Оригинал материала
Где армяне счастье ищут?
Если встречать конец света, то приятнее всего делать это именно в Армении. Такое впечатление сложилось у нашего корреспондента, побывавшего в святых местах.
Два десятка лет назад
Впервые я оказался в Армении в начале зимы 1990-го. Но ничего там не увидел, кроме старого аэропорта Звартноц, больше напоминавшего караван-сарай, где сгрудились люди, желавшие выбраться из промозглого, бедствующего города.
Самолеты не летали. Наш собкор в Ереване Вардан Алоян рассказал, что ему пришлось срубить прекрасную голубую ель, росшую во дворе дома – чтобы дети хоть немного согрелись. Ни электричества, ни тепла, ни воды...
А вот где было жарко, так это в Нагорном Карабахе, там разгорался армяно-азербайджанский конфликт. На эту войну мне и надо было попасть. Я смог улететь в Степанакерт предпоследним бортом, и долгие две недели провел с «Зенитом» и блокнотом, а то и на танке... В общем, как вы поняли, прекрасной, цветущей, настоящей Армении и ее мирных граждан я тогда не увидел. Восполнить этот пробел удалось лишь недавно, за что искренняя признательность Министерству культуры Армении в лице министра Асмик Погосян и генеральному секретарю Международной конфедерации журналистских союзов Ашоту Джазояну, сделавших недельное знакомство российских журналистов с республикой возможным и неповерхностным.
Чтобы сразу почувствовать разницу: тот же аэропорт Звартноц сегодня благодаря новому терминалу приобрел статус международного и входит в пятерку лучших в СНГ. Топить печки голубыми елями давно нет нужды. Здешняя вода из крана хоть в Дилижане, хоть в столице по-прежнему чиста как слеза младенца и, вероятно, занимает 2-е место в мире.
«После Сан-Франциско», – как уточнял киногерой Фрунзика Мкртчяна. Это без шуток. Абрикосы, виноград, гранаты (не те, что в Карабахе, а съедобные), парная баранина, форель, пряные горные травы, лаваш, крепкие напитки (о них в конце) – всё есть! Что еще человеку нужно для счастья?
Где армяне счастье ищут
Да много еще чего. Например, работа, ее имеют не все. О проблемах и перспективах республики, о важности партнерства с Россией во всех сферах состоялся довольно-таки подробный разговор с премьер-министром Армении Тиграном Саркисяном.
Более чем 3-миллионное население Армении моноэтнично, примерно половина его сосредоточена в Ереване. А вот данные двух российских переписей: в 1989 году в РФ проживали 532 тыс. армян, в 2010-м уже 1 млн 182 тыс. Очевидно, что столько за 20 лет народиться не могло и в это число также попали трудовые мигранты. А как в самой Армении с созданием рабочих мест?
Ной Потоп пережил, и мы справимся!
– Прежде всего мы перестали исходить из мысли, что рыночная экономика сама все отрегулирует и решит проблемы, – пояснил Тигран Саркисян. – Приняли решение, что государство должно играть активную роль в создании современных рабочих мест. Именно современных – работа зачастую есть, но люди не хотят туда идти. Запущена программа: до 2025 года мы планируем создание более 200 тыс. рабочих мест.
Что касается стратегического партнерства с Россией, премьер заметил, что выбор народа – в пользу этого партнерства и политики обязаны следовать ему и на политическом уровне, и в гуманитарной сфере, и во многих других.
Вообще, мысль, что у России в этом регионе нет других проверенных союзников, повторялась на самом разном уровне самыми разными людьми.
На сегодняшний день Россия является в Армении инвестором номер один, действует порядка 1200 предприятий с российским капиталом.
А вот еще один показательный факт: армянские границы с Турцией и Ираном охраняют российские пограничники.
Некоторые СМИ в Армении по этому поводу негодуют: это нонсенс, как такое может быть в суверенной стране! («90% наших СМИ постоянно критикуют власть, правительство. Ну и что? Это нормально», – заметил премьер.)
Стоял я у подножия священной армянской горы Арарат, которая целиком теперь на турецкой территории, видел вышки погранцов вдоль реки Аракс. Арарат прекрасен, вышки не очень. Но у этой 5-километровой громады, к вершине которой когда-то причалил ковчег ветхозаветного Ноя, думалось, что есть проблемы и поважнее. Очередной конец света, например. Ной вон сообразил, как гарантированно пережить Всемирный потоп... Есть чему поучиться.
Чистая энергия святого Гегарда
Приехать в Армению и не побывать в ее монастырях и храмах, особенно горных, неправильно. Христианство стало здесь государственной религией на века раньше, чем, например, на Руси – в 301 году, а проповедовалось и до того. Совсем небольшой разрыв во времени с годами пребывания Христа среди людей, поэтому некоторые святыни оказались в распоряжении именно Армянской апостольской церкви. Это, например, святой Гегард, он же «копье судьбы», которым римский легионер пронзил распятого Христа. Наконечник копья хранится в храмовом комплексе Эчмиадзин, нам дали возможность его увидеть.
– Я почувствовал, что у меня волосы на голове зашевелились, – признался коллега.
Действительно, есть от чего, когда представляешь, сколько лет этому предмету и с кем он может быть связан.
В Эчмиадзине мы встречались с мудрейшим человеком и проповедником архиепископом Натаном (замечу, что в Армении батюшки необыкновенные, отличающиеся кротостью, отсутствием излишнего напора, свойственного подчас нашим отцам церкви, и в то же время твердостью веры). Так вот, архиепископ рассказал нам, Фомам неверующим, что специальной аппаратурой фиксировалась аура у людей до прихода в храм Эчмиадзина и после. Она чудесным образом менялась.
– Это святое чистое место, которое может одарить тебя чистой энергией, – счел объяснение исчерпывающим отец Натан. Кому больше нравится, может сослаться на самовнушение или экзальтацию, но аура – научный факт.
В храмовом горном комплексе Нораванк есть уникальный барельеф, изображающий Бога отца, которого вообще-то изображать не очень принято.
Так вот, Всевышний здесь имеет не просто ярко выраженные восточные, но конкретно монголоидные черты.
Батюшка, показывавший храм, рассказал, что во время монголо-татарского нашествия в XIII веке захватчики добрались и до этих мест.
– Значит, это их рук дело?
– Нет, барельеф сделали армянские мастера.
– Но ведь такое изображение – против всяких канонов!
– Может быть. Но зато храм остался цел.
Вот еще тайна силы: поступаться малым, чтобы сохранить большое. В хранилище древних рукописей Матенадаран, где собраны книги и манускрипты армянского народа за много веков, как и в храмах, ощущаешь особую атмосферу, кто-то назовет ее мистической, а некоторые говорят, что чувствуют реальную энергию, исходящую от отдельных книг со священными текстами. в бесконечных войнах книги спасали в первую очередь, жертвуя имуществом, а иногда и жизнью.
Это тоже святыни Армении.
Высокий градус отношений
С советских еще времен бытуют леденящие кровь легенды о гостях, потерявшихся в подвалах Ереванского коньячного завода. И вот настал час убедиться, возможно ли такое.
Снаружи завод напоминает крепость: мощные, сложенные из камня стены способны выдержать осаду хоть целой армии алчущих. Да и охрана очень серьезная. Но главная крепость, извиняюсь за красивый слог, находится внутри – в бочках.
Полюбившийся Уинстону Черчиллю армянский коньяк «Двин» имел крепость 50 градусов, он выпускается до сих пор. Но еще убойнее был коньяк «Ереван», созданный в рамках дружбы народов специально для Сибири, – 57 градусов! Как сегодня выживают без него сибирские лесорубы, большая загадка.
Самый пафосный цех завода – цех выдержки коньячных спиртов, из которых впоследствии составляются коньяки разных марок – находится вовсе не в подвалах, а на поверхности. Атмосферой этого помещения не надышишься! Дело в том, что дубовые бочки, какими бы герметичными ни казались, за год испаряют через поры до 4% своего содержимого (виноделы называют это «долей ангелов»). А когда бочек сотни и сотни, дух просто захватывает...
– Поэтому наши работники всегда находятся в приподнятом настроении, – гордо сообщила наша провожатая, от которой мы старались не отставать (ведь именно тут якобы загадочным образом пропадали гости).
С каждой минутой наше настроение повышалось и достигло апогея на так называемой аллее президентов, сложенной из рядов именных бочек.
Когда ЕКЗ посещает очередная вип-персона, ей непременно дарят бочку коньячного спирта с мемориальной табличкой. Но поскольку содержимому несколько лет еще предстоит выстаиваться и превращаться в коньяк, бочки остаются в цехе. Мудро!
– Так вы все-таки скажите, это их собственность или завода? – допытывались раскрепощенные воздействием ароматных паров представители российских СМИ.
– Да-да, разумеется. В любой момент могут приехать и забрать. Ну или отпить, – уверили нас хозяева.
У именной бочки Владимира Путина (заложена в сентябре 2001 г.) вдруг подумалось: а ведь президенту придется тянуть еще много сроков. В емкости-то – 400 литров, поди осиль столько за два срока!
Коньяк, принадлежащий Дмитрию Медведеву, еще совсем молодой, пацанский – помечен октябрем 2008 г. В момент дарения номинант, видимо, был так тронут, что смог написать на бочке всего одно слово – «Спасибо».
Имеется отдельная бочка и у Людмилы Путиной (апрель 2002 г.), но почему-то на пару с супругой второго президента Армении Беллой Кочарян. Видимо, дамам положены уменьшенные порции.
Борис Ельцин своей бочкой обзавелся в октябре 2002 г., уже будучи пенсионером, а Александр Лукашенко чуть раньше – в мае 2001-го. Жаль, этих бочек не было в Беловежской пуще, где главы России, Украины и Белоруссии соображали на троих, как бы поскорее распустить Советский Союз. Может быть, от качественного напитка история пошла бы по иному сценарию и похмелье не было бы столь тяжелым.
92% процента продукции ЕКЗ идет на экспорт, главный потребитель, нетрудно догадаться, Россия. Хотя предприятие теперь принадлежит французам, а те все произведенное не в провинции Коньяк требуют называть «бренди», армянский... (сами знаете, что) продолжает оставаться одним из главных брендов республики, а Ереванский коньячный завод – одной из несомненных точек силы Армении. Да, впрочем, лучше сами побывайте и убедитесь.
Языкознание
Великий и могучий не только для русских
Среди бывших республик Союза русский язык нормальнее всего чувствует себя, пожалуй, именно в Армении. Здесь им владеют практически все, причем не просто знают, а охотно пользуются. Молодежь – совершенно непринужденно, в чем я убедился, встречаясь со студентами Российско-армянского (Славянского) университета. Преподавание русского наряду с английским входит в обязательную школьную программу. Сравните с той же Прибалтикой: там предостаточно нерусских носителей русского языка, но не всякий станет демонстрировать вам свои познания в этой области. Как будто стараются поскорее забыть.
В Армении мы не испытывали языковых трудностей не только в столице, но и в горной сельской местности, причем ни разу нельзя было сказать, что разговаривали на «ломаном русском». Писатель Юрий Поляков, участник нашего вояжа, чья пьеса «Одноклассники» (это не про социальную сеть, гораздо серьезнее) как раз давалась в Ереванском русском драматическом театре, удивлялся:
– Я давно не слышал у актеров такого чистого русского языка! Это поразительно!
Присоединяюсь к мастеру слова: армяне, живущие в России, ну, скажем, те, что заняты в сфере торговли, зачастую изъясняются гораздо хуже, чем живущие в Ереване.
Внятный же русский язык армянина хоть до Киева доведет (впрочем, английский, надо полагать, еще дальше)!
Фото на развороте РИА «Новости», Fotolia, Андрея Струнина