Нет лидера – нет протестов: кому выгодно отравление Навального?

После «рокового чаепития» Алексея Навального прошло две недели. Пена, вызванная острой реакцией общества на попытку отравления политика, спала. Но ключевые вопросы остались. «Собеседник» попытался ответить на них.

1. Кому выгодно его устранение?

– А кому было выгодно убийство Немцова? Кому – убийство Политковской? – задает риторические вопросы член СПЧ, историк Николай Сванидзе. – Если же говорить о том, кто от этого выиграет, то, безусловно, силовики. Потому что реально ухудшатся отношения между Россией и Западом, будут завинчиваться гайки, что в интересах силовиков: увеличивается их влияние, их бюджет и т.д. Но если они получают от этого прибыль, это не значит, что именно они это организовали.

– У меня нет никаких сомнений в том, что речь идет о политическом покушении, – говорит политолог Валерий Соловей. – Про то, что это невыгодно Путину и Кремлю, я слышу с убийства Литвиненко. Повторяется один и тот же логический ход: это невыгодно, это какие-то неустановленные враги. И это – стопроцентная чепуха. Учитывая, под каким контролем находился Алексей Анатольевич в момент покушения, все это было бы зафиксировано. Покушение не увенчалось успехом. Расчет был на то, что экипаж самолета нарушит регламент или испугается и самолет продолжит свой курс на Москву. В этом случае Навального доставили бы либо уже мертвым, либо в состоянии «овоща».

– Здесь абсолютно идентичная история с отравлениями Владимира Кара-Мурзы, Дмитрия Быкова, Петра Верзилова, которые испытывали аналогичные симптомы, – проводит параллель политик Дмитрий Гудков. – Это фирменный знак наших спецслужб – использовать яды. Доказать это сейчас невозможно, но мы с Шендеровичем любим ссылаться на Гельвеция: «Знание некоторых принципов освобождает от необходимости знания многих фактов».

2. Достигнуты ли цели покушения?

Российская пропаганда уже выдвинула массу самых невероятных версий того, что произошло – от самогона до падения сахара в крови политика.

– Это все попытка увести от основной версии – отравление по политическим мотивам, – считает Гудков. – Им важно было потянуть время, поэтому больницу и охраняла ФСБ: 2–3 дня – и яды выходят. Потом уже ничего не докажешь. Я знаю Алексея как человека спортивного, малопьющего и в принципе физически достаточно крепкого. Поэтому я понимаю, что подобное не могло с ним просто так произойти. Ни у меня, ни у кого из его коллег и союзников нет сомнений, что это было отравление. Он был у меня на свадьбе, и я прекрасно помню, кто как там выпивал. На свадьбе люди выпивают больше, чем обычно. Но это не про Алексея. Эту версию можно исключить.

– На самом деле это связано и с ситуацией в Белоруссии, и с оценкой Кремлем политических рисков, – поясняет Валерий Соловей. – Считается, что этой осенью они крайне велики. Поэтому нужно превентивно избавиться от потенциальных лидеров российского протеста. Это предельно простая по своей сути история. Трудно сказать, как это повлияет на динамику протестов. Их причины совершенно не зависят от состояния Алексея Анатольевича, но отсутствие лидера может сказаться на их интенсивности. Да, летом 2019 года протесты в Москве проходили в условиях, когда все лидеры, включая Навального, сидели в спецприемниках. Могут появиться и новые лидеры, но на все требуется время. Власть старается запугать, вогнать в оцепенение, которое может передаться и другим людям.

3. Почему молчат немецкие врачи?

Уже много дней из берлинской клиники «Шарите», где находится Алексей Навальный, нет никаких новостей о его состоянии.

– Думаю, ситуация настолько серьезная, что они, прежде чем выходить на публику, хотят знать что-то четко, точно и, что называется, респектабельно, чтобы это говорить, – полагает Николай Сванидзе. – Они понимают, что любое сказанное ими слово имеет геополитическое значение и соответствующие последствия.

– Сейчас немецкие врачи взяли паузу в своих выступлениях, – прокомментировал «Собеседнику» медицинский эксперт, врач, писатель, фармаколог Александр Эдигер. – У них действительно сложное положение. Биологический материал Навального был взят еще при оказании ему медицинской помощи в Омске. Если сейчас появится другой материал из клиники «Шарите», возникнет ситуация, мягко говоря, странная – и с медицинской, и с политической точки зрения.

4. Какие последствия будут для здоровья политика?

– 26 августа они пытались вывести Навального из комы, – поделился Валерий Соловей. – Удалось им это или нет, неизвестно. Хотя в Кремле этим очень интересуются. Кремлю эта ситуация даже выгодна: теперь вся ответственность – на немцах.

Как рассказал в эфире программы «Россия будущего» Петр Верзилов, 2 года назад лежавший в той же клинике с подобным отравлением, он целый месяц не мог прийти в сознание.

– Германская сторона данное вещество, которое сейчас все обсуждают – ингибитор холинэстеразы, – не обозначила. Она обозначила некий эффект, который, по их мнению, является следствием применения ингибиторов холинэстеразы, – отметил Александр Эдигер. – Это огромная группа веществ. Это и препараты, которые мы обширно применяем в неврологии и хирургии, когда нам необходимо воздействие на синопс – структуру, передающую нервные импульсы от управляющего нерва к некоему органу. Их мы называем обратимые ингибиторы холинэстеразы. Но есть и необратимые – это так называемые боевые яды, которые известны очень давно и даже в советское время упоминались в школьных учебниках. Это банальные, давно известные препараты. Их называют нейропаралитические боевые яды. Они же входят в состав так называемого «Новичка», который уже применялся в громких отравлениях. Сюда же относится и зарин, который в токийском метро использовали сектанты «Аум Синрикё» – признанной террористической и запрещенной в РФ организации.

Жертвы отравляющей атаки «Аум Синрикё» [террористическая организация, признанная экстремистской и запрещенная на территории РФ решением суда — прим. Sobesednik.ru] говорили о последствиях для здоровья – от сильной слабости до ощущений «лучше бы я умер».

Профессор кафедры токсикологии Лестерского университета Энди Смит заявил, что Навальный, вероятно, выйдет из острой стадии отравления с помощью атропина и других препаратов. Но ингибирование холинэстеразы может привести к появлению нейродегенеративных и нейропсихиатрических заболеваний.

5. Чем это все обернется для России?

– Для России это чревато дальнейшим ухудшением отношений с Западом, новыми санкциями и соответственно изменением в худшую сторону нашей внутренней ситуации, – уверен Николай Сванидзе. – Как экономической, так и социальной и политической. Стране это невыгодно в любом случае. Они могут сколько угодно хорохориться и заявлять, что санкции им не страшны. Но это слова. Они же не идиоты, они прекрасно понимают, что санкции сильно бьют по нашей экономике.

– Если никто не обнаружит никаких веских доказательств, а в Москве уверены, что они обнаружены не будут, ничего не произойдет, – поясняет Соловей. – Взгляд на российское руководство на Западе давно сформирован, его уже ничто не изменит, и эта история – тоже. На нашей репутации скоро не останется ни одного белого пятна. Но Кремль это абсолютно не беспокоит. Отношение мировых элит к Путину не изменится – они знают ему цену. И он знает, что они о нем думают, это вообще никакой проблемы не составляет для него. У Кремля предельно простая позиция: какие ваши доказательства? Ну, можно предложить Западу совместное расследование – тем более что вести его можно бесконечно долго.

* * *

Материал вышел в издании «Собеседник» №33-2020 под заголовком «Покушение на Навального: нет лидера – нет протестов?».