Что случилось с Михаилом Осокиным?

Ведущий сохранил свой авторский стиль, ироничные интонации и решился на то, чего никто из коллег до него не делал

По четвергам на канале РЕН ТВ начала выходить итоговая программа «Что случилось? с Михаилом Осокиным». Ведущий сохранил свой авторский стиль, ироничные интонации и решился на то, чего никто из коллег до него не делал. Осокин... рисует карикатуры для своих эфиров!

– Нет такого ведущего новостей, который не мечтал бы об итоговой программе. Когда в голову начали закрадываться амбициозные мысли?

– Последние полгода. Просто посмотрел вокруг: все делают итоговые выпуски. А я, думаю, почему в стороне?! (Смеется.)

– Все шутите?

– «Что случилось?» – результат встречного движения. И начальство предложило, и у нас (мы – это я и моя жена Елена Савина, шеф-редактор моих программ. Мы с ней все тексты пишем вместе, практически как Ильф и Петров) возникли некоторые идеи по изменению формата. Все-таки итоговая программа по своему стилю, предназначению более авторская. А нам хочется какого-то дополнительного творчества.

До сих пор я имел дело с ежедневными новостями. А когда выходишь раз в неделю, можешь выбирать самые интересные темы. Отходишь от диктата сиюминутных новостей, который присутствует в ежедневных выпусках: раз произошло – значит, надо сказать. А в итоговой программе уже не обязательно.

– Вы старше Дмитрия Киселева и тем более Ирады Зейналовой. Вы старше вообще всех ведущих итоговых программ. На Западе, например, журналист чем старше, тем больше ему верят. Российские зрители очень доверчивы. Думаете, скоро они все к вам перебегут?

– Ну, не знаю. Будем надеяться, что это произойдет (смеется). У нас есть по крайней мере одно явное преимущество – мы выходим раньше других итоговых программ. Не в выходные, а в четверг.

– Почему четверг? Как-то странно: итоги посреди недели.

– Четверг – это не середина недели. Многие в этот день уже подводят итоги. В пятницу половина страны уже не работает, предвкушая выходные. Поэтому я вполне в струе.

А если более серьезно, то четверг был выбран для того, чтобы развести по времени «Что случилось?» и «Неделю». Чтобы успели случиться еще какие-то события. А то Марианне не о чем будет говорить в субботу (улыбается). И потом, это диктуется существующими рамками эфира. Ночные выпуски выходят на РЕН ТВ с понедельника по четверг (в пятницу их уже нет). Четверг – последний день в этой линейке, самое время подвести итоги.

– Вы теперь с Максимовской, получается, конкуренты.

– Совершенно не так. Нельзя сравнивать тяжелое орудие и дуэльный пистолет.

– Орудие – это, конечно, вы.

– В данном случае – Марианна. Выпуск ее программы значительно больше по времени – 1 час. А у нас – всего 19 минут. Много ли можно успеть сказать за это время? Поэтому у нас легкая кавалерия. Мы проскачем – и всё. А Максимовская уже даст залп по всем, по кому надо.

– Скажите честно, полноценную воскресную передачу делать бы хотелось? Ведь вы заслужили.

– Как раз это было бы мне не очень интересно. Я привык к легкой форме новостных выпусков. Они не обязывают ко многому и позволяют сделать сообщение достаточно коротко, но объемно. А субботний и воскресный выпуски – это что-то очень солидное, забронзовевшее. Там рассказывают только о главных событиях недели. А я не хочу только о главных. Я хочу рассказывать о том, что мне интересно.

– И рассказываете, и показываете, рисуя карикатуры. Давно ими занимаетесь или только что дар открылся?

– Начал рисовать еще в юности. Обращался к карикатурам от случая к случаю, все больше на семейные темы: я и жена, жена и я. А теперь мне предложили реанимировать навыки. Придется заниматься карикатурой на, так сказать, производственной основе, рисовать на политические темы. Просто чувствую себя Кукрыниксами или карикатуристом журнала «Крокодил».

– А вдруг спровоцируете новый карикатурный скандал наподобие того, что был с изображением пророка Мохаммеда? Или вообще возьмете и Путина нарисуете?! Вы же помните, чем закончилась сатира на него с сюжетом про крошку Цахеса в «Куклах» на НТВ.

– Программу закрыли. Но я, пожалуй, не достиг такого уровня художественного отображения действительности. Вряд ли смогу нарисовать карикатуру, которая была бы похожа на кого-нибудь из нынешних политиков. У меня это просто не получится (улыбается). Поэтому меня никто ни в чем не обвинит.