левону Гургеновичу. Но сам Антонов в бегах, показаний по обстоятельствам данного дела он не давал. А мать Изместьева к тому же обвиняет Антонова в хищении у нее $1,5 млн мошенническим путем.

Вопрос: откуда появились у матери заключенного сенатора столь крупные суммы? Ответ следствия оказался нестандартным: якобы она зимой 2009 года продала картину Маковского за $800 тысяч. Часть денег оставила себе на расходы, остальное передала Айрапетяну.

— В суд вызвали искусствоведа Елизавету Видиберскую, которая, как уверяли, помогала продать картину, — рассказывает Хечян. — Но она сказала: картину видела, но не помнит ни автора, ни названия полотна. Она лишь подтвердила покупателю ее подлинность. Купил ли он полотно, она не знает, момент передачи денег покупателем Изместьевой она не видела, так как находилась в другой комнате квартиры.

А расписок или договора купли-продажи у Изместьевой нет. Хорош покупатель — заплатил почти миллион «зеленых» и даже не обезопасил себя ни полноценной экспертизой (а вдруг фальшивка — ведь многие антиквары говорят: в собрании экс-сенатора подделок было много), ни документом, позволяющим в случае чего вернуть деньги.

Сам покупатель в деле вообще не фигурирует — неизвестно ни кто он, ни что купил... И купил ли вообще.

Занятно и то, что искусствовед-свидетель не помнит даже автора полотна: был ли это Константин Маковский или его брат Владимир (оба — известные художники, полотна обоих есть в Третьяковке, но цены на их работы разные). Зато помнит размеры — примерно 170х100 см.

Еще интереснее было выступление самих потерпевших. Мать сказала, что это была не взятка, а деньги на расходы, связанные с хлопотами по делу ее сына — гостиницы, разъезды и так далее, — и она сама их предложила (а чего тогда, спрашивается, написала жалобу в следственные органы, что ее обманули?). То же самое подтвердил и сын. Тем самым они опровергли как версию следствия, так и свои первоначальные показания о том, что деньги были переданы Айрапетяну для передачи неким высокопоставленным должностным лицам для освобождения Изместьева или назначения ему более легкого наказания — в виде 10–12 лет лишения свободы.

А ведь экс-сенатора ради этого процесса привезли из колонии в столицу. Кстати, по виду Изместьева не скажешь, что он отбывает пожизненное — выглядит прекрасно, словно у нас в этих колониях курорт.

В общем, первое заседание суда по делу о хищении $700 тыс. показало все натяжки следствия. И, казалось бы, о чем дальше говорить, если сами потерпевшие отказываются от своих обвинений? Но процесс будет продолжаться — не для того его начинали.

Новости с процесса — в ближайшую среду на Sobesednik.ru.