"Скандал было не приглушить": Швыдкой объяснил, почему не "отмазал" Ефремова

Экс-министр культуры Михаил Швыдкой не стал пользоваться высокими связями ради помощи актеру, устроившему смертельное ДТП.

На всем протяжении скандального процесса над Михаилом Ефремовым раздавались возгласы: «отмажут мажора», «випы вступятся за своего». Так или иначе, но это существенно подгорело атмосферу ненависти вокруг актера, и без того оказавшегося в очень плохой и тяжелой ситуации.

Делались ли бесконечные телешоу, которые оттаптывались на «либерале» Ефремове, по так называемой «отмашке» сверху и почему его не смогли защитить влиятельные друзья, мы спросили у экс-министра культуры Михаила Швыдкого.

– Произошедшее с Мишей — это трагедия. Я очень огорчён, как и все, всей этой историей вокруг, – поделился с Sobesednik.ru Михаил Швыдкой. – Потому что в русской традиции есть сострадание, понимание и прощение, — при всем идиотизме линии защиты Миши. Бог им судья, как говорится. В христианской традиции, в русской культуре — возьмите Достоевского — к людям, вольно или невольно преступившим закон, всегда относились с состраданием. А не с улюлюканьем, что произошло в ситуации с Мишей Ефремовым.

Но вот это улюлюкание и травля — это не отмашка. Я уверен. Дело в том, что в периоды типа пандемии подобные случаи очень, скажем так, «ценны» для многих СМИ. Потому что отвлекают аудиторию от чего-то ещё более важного.

Мишин случай — он ведь из разряда «жареного», – продолжает Швыдкой. – Артист, известный, пьяный, наркотики, то-сё, пятое-десятое. Я думаю, что такое разыгрывали бы везде. И у меня вот эта раскрутка вызвала много грусти. И не потому, что я хорошо знал и маму Миши, и папу Миши, и бабушку с дедушкой по маминой линии, и по папиной линии дедушку — я всех их хорошо знал. И Мишу знаю, конечно.

Но Миша — это другое поколение и это совсем другая история. И Алла Борисовна, его мама, не случайно говорила, что в его жизни может быть очень драматический конец. И видит Бог, все это никому понравиться не может.

— Михаил Ефимович, а вы, при ваших связях на самом верху, не пробовали вступаться за Ефремова?

— Вы знаете, я считаю, что тут такого рода механизмы нехороши. И так всем все понятно.

С моей точки зрения, если была бы другая линия защиты, все было бы по-другому. Каким образом этот человек (Эльман Пашаев. — Прим. Sobesednik.ru) попал в адвокаты Ефремова, я понятия не имею. Для меня это все загадочно.

Первое заявление Миши, ещё в самом начале, когда он говорил о своей вине, — это, я считаю, был единственный правильный был путь. Но что произошло — то произошло.

Но Бог его выведет, и Миша сильный парень. Может быть, эта трагедия, которая его невероятно встряхнула, как ни странно, вернёт его к нормальной жизни. Я надеюсь на это, во всяком случае. И я надеюсь, что приговор будет смягчён.

— Ну а кто-нибудь из влиятельных людей вступался за него?

— Я объясню, в чем дело. Это стало слишком публичной историей. Ее так раскрутили, что приглушить её уже было невозможно. Хотя мне говорили, что вот в такой же ситуации тот и этот «отмазался». При такой публичности приходится дистанцироваться. Но, повторю, будем надеяться на лучшее.