Михаил Грушевский: Плакал, когда умер Ельцин

.

Михаил Грушевский заставил меня купить мобильник. Иначе не было бы никакого интервью. Согласившись поговорить, он попросил сбросить ему SMS с номером моего телефона. А когда узнал, что мобильного у меня нет (некоторые умудряются жить и без него), напрягся и пошел на попятную. Поэтому на встречу к юмористу я шел уже с телефоном. Первый вопрос к тому моменту назрел сам собой.

– Почему, Михаил, человек без мобильника вызывает у вас опасение?
– Дело в том, что я терпеть не могу опаздывать. Поэтому должен иметь возможность в случае форс-мажора перезвонить человеку и попросить перенести встречу. А когда я понял, что связь у нас с вами будет односторонняя, растерялся.
– Зато теперь я всем рассказываю, что Грушевский заставил меня купить телефон.
– Правда? (Смеется.) Кстати, я ветеран сотового оператора, к которому вы подключились – практически один из первых его абонентов. Номер не меняю уже много лет – не вижу смысла. Еще не очень люблю менять сами телефоны. Абсолютно не слежу за новинками и не покупаю их, потому что через полгода после появления они дешевеют в два раза. Зачем платить за ту же самую вещь лишние деньги?

«Дубовицкая – настоящий трудоголик»

– Мне вот интересно узнать ваше мнение: «Аншлаг» – это смешная передача?
– Если начну воспевать, скажут: конечно, сам же в ней шесть лет участвовал. Буду критиковать, заметят: его же нет теперь в «Аншлаге», вот и включил обсератор на полную мощность. Мне кажется, что «Аншлаг» просто вышел на некий традиционный уровень и если изменится кардинально, то старых поклонников потеряет, а зрителей «Комеди Клаба» вряд ли сможет переманить. Абсолютно, кстати, не понимаю, когда говорят, что «Аншлаг» – тупой юмор, а «Комеди Клаб» – настоящий. Это разные телевизионные явления. Еще бесит, когда приклеиваются к Дубовицкой. Скоро вместо ругательства будут говорить: Дубовицкая. А я вам так скажу: Регина – настоящий трудоголик и фанатик своего дела, кто бы и что ни говорил. Помню, летом 2001 года мы снимали «Аншлаг» в Подмосковье, в Ступинском районе. Регина придумала всех удивить, проехав по подмосковному лесу на верблюде. Представьте: август. Московская область. Верблюд. И она верхом. Не знаю, может, верблюд испугался такого количества юмористов, может, он видел раньше Регину Дубовицкую по телевизору и узнал, но только ни с того ни с сего взбрыкнул, и Регина полетела на землю. А там коряги, шишки – жуть! Звезданулась со страшной силой! Мы были в шоке. Ее отвезли в больницу – переломов, к счастью, не было, вернулась она с перевязанной рукой. А вечером у нас были посиделки у костра с анекдотами и байками. И Регина как ни в чем не бывало вела программу. Винокур все время шутил, когда она задавала кому-нибудь вопросы: «Девушка, ну вы как будто с верблюда соскочили!» Без Регины «Аншлаг» не родился бы или умер много лет назад.
– У вас у самого телешоу на канале РЕН-ТВ – «Бабий бунт». Что особенно напрягает вас как телеведущего?
– Когда мужчина, гость студии, занудлив. Ему чихать на вопросы собеседниц, он пришел изложить свою жизненную концепцию. Я таких называю лекторами, очень расстраиваюсь и не знаю, что делать. Хочется сказать: «Ну все, я домой поехал». И увести за собой из студии всех женщин. Обожаю, когда начинается спор. Процитирую в порядке анекдота кусок передачи с участием Бориса Моисеева. Боря доказывал, что настоящая, бескорыстная дружба может быть только между мужчинами, а женщины на такую дружбу неспособны. Естественно, его стали допрашивать, задали вопрос: «Есть ли у вас настоящие друзья среди женщин?» И тут же прозвучали фамилии Пугачева, Гурченко... Боря подтверждает (говорит его голосом): «Да, это настоящие друзья». На что собеседница говорит: «Но ведь, по вашим словам, настоящая дружба бывает только между двумя мужчинами». – «Конечно». – «А вы говорите, что у вас настоящая дружба с Пугачевой, Гурченко…» – «Да». – «Вы сами себе противоречите…» – «Конечно!» – «Подождите, но ведь вы утверждаете, что только мужчины могут по-настоящему дружить!» – «Разумеется!» – «А получается, что и женщины на это способны?» – «Да!» – «Но это же противоречие!» – «Все будет хорошо, бабоньки!» (Смеется.) Это было обаятельно.

«В семейной жизни я еще не выпускник»
– Ваша жена не только клипы снимает (Ирина Миронова – известный клипмейкер), весной у нее вышла книга «Жизнь по правилам съемки» – довольно скандальная, на мой взгляд. Читали ее в черновом варианте?
– Читал.
– Правили?
– Разумеется, нет. Просто высказал некоторые соображения. Кое с чем Ира согласилась, хотя ультиматумов я ей не ставил. Она же не контролирует, что я говорю со сцены. И я не имею права указывать ей, что и как писать.
– А вас не смутило, что Ирина довольно откровенно рассказала о своих отношениях с Леонидом Агутиным?
– Помните старый анекдот, когда молодой человек говорит своей подружке: «Можно, я буду звать тебя Евой?» Девушка удивляется: «Почему?» – «Ты у меня первая». – «Хорошо, тогда я буду звать тебя Боингом. Ты у меня 767-й…» Мне было 36, когда я женился. Ира тоже была не 18-летней. И она имеет право рассказывать о своей жизни до меня. Тем более что она не говорит в книге о каких-то вещах, которые задели бы мое мужское достоинство. На самом деле Ира рассказала не столько о взаимоотношениях с Агутиным, сколько о том, как попала в мир шоубизнеса. И я скорее переживал за семью Лени и Анжелики – не повредят ли эти воспоминания им? Думаю, нет. Каждый из нас четверых знал об этой истории.
– Семейная жизнь изменила вас?
– Сейчас я гораздо более цивильный человек, чем был. Хотя первые месяцы после свадьбы стали для меня тяжелейшим испытанием. Если бы мы с Ирой не ждали дочку и жили гражданским браком, я бы не выдержал. Я просто заставлял себя терпеть! Я ведь привык жить в свое удовольствие, у меня не было личной ответственности ни за кого, кроме мамы и друзей, которым я всегда любил помогать. Ни разу не был женат. Даже гражданским браком практически не жил. Был давнишний и достаточно неудачный опыт, продлившийся всего два месяца. Будь у меня этого опыта побольше, то сейчас, возможно, я был бы безоговорочным лидером в семье. Но я отношу себя к отряду подкаблучников.
– И так легко в этом признаетесь?
– Ира умнее и мудрее меня. Мне же приходилось и приходится учиться, поскольку я совсем сырой пришел в семейную жизнь. Теперь я уже не абитуриент, но еще и не выпускник. Хотя сложности, конечно, возникают – год назад, например, мы вообще были на грани развода.
– Что спасло ваш брак?
– Взаимное терпение.

«Во время родов я был рядом»
– Вы ведь присутствовали при рождении дочери. Ваша инициатива?
– Не скажу, что я выступил инициатором – это должно происходить по взаимной договоренности. Помню, как мы приехали в Центр планирования семьи, с главврачом которого Марком Аркадьевичем Курцером у меня хорошие отношения. Он говорит: «Друзья мои, я никогда не возражаю, если муж на родах присутствует. Но и настаивать тоже не могу. Как решите, так и будет». Жена захотела, чтобы я был рядом. И я с легкостью подчинился.
– Курсы молодого отца проходили?
– Нет. Курцер сразу сказал: «Слушайся меня, ни о чем не думай. Не парься, все будет хорошо». Он это таким тоном говорил, что я просто поверил. Было много смешных моментов. Во время схваток жена громко кричала, и Курцер ей заявил: «Ира, старайся так сильно не кричать, ты забираешь кислород у ребенка». Ира взяла себя в руки, пыталась сдерживаться. Я потом спросил: «Марк, не понял, а какая связь?» А он плечами пожал: «Да в принципе никакой, просто за целый день голова от ора пухнет». (Смеется.) Он меня обзывал доктором, потому что на мне был такой халатик и чепчик. В те моменты, когда надо было осматривать Ирину и я был явно лишним, Курцер очень торжественно, как к коллеге, обращался: «Доктор?» – «Да-да». – «Пошел вон!» Это было весело, и двенадцать часов до рождения дочки пролетело незаметно. Все это время у меня была эйфория от причастности к чему-то безумно важному. Силы покинули по дороге домой, внезапно. Не помню, как вел машину и как добрался до квартиры. Это было реальное опустошение.
– Жена с дочкой заговоры против вас не устраивают?
– Ой, частенько. Даше всего пять лет, но она уже научилась ловко лоббировать свои интересы через маму. Если папа говорит: «Достаточно смотреть мультики», то Дарья подойдет к маме и заручится ее согласием. Потом прибежит ко мне: «А мамочка мне разрешила».
– Не боитесь за отцовский авторитет?
– В нашей семье нет такого – мамин авторитет, папин… Допустим, в вопросах воспитания и питания на первом месте всегда мамино слово. Если мама говорит: «Это кушать нельзя», я никогда не скажу: «Нет, открывай холодильник и бери». Я в семье тот человек, который отслеживает время. Мама с дочкой могут забыть, например, что надо ложиться спать – тут я могу наехать, отругать обеих.

«Президент должен быть лицом пародируемым»
– Это правда, что из-за вашей пародии в свое время сняли с эфира программу «Взгляд»?
– Почти. Мой первый телеэфир состоялся в 1989 году именно в этой передаче. Я пародировал Горбачева, а тогдашнее телеруководство запрещало пародии на Михаила Сергеевича. И ведущим программы Владиславу Листьеву и Александру Любимову пришлось пойти на «должностной подлог». Они предложили сюжет о Ленине. Увидев его, начальство схватилось за голову: «Ставьте что хотите, только не это!» «Ах, что хотим?!» – обрадовались ребята и поставили меня. Выглядело это так. Во время прямого эфира я позвонил в студию и голосом Горбачева сказал: «Давно хотел поговорить о взглядах программы «Взгляд». «Да, Михаил Сергеевич, слушаем», – ответили ребята. А я продолжил: «На первый взгляд наши взгляды можно сблизить. Но для этого взгляд программы «Взгляд» должен быть близок моим взглядам». И дальше в том же духе. Передачу на две недели убрали из эфира.
– Как вы вообще относитесь к тем, кого пародируете?
– Больно, когда они уходят из жизни. Была у меня шикарная пародия не на артиста, а уже на губернатора Евдокимова – мы с Мишей были хорошо знакомы. О своей губернаторской работе, о встрече с Бушем, Кондолизой Райс, знакомстве со Шварценеггером он рассказывал в образе своего знаменитого персонажа с веслом (говорит голосом Евдокимова): «Шварценеггер нормальный мужик, но сначала выпендривался. Я, говорит, Терминатор. Ну, я ему весло показал. Как шелковый стал». Конечно, с тех пор, как Миши не стало, я этот номер не исполняю.
Борис Николаевич Ельцин был моим любимым персонажем. До сих пор внутри меня звучит его голос, я могу вдруг подумать: «Вот такая рокировочка» или «Не так сели». Хочу сознаться: когда он умер, я плакал, как будто потерял близкого человека. Я очень уважал его. Считаю, что Ельцин сделал великую вещь: он пожертвовал всенародным обожанием, бросил все во имя реформ, неясных для него самого. На что, кстати, так и не решился Горбачев. Помимо того что я уважал Ельцина как политического деятеля, который умел рисковать, он был мне интересен и по-актерски: ход его мыслей, построения фраз. Его было очень интересно пародировать.
– Кстати, на носу 2008-й. Не до шуток, конечно, но как думаете: будет кого пародировать?
– С эгоистической позиции человека-пародиста замечу, что на данный момент обе кандидатуры, которые рассматриваются как наиболее вероятные преемники, по коэффициенту пародируемости до уровня президентства недотягивают. Может быть, вскладчину что-то у них и получится – Ивандведев, например, или Медванов. Но по отдельности красок недостаточно. Не исключаю, конечно, что президентом станет вообще неожиданный человек.
– Матвиенко?
– Совсем не годится, женщин я не пародирую. К Валентине Ивановне очень хорошо отношусь, но она – не объект для пародии. Надо мои интересы тоже учитывать. Считаю, в Конституции следует записать, что человек, который может быть избран президентом РФ, должен быть лицом пародируемым. То есть обладающим яркими стилистическими, голосовыми характеристиками. Других лично я просил бы даже не рассматривать.

5 правил Грушевского
Ирина Миронова, супруга Михаила Грушевского, в своей книге перечислила более ста правил, по которым живет. Михаил назвал свои пять. Вот они:
1. Никогда не опаздывать.
2. Не врать. Все равно хреново получается.
3. По возможности хорошо относиться к людям.
4. Как можно быстрее извиниться, если был не прав и нагрубил. К сожалению, я человек возбудимый, поэтому иногда срываюсь и нарушаю третье правило.
5. Не строить долгосрочных прожектов. Жить сегодняшним днем и наслаждаться радостями жизни по мере их поступления.