Автоспортивные "фенечки" Андрея Севастьянова

Второй визит Российской серии кольцевых гонок (СМП РСКГ) на Смоленское кольцо в рамках пятого этапа сезона получился успешным для пилотов профессиональной гоночной команды B-Tuning Pro Racing Team.

Руководитель народной команды, самый позитивный автогонщик Андрей Севастьянов, неоднократно побеждавший здесь в прошлые годы, сумел заработать второй подиум в сезоне в категории Туринг-Лайт. Этот результат дался ему не без труда. Между гоночными сражениями в процессе восстановления Андрей выделил полчаса своего времени на эксклюзивное интервью Sobesednik.ru.

— Почему гонщики ведут себя как политики и очень часто лавируют, уходя от довольно простых вопросов?

— В течение своей карьеры гонщик часто выступает за несколько спортивных коллективов. Вряд ли пилот, который скажет, что его автомобиль плохо подготовили, и эта марка никчемная, может рассчитывать на развитие и поддержку. Поэтому они отвечают очень гибко и часто берут вину на себя, даже если проблема была в состоянии автомобиля, или команда с чем-то не справилась. Со временем они учатся очень опытно уходить от острых вопросов, иногда даже делают вид, что не услышали его.

— А есть вопросы, которые могут вас вывести из себя?

— Есть такая методика психологического воздействия и со стороны менеджеров других команд, и от пилотов. И несколько лет назад меня можно было вывести из себя, но теперь я уже взрослый мальчик и научился при подготовке к гонке не слышать ничего лишнего. У меня телефон лежит без звука в инструментальном ящике — за час до гонки я его убираю, и ни на какие звонки, смски, сообщения не реагирую. Я готовлюсь — оцениваю погоду, тайминг, чтобы вовремя спокойно сесть в автомобиль.

— Ловите дзен...

— Важно, чтобы не было никакой суеты, чтобы ничто не отвлекало, даже сильно затянутые шнурки на обуви. Чтобы без спешки надеть шлем, чтобы нигде не давили какие-нибудь тесемочки, веревочки, наушнички. Включить радиосвязь с инженером, проверить, как она работает, все ли меня слышат.

Для меня важно переспросить, затянуты ли у меня колеса — пусть это примитивно, но мне важно услышать, что все хорошо.

Что давление стоит, топливо в норме, вес и высота автомобиля проконтролирована, зеркала, работа датчика GPS проверена, чтобы у меня работала отсечка, и я видел время круга в ходе заезда. Вот такой чеклист на пунктов 20-25 мы проверяем, после чего я со спокойной душой запускаю автомобиль. У меня реально пульс 60, я спокойно выезжаю из боксов, чтобы хорошо сделать свою работу в присутствии официальных лиц, судей, болельщиков, моих партнеров, которые помогают мне участвовать в соревнованиях. Я должен показать свой уровень и тем самым подтвердить свой опыт.

— Расскажите историю вашего прозвища «Феня-50»?

— Это мое прозвище уже после школы, я плохо разбирался с технических терминах и каждый раз, поднимая какую-то деталь с пола, спрашивал: «А что это за фенечка? А это что за деталька?» И на первой гоночной машине, когда я уже был пристегнут, ребята перед стартом приклеили вместо номерного знака наклейку «Феня 50», потому что я из подмосковного города Химки — это 50-й регион, и ребята, когда я уже был пристегнут, взяли и приклеили наклейку на автомобиль. Такой милый дружеский стеб.

— Среди команд-конкурентов есть ли коллеги, с которыми после гонок общаетесь?

— Мы прекрасно общаемся с Владимиром Шешениным, который в этом году является моим соперником и, вероятнее всего, он станет чемпионом страны, хотя впереди еще осталось пять гоночных заездов. Но такое количество очков, которое он набрал за первые четыре этапа, позволяет ему комфортно лидировать и, если не будет форс-мажоров, то Володя станет победителем этого сезона. У меня прекрасные очень теплые отношения с Владимиром Череванем. Это чемпион прошлого года, тот человек, который знает, что со мной не страшно заехать в любой поворот. От меня не стоит ждать какого-то подвоха, мы не будем друг друга толкать, бить, мешать, выпихивать. Про других участников я так сказать не могу, потому что всегда есть какие-то острые моменты, люди не совсем уравновешенно могут повести себя на трассе. А с этими двумя я уверенно могу заехать в самый сложный поворот, зная, что каждый из нас будет показывать свое мастерство по тактике, по стратегии, по мастерству управления, но ни в коем случае не на эмоциях.

— У вас есть ли любимая гоночная трасса?

— По отношению тепла и заботы, конечно же, это «Смоленское кольцо», потому что мы здесь проводим максимальное количество тестов. По сложности и конфигурации мне очень нравится трасса «Казань-Ринг», расположенная в Татарстане. А по совмещению таких факторов как близость к Москве, качество трассы, уровень пилотажа — это «Moscow Raceway». Я бы выделил эти три трассы как основные для той или иной работы — если настроить автомобиль, то «Смоленское кольцо», если повысить класс пилота, это «Казань-Ринг». А если хочется провести мастер-классы, презентации, тест-драйвы, то это «Moscow Raceway».

— Не скучно ездить по треку? Ралли не привлекает?

— А я двукратный чемпион России по автомобильному ралли. Это немного другая дисциплина, другие задачи, особенности, потому что у кого-то туман, у кого-то снег, где-то колея, где-то раскисла дорога, где-то зрители вытащили дерево на дорогу. Я всем всегда привожу один пример: если весь автомобильный спорт — большой оркестр, то кольцевые гонки больше похожи на скрипку. Здесь фальшивить нельзя, каждый круг должен быть идеальным. Потому что машины очень плотно финишируют, и в квалификации у нас было 11 человек в одной секунде, при том что мы едем дистанцию 3,5 км.

— Какой самый популярный вопрос от зрителей?

— Самый массовый вопрос выглядит так: «Сколько жрет, сколько прет?» Всех интересует, какая максимальная скорость, хотя это является заблуждением — мы уже язык стерли объяснять, что дело не в максимальной скорости, а в том, как качественно и как точно ты управляешь своим автомобилем. Серебро в списке вопросов: «Какая зарплата у спортсменов?» Все думают, что мы здесь получаем очень большие зарплаты и мечтают стать автогонщиками, чтобы стать такими же богатыми как футболисты и хоккеисты.

На самом деле гонщиков можно сравнить с наркоманами — они каждый раз, как только ускорились, улучшились, снова хотят более быструю машину, снова хотят больше тестов, новых колес, возможностей, тренировок.

— Разделяют близкие любовь к автоспорту? Если да, то как они болеют, боятся, переживают?

— Буквально 30 августа у нас было 23 года совместной жизни с супругой. Если бы моя семья была не согласна с моим выбором, вероятнее всего, мы бы не смогли так долго находиться вместе. Они всегда болеют за меня, пишут мне смски. Раньше всех сообщения приходят от моего папы — он в Украине, но благодаря интернету и трансляциям он видит финишные позиции, и иногда, когда у меня телефон был рядом, смс с поздравлением вибрировало еще до похода на подиум. Сейчас, вероятнее всего, в телефоне будет то же самое.

— Бог «Формулы-1», кто он?

— Мне очень нравилось как выступал Сенна. В тот момент я следил за «Формулой-1». И также я считаю, что идеалом является Михаэль Шумахер. Очень переживаю за его состояние многие годы. Это тот человек, которому я с удовольствием пожелал бы крепкого здоровья, будь я рядом, и пожал бы ему руку. Он является идеалом спортсмена, который всегда стремился к лучшему результату и проводил прекрасные гонки, являясь таким эталоном.

— Как выглядит ваш рацион при подготовке к гонкам?

— Однозначно у нас нет никакого молочного, бродящего, никаких квасов, слив, персиков, никаких дынь и арбузов. Мы не имеем права даже булькнуть живом в момент соревнований. Соответственно, это больше похоже на вареную курицу, обжаренную курицу, курицу в травах. Это будут макароны, спагетти, болоньезе, это будет что-то, что легко усваивается, ни в коем случае не вызывает какого-то газирования в желудке. Соответственно, это будет просто вода, просто чай. Раньше мы все баловались, увлекались энергетическими напитками, сейчас и этого нет. Вода в машине без газа, которая находится в моем баллоне — два литра, и я могу с юмором налить туда поллитра газировки, зная, что от вибраций газ выйдет еще до того как я попью.

— Что считаете самым главным своим достижением?

— Достижением? Да нет такого. Я продолжаю расти, развиваться. Я рад, что за 30 лет в автомобильном спорте интерес к нему у меня не пропал. Хотелось бы, чтобы было больше возможностей — это благодаря появлению новых партнеров, чтобы мы работали с юниорами, строили надежную технику, участвовали в соревнованиях и в честной борьбе показывали тот уровень спортивного мастерства, который мы смогли развить, и те данные и знания, которые мы с тренером передаем молодым участникам соревнований. Это то, за что любят гонки — за красивую борьбу.