Храбрая пенсионерка

Ограбленная в транспорте пенсионерка выследила
и задержала банду воров-карманников. А потом помогла главарю вылечиться от наркомании.

Зоя Аркадьевна Котеночкина никогда не работала
в милиции. А о трудной службе оперов и следователей знала только из кино.
— Кто мог подумать, что на старости лет мне придется ловить бандитов? — удивленно пожимает плечами пожилая женщина, большую часть жизни проработавшая воспитателем в одном из детских садов Ярославля.

Ключи от трех квартир

— Случилось все аккурат на мой день рождения, — рассказывает Зоя Аркадьевна. — Я весь день просидела с внуками, вечером дочка вернулась с работы, вручила мне цветы, а зять три тысячи подарил... И я, вся такая праздничная, поехала домой. Время было позднее, девятый час, и сумочку с деньгами я на плечо вешать не стала. Подумала, сдернут еще. Завернула ее в кофту и убрала в пакет.
И вот стою на остановке, жду троллейбуса, а ехать мне далеко, через весь город. Вместе со мной еще три парня троллейбус ждали. Двоим лет по 20–25, а третий — моложе. Лет шестнадцати. Маленький такой и национальности смешанной. Я его про себя еще грейпфрутом назвала, в смысле гибридом. Уж очень странно паренек был одет: куртка и брюки хорошие, новые, а ботинки — дрянь. Какие-то старые корочки, лет десять не чищенные. И пахло от паренька очень сильно. Я еще подумала: неужели помыться негде? А потом мой троллейбус подъехал. Двери распахнулись, а там народу полно. Но я влезла. И ребята с остановки — за мной. Стою, пакет с сумкой между ногами засунула, чтобы в толкучке не увели. Через остановку свободнее стало, пацаны, слава Богу, вышли. И до своей улицы я доехала спокойно. Из троллейбуса выхожу, и... батюшки святы. У меня яблоки из пакета на тротуар сыплются: пакет, где сумка лежала, разрезан. И в нем ничего. Ни сумки, ни денег, одна кофта торчит. Стою соображаю, что произошло, и плакать хочется. Ладно, думаю, деньги. Бог с ними — у меня в сумке ключи лежали. От трех квартир — моей, сына и дочери. И квитанции телефонные. Получилось, что ключи у меня вытащили прямо с адресами.

Запомнила одни ботинки

— Ну, поревела маленько, а потом смотрю: рядом с остановкой милиция. Опорный пункт, а там дежурные сидят. Я к ним — мол, спасите, ограбили, разрезали в троллейбусе пакет. Они сразу все поняли, меня — в машину, и вслед за троллейбусом. Поехали, говорят, до конечной. Может, жулики на остановке выйдут, а вы свою сумку увидите. Только зря мы ездили — не поймали никого.
Получилось, что грабителей своих я видела, только лиц не запомнила — одни ботинки.
В тот же вечер, 16 ноября, Зоя Аркадьевна пошла в Дзержинский РОВД города Ярославля подавать заявление. Но милиционеры ее отговорили.
— Вышел ко мне какой-то начальник и заявляет: все равно ничего не найдем. Лучше идите домой. И меняйте замки в дверях, пока квартиру у вас вслед за сумкой не вынесли.
Зоя Аркадьевна доброго милицейского слова послушалась. Бумагу марать не стала. Прямо из РОВД позвонила сыну, чтобы ключи привез, и побежала домой.

Убили бы прямо в кровати

— На следующий день сын ко мне приехал, врезал новый замок. И как оказалось, не напрасно. На вторую ночь ко мне пришли, — вспоминает пенсионерка. — Лежу в темноте, вдруг слышу, в замке кто-то скребется, вроде как ключ вставляет. Ну и страху я натерпелась, пока они в замке ковырялись! Все думала, что делать. Милицию вызывать? Так они все равно приехать не успеют. Но воры не стали ломать дверь. А то бы убили прямо в кровати, чтоб свидетеля не оставлять, — разводит руками женщина.
Тут бы мне и успокоиться, а я как ненормальная стала, — продолжает рассказ Зоя Аркадьевна. — Решила сама их поймать. Вспомнила, как в одной центральной газете про карманных воров писали. Что работают они по графику, каждая группа на своем участке. Дай, думаю, схожу, понаблюдаю. Может, и мои трое только на этом троллейбусе ездят?

Воровская кухня

Спустя несколько дней Зоя Аркадьевна знала про своих грабителей все. Оказалось, что работают ребята без выходных, практически каждый вечер. И участок у них небольшой — всего две троллейбусные остановки.
— Садились они там же, где и я, когда от дочки до дома ехала. На улице Республиканской, возле Серого дома, где областное управление внутренних дел находится, — вспоминает пенсионерка, — проезжали улицу Победы, делали свои бандитские дела и выходили у клуба «Гигант». Потом переходили дорогу и ехали в обратную сторону. Я их по маленькому узнала: смотрю — ботинки знакомые и запах тот же.
Оказалось, что бандитов не трое, — продолжает Зоя Аркадьевна, — а четверо. Еще один ездил за троллейбусом на «девятке». И ему эти трое сразу же скидывали все наворованное. Причем резал пакеты и вытаскивал кошельки самый маленький. Остальные ему помогали. Один на стреме стоял, а второй толкался, чтоб людей отвлекать, — я теперь всю их кухню воровскую знаю, — говорит пенсионерка.
Выследив банду, Зоя Аркадьевна пошла в милицию во второй раз.
— На этот раз я отправилась в Серый дом, в специальный отдел, где такими кражами занимаются. Прихожу, а все сотрудники отдела за столами сидят. Я им говорю: «Что же вы в кабинете стулья просиживаете, когда все ворье по троллейбусам шныряет?» А они хоть бы что. Короче, убедилась, что ждать помощи от милиции бесполезно.

Это вы меня обокрали!

На десятый день слежки Зоя Аркадьевна осмелела. И когда парни стали в очередной раз коситься на странную тетку, которая каждый день ездит с ними в троллейбусе, подошла к ним сама:
— Я знаю, кто вы такие! Это вы меня обокрали! Верните мне мои ключи и сумку.
Но грабители нагло рассмеялись в ответ:
— Какая сумка, бабуля! Ее нет давно, а ключи мы выкинули. Если хочешь, за «Гигантом» ищи, там многоэтажка, во дворе под кустами твои ключи лежат...
— Я тогда им поверила, ходила по дворам, разговаривала с бомжами, которые в этом районе все собирают. Мне сказали, что там есть какой-то Гоша. Он вроде за главного. Но ключей мне так и не нашли. А потом знающие люди объяснили, что ключи никто не выкидывает. Если адрес известен, карманники их другим ворам продают. Короче, домой ко мне лезли совсем другие люди. Не те, что меня в троллейбусе грабили, — делится познаниями Зоя Аркадьевна.

Тормози, разбираться будем!

— В общем, ничего мне не вернули, а я все успокоиться не могу. Каждый вечер хожу смотреть на тех троих, словно на работу. За меня уже домашние переживать начали. А я стала вроде члена преступной банды. Все повадки воровские знаю. Как-то стою рядом с мелким в троллейбусе и говорю: «Зачем ты воруешь, я ведь тоже могу!» И хоп — руку к нему в карман. А он мне: «Осторожней, бабка! У меня там опасная бритва лежит». После этого случая мы чуть ли не здороваться начали. Я даже испугалась, что люди в транспорте начнут меня за их подельницу принимать. И тут случай помог, — продолжает свою эпопею Зоя Аркадьевна. — Возвращалась я как-то домой на машине — знакомый зятя подвез. Проезжаем мы возле остановки, а там они. И четвертый с ними, из машины вышел. Стоит разговаривает. Я своему спутнику на них показываю и говорю: «Это те самые, которые меня ограбили». А он удивился: «Я одного из них знаю, он в соседнем доме живет». И на того показывает, который в машине ездит. Я тогда кричу: «Тормози, разбираться будем!» И из машины чуть ли не на ходу выскакиваю.
— И не страшно было?
— Ничуть. Сама на себя удивляюсь. Откуда только смелость взялась? — пожимает плечами 65-летняя женщина. — Короче, пообещали они все мне вернуть, даже деньги, сказали, принесем. И опять ничего. Я по новой переживать начала. У меня прямо как помутнение какое было, навязчивая идея. Верните мне мою сумку! И все, даже денег не надо. Зять со своим знакомым посовещался и говорит: «Ну что, Зоя Аркадьевна, ловить, что ли, будем?» Я говорю: «Ловите!» А сама думаю: смысл в этом какой? У этих, которые из троллейбуса, денег все равно нет.

Устроила преступника на лечение

— Так оно и получилось. Прошло несколько дней, зять с друзьями встретили всех троих и затолкали их в свою машину. Позвонили мне, я пришла. А что говорить, не знаю. Ругать? В общем, стали мы по душам разговаривать, оказалось, все трое — из неблагополучных семей и к тому же наркоманы. И четвертый, который на машине ездит, тоже наркоман. Все наворованное они сдают в общую кассу, а оттуда им на укол выделяют. Мне даже жалко их стало, — вдруг признается Зоя Аркадьевна.
Для нее самой этот момент очень важен. И все последующие события своего троллейбусного детектива пожилая женщина вспоминает скороговоркой. Как всей семьей, вместе с сыном и зятем, поймали четвертого. Высадили парня из его же собственной машины и поставили «девятку» на стоянку от своего имени. Сказали, не получишь, пока долг не вернешь. Как Сергей, так звали парня, просил деньги у своих родителей, а потом привез их вместе с мамой. И мать узнала, что ее сын наркоман.
И тогда случилось совсем уж невероятное.
— Я к этой женщине, матери четвертого преступника, очень сочувственно отнеслась. Поговорила с зятем и дочерью — у них знакомые в областном наркодиспансере есть. Короче, устроили мы этого Сергея лечиться, — тихо, словно признается в каком-то грехе, продолжает Зоя Аркадьевна. — К нам его мать на днях приходила, благодарила за помощь. Вроде бы вылечили его. И остальных ребят я тоже потом встречала. Они с остановок в другое место ушли. Я им при встрече: «Работаете?» Перед Новым годом пропали, наверное, посадили всех, — переживает за своих «троллейбусных знакомых» Зоя Аркадьевна.
А под конец добавляет:
— Я из этой истории вот что поняла. Может, кого «моя милиция» бережет, но только не меня, пенсионерку Зою Котеночкину. До нас, бабок, у которых кошельки в троллейбусе тащат, милиции дела нет. Ворья в транспорте — хоть отбавляй. В каждом трамвае-автобусе ездят. У меня же взгляд теперь наметанный, я их сразу вижу. У них, в отличие от милиции, — все отработано.

Анна Кукушкина.