Путин уйдет в оппозицию Медведеву

Двоевластия не предвидится. Будет Путин в качестве оппозиции Медведеву

Три семьи Владимира Путина

Любителей клубнички просят не беспокоиться: речь исключительно о кланах. Владимиру Путину потому и не было подходящей замены, что он – фигура во всех отношениях компромиссная и другой такой нет. Ни для кого не секрет, что Путин пришел во власть как ставленник и, если угодно, последняя надежда клана Ельцина. С другой стороны, Владимир Путин – «птенец гнезда Собчакова», представитель питерского клана, либерально-демократического только по риторике, а по образу действий весьма жесткого. Наконец, он силовик, спецслужбист, лояльный к родной спецслужбе, преданный ее идеалам и корифеям. Сразу три наиболее влиятельные политические силы (питерских он дополнительно усилил, массово проведя во власть) сошлись на этой кандидатуре; другого такого персонажа в Кремле попросту нет, и провести его в преемники было нереально. Исторически сложилось так, что «семью», силовиков и наиболее эффективных политических менеджеров России устраивал один человек, т. е. Путин.

Разница между этими тремя кланами довольно серьезна, хотя отдельные аналитики (например Михаил Бергер) считают борьбу кремлевских башен кремлевским же мифом, запущенным, чтобы народ не скучал. Но разочарование сторонников Сергея Иванова и прочих силовиков после провозглашения Дмитрия Медведева основным преемником было слишком отчетливым и граничило с истерикой; радость бизнесменов, публицистов и политиков, близких к «семье», – слишком откровенной; тихие, но символичные действия Дмитрия Медведева в качестве преемника – слишком наглядными. Он отказался включать Интернет в сферу стратегических приоритетов России, куда иностранных инвесторов не пустят без специального разрешения. Он подчеркнул, что свобода лучше несвободы – мысль чрезвычайно смелая по нынешним временам. Именно при нем – еще не действующем, но уже избранном – был выпущен из-под стражи глава питерского «Яблока» Максим Резник. Правда, при нем же он был и взят, но взят, кажется, лишь для того, чтобы продемонстрировать демократизм новой власти и ее уважение к закону. Дмитрий Медведев предложил отечественному правосудию избавиться от карательного уклона. Словом, даже если перед нами борьба нанайских мальчиков – это все же борьба, а не бег на месте. Осталось понять, кто стоит за Дмитрием Медведевым, кто – против и как ответят его противники на его возвышение.

Главные игроки

Охарактеризуем вначале главных игроков: «семья», конечно, в их число давно не входит, поскольку пользуется определенными гарантиями, в активную политику не лезет и даже интервью не дает. Дмитрий Медведев известен близостью к Александру Волошину (который и ввел его в президентскую администрацию и, поговаривают, сам не прочь вернуться во власть). Ему же симпатизирует бывший главный «кошелек семьи», отнюдь не утративший влияния Роман Абрамович, но те, кто демонизирует Абрамовича, приписывая ему ведущую роль в медведевском назначении, сильно искажают картину. Вместо «семейного» клана, чье влияние давно сошло на нет, сформировался условно-либеральный, восходящий к питерско-собчаковскому: это Дмитрий Козак, Алексей Кудрин, Леонид Рейман, Игорь Шувалов, Юрий Трутнев, другие представители путинского окружения, известные не столько либеральностью, сколько прагматизмом. Им противостоят силовики-державники – тоже неоднородный отряд, делящийся на «мягких» и «твердых», ястребообразных. «Мягкими», то есть вменяемыми, европеизированными и далекими от фанатизма, считаются Сергей Иванов и Сергей Чемезов (хотя в демонизации Иванова либералы и журналисты преуспели еще больше, чем в раздувании фигуры Абрамовича). «Жесткими», непримиримыми и антизападными –зам. главы президентской администрации Игорь Сечин и помощник президента Виктор Иванов. К ним примыкает министр юстиции Владимир Устинов. К сторонникам силовиков можно с некоторыми оговорками отнести и Владислава Суркова, автора доктрины «суверенной демократии», которую Дмитрий Медведев два года назад осторожно покритиковал. Сколько бы главный идеолог Кремля ни заверял прессу, что расхождения между кремлевскими кланами иллюзорны и сводятся к тому, что Медведев больше любит Deep purple, а ему, Суркову, ближе Black Sabbath, – ясно, что инициатор создания «Наших» и один из вдохновителей истеричной прошлогодней думской кампании «Единой России» вряд ли найдет общий язык с избранным президентом. Неизбежность конфликта между ними очевидна.

«При Путине был порядок»

Как видим, фигурой, примирявшей все эти кланы, был только Владимир Путин, а любой другой глава государства неизбежно нарушит равновесие. Как сделать, чтобы Путин остался лидером страны, утратив формальные полномочия? Ведь, перестав быть фигурой номер один в государстве, Путин неизменно окажется вторым, пусть даже вторым среди третьих. Важно, что он перестанет быть единственным. А это непоправимый слом хрупкого, но державшегося покамест кремлевского равновесия.

Наивно было бы думать, что силовики легко отдадут победу. Значительная их часть переместится из кремлевской администрации в Белый дом – Игорю Сечину прочат место в аппарате правительства. Будет ли это понижением? Формально – да, а по сути выиграет тот, кто останется с Путиным, которому кремлевские политологи заблаговременно придумали титул «национального лидера». Не исключено, что ближе к Белому дому в ближайшие месяцы переберутся и главные идеологи суверенитета – вплоть до самого Владислава Суркова, которому прочат самые разные посты, от министерских до аппаратных.

Все это намекает на одну весьма перспективную комбинацию, в результате которой Владимир Путин имеет шанс не только стопроцентно вернуться во власть через четыре года, а то и раньше, но и сохранить статус самой обсуждаемой и притягательной фигуры в отечественной политике. Для этого есть лишь один вариант – возглавить оппозицию. И оппозиция эта будет самой что ни на есть силовой. Как показали в России девяностые годы, лучший метод борьбы с либеральной идеей – это ее недолгое, показательное, быстро скомпрометированное торжество. Можно вывести математический закон: после n лет половинчатой и убогой либеральной власти можно на 2n лет устроить нормальный и полноценный авторитаризм, и все будут счастливы, повторяя: «Не хотите же вы обратно в прошлое?»

Сегодня нам предложат именно такую нехитрую разводку: Дмитрий Медведев (вероятно, он в курсе дела) будет некоторое время воплощать собою осторожный и сугубо показательный либерализм. За это время цены на продовольствие рванут вверх, цены на энергоносители в свою очередь несколько затормозятся, и очень скоро мы услышим лозунг «При Путине был порядок». Для действующего покамест президента России все складывается идеально: годы неизбежного экономического спада (и даже провозглашенного Гайдаром кризиса) придутся на период его отдаления от власти. Путин в качестве оппозиции Медведеву, в роли его главного критика и противовеса – единственный сценарий, позволяющий президенту России оставаться не просто политиком среди политиков, а центральной фигурой оте­чественной реальности. После чего его победа в 2012 году – с уже небывалыми полномочиями и с мандатом народного доверия на любые репрессии – будет делом техники. Вот тогда Игорь Сечин, его единомышленники и консервативное крыло «Единой России» и придут уже действительно надолго. Впрочем, если прогнозы Гайдара (и Андрея Илларионова, и Михаила Делягина, и многих других алармистов) верны – 2012 год может наступить значительно раньше.

И тогда второй нанайский мальчик победит не с результатом 70 процентов, позволяющим оппозиции иногда осторожно вякать, а Западу требовать свобод, а, например, с гордой цифрой 95 процентов, позволяющей заткнуть рот кому угодно без рассуждений и самооправданий.