"Давайте не будем пессимистами": Вильфанд верит в победу человечества над концом света

Фото: Фото в статье: Андрей Струнин, Depositphotos

Научный руководитель Гидрометцентра России сделал громкое заявление о необратимых изменениях климата.

Ученые Лидского университета Великобритании и Датского метеорологического института недавно опубликовали статью в научном журнале «Nature Сlimate Change», где высказали свой вывод: подтверждается самый худший сценарий катастрофического изменения климата. Это – результат их оценки повышения уровня моря за последние 20 лет.

О том, насколько близок этот трагический порог для человечества, Sobesednik.ru расспросил доктора технических наук, научного руководителя Гидрометцентра России Романа Вильфанда.

«Белые медведи очень несчастны»

– Получается, у нас уже совсем близко что-то похожее на конец света?

– Я бы не сказал.

Вот придет декабрь, и наступит конец света. Особенно на Таймыре, где полярная ночь, – шутит профессор.

– А если серьезно? На днях по ТВ показывали сюжет, где один из исследователей Антарктиды отправился туда, но вместо ледника обнаружил совершенно чистое от снега каменное плато. Да и пингвины, кажется там уже на грани вымирания. А уж арктическим белым медведям давно уже не столь комфортно на Северном полюсе, как раньше...

– Жизнь белых медведей за последние 20 лет настолько сильно изменилась, что они попросту поменяли свой образ жизни. Они уже не обитают на льдах, которые постоянно тают. Они все ближе подбираются к поселкам…

Это же просто несчастные животные сегодня – температура-то на полюсе меняется наиболее резко.

Так, в этом году меньше всего полярных льдов было зафиксировано в июле. То есть фактически Северный морской путь (СМП) стал доступен уже в июле. А обычно его можно проходить только во второй половине августа и в сентябре, в этом году – на месяц раньше.

Кстати, и площадь льдов на Северном Ледовитом океане в этом июле была минимальной за последние 42 года наблюдений.

Конечно, все, что происходит в Арктике, – огромная проблема. Но для уровня мирового океана она не катастрофична. Существует несколько вариантов развития этого процесса, их смоделировали ученые. По одному из них, к середине 2050-го в теплые месяцы года в Северном Ледовитом океане вообще не будет льда. А к концу века вообще весь океан перестанет соответствовать своему названию, потому что там уже не будет льда. И все же это не приведет к повышению уровня океана.

– Как же так?

– Можно провести эксперимент – бросьте в ванную кусок льда и заметьте уровень воды. Когда лед растает, вы увидите, что уровень практически не изменится.

Основной эффект повышения уровня мирового океана связан с таянием ледниковых щитов. Если растает Гренландский щит, то уровень океана повысится, по разным оценкам, от 4 до 8 метров. И то, и другое критично.

Если мировой океан повысится на 4 метра, то произойдет самая катастрофичная ситуация – вообще не будет побережья. А между тем, именно там находятся больше половины всех промышленных структур мира.

Сейчас выходит множество исследований, которые показывают, к примеру, что в прошлом году (впервые за весь период спутниковых наблюдений) почти вся площадь Гренландии в течение трех дней – с 30 июля по 1 августа – находилась в состоянии таяния. Никогда подобного не было – максимум 30-50% площади.

«Возможны жесткие сценарии»

– Значит, все же правы британцы и датчане?

– К исследованиям этих ученых надо относиться серьезно, но они еще будут подвергаться серьезному критическому анализу со стороны других корифеев. Есть IPCC – межправительственная группа экспертов по изменению климата, куда входят ведущие ученые разных стран. Эта группа абсолютно независимых светил с мировыми именами – в нее входят американцы, индусы, австралийцы, ирландцы. И, конечно, же российские ученые. Все эти очень авторитетные эксперты строят прогнозы развития ситуации на основе длительного и тщательнейшего анализа научных публикаций в академических журналах.

Так что те работы британцев и датчан, с обсуждения которых мы начали разговор, будут подвергаться самой жесткой критике на заседаниях IPCC. Посмотрим, какую оценку их выводам дадут эксперты из IPCC в своем докладе.

Если хотите знать мое мнение – у меня не вызывает сомнения, что это ученые высокого класса. Но вполне вероятно, что будут проведены другие исследования, которые покажут, что ускорение потепления происходит не столь быстро, как они это рассчитали. Давайте подождем.

– Но ведь они ссылаются на многолетние наблюдения, есть данные со спутников…

– Безусловно. Едва ли кто подвергает эти данные сомнению.

– А эти корифеи в целом к какому выводу приходят?

– Что температура будет повышаться до конца нынешнего века.

– Даже если человечество предпримет меры, которые прописаны в Парижском соглашении?

– Там прописана цель: добиться того, чтобы повышение температуры было не больше, чем на 2 градуса по сравнению с доиндустриальной эпохой. А лучше бы на 1,5 градуса, тогда ничего существенно критического бы не произошло.

Но если мир не будет обращать внимания на текущую ситуацию, если повышение составит 5,5-6 градусов, тогда вступят с действие так называемые жесткие сценарии.

«Проблема с пресной водой будет все более обостряться»

– Сплошь природные катастрофы?

– Резкое повышение уровня океана, которое приведет к тому, что будут затоплены побережья; исчезнут ледники в горах (или их уровень поднимется – скажем на Памире, или где-то еще); исчезнут реки, которые имеют ледниковое питание.

Сегодня отчетливо видно, что водность таких рек, как, скажем, Амударья и Сырдарья понижается. В дополнение к природным факторам к их обезвоживанию привело и нерациональное использование их вод человеком. А это, в свою очередь, стало причиной того, что иссыхает Аральское море. И ни одна математическая модель не показывает, что есть шанс на восстановление Арала. Впрочем, есть теория, что Аральское море связано с Каспийским – но это уже геологические версии. Я сейчас говорю о том, что прогнозируют океанологи и метеорологи.

Другими словами, Арал исчезает, потому что, с одной стороны, этому способствует фактор потепления климата (в котором виноваты и природа, и человек), а с другой – нерациональное использование воды питающих его рек. Вообще, проблема с пресной водой будет все более и более обостряться.

– Кажется, даже на Давосском форуме несколько лет назад ведущие экономисты пришли к выводу, что пресная вода – гораздо более важная субстанция, чем нефть. И что глобальное потепление – вторая по значимости опасность для человечества после оружия массового поражения...

– Именно так. Это было сказано 3 года назад, но на каждом Давосском форуме эти выводы подтверждаются.

По всем расчетам, общая сумма годовых осадков на земном шаре не изменится. Беда в том, что произойдет зональное перераспределение осадков. В умеренных широтах сколько выпадало, столько и будет выпадать, на севере их количество увеличится, а вот на юге – уменьшится.

Все это приведет к тому, что и без того засушливые южные районы (где живет большинство населения земли) станут еще более аридными (сухими), и тогда начнутся массовые миграции...

– Вы сказали, что в средних широтах количество осадков не изменится. Но уже сейчас мы видим более обильные и частые дожди, грозы... В этом году у многих садоводов из-за этого погибли урожаи. В нашей стране даже смерч появился, чего раньше не бывало...

– Тут нет спора.

За последние четверть века количество опасных явлений в нашей стране увеличилась в два раза. Это же не на 5% и даже не на 10%. В два раза – это на 100%!

Выдающийся ученый Александр Михайлович Обухов произнес замечательную фразу: «В условиях потепления климата природа очень нервничает». Нервозность природы выражается в опасных явлениях. В усилениях ветра, в увеличении повторяемости смерчей и т.д… Ну, когда это было, чтобы в Москве в мае выпало три нормы осадков? Все-таки у нас не тропики.

Действительно, количество очень теплых зим за последнее время, их повторяемость увеличивается. А нормальной погоды становится меньше. Но, как ни парадоксально это звучит, даже в условиях потепления климата вероятность холодных периодов тоже увеличивается.

В Москве – парижская зима

– Такое впечатление, что все смещается географически – взять ту же Москву. Раньше зимы чаще были нормальными – морозные, нередко солнечные. Сейчас – промозглые, тусклые, словно южные...

– Я бы сказал, что мы сейчас все чаще и чаще наблюдаем у нас тусклые парижские зимы. А прошлая зима была не просто западноевропейской, она была южнозападноевропейской – такие зимы обычно наблюдались на юге Испании. И такого в истории еще не было, причем не только за период инструментальных наблюдений.

Как к этому относиться? Чтобы правильно реагировать на изменения, очень важно, чтобы климатология как наука не была политизирована. А вот выводы нужно делать – и политические, и экономические.

Между тем сегодня, увы, еще многие считают, что изменение климата – конспирология, выдуманная ради политических или экономических выгод, что это говорят ученые, которых подкупили какие-то организации… Это совсем не так.

Надо все-таки прислушиваться к мнению ведущих ученых мира и принимать все меры, чтобы предотвратить катастрофу.

– Но ведь климат на Земле меняется не в первый раз. Вон, мамонты жили на севере Якутии (там было тепло), а на юге Европы – оставленные ледниками горы... Может, не такая уж и катастрофа?

– С точки зрения повышения плотности населения на Земле, того, как расположены города и промышленные центры в нынешнем мире, это большая проблема – они ведь в зоне риска.

– И если сегодня закрыть большинство предприятий, запустить во всем мире альтернативную энергетику, спасемся?

– Если абстрагироваться от реалий и допустить, что с завтрашнего дня все человечество прекратило деятельность, которая способствовала бы увеличению концентрации парниковых газов, то только через 30 лет исчезло бы всего лишь 50% существующих парниковых газов антропогенного происхождения.

Существует два реперных фактора, которые влияют на климат: природные изменения, обусловленные динамикой атмосферы, океана, астрономические факторы... 20 тысяч лет назад абсолютно без участия человека произошло оледенение, черты которого вы упомянули.

В общем, за миллиарды лет происходило много чего на Земле, по самым разным причинам. Но вот 150 лет тому назад стартовал период развития промышленности и начал действовать человеческий фактор.

Не углубляясь в очень сложную физику и математику, хочу отметить: большинство ученых приходят к выводу, что антропогенный фактор гораздо более сильно влияет на климат, чем природный. Он стал вторым реперным фактором, который привел к тем изменениям, которые мы наблюдаем сегодня. К сожалению, деятельность человека «двигает» природу лишь по одному вектору – в сторону потепления. Увеличение парниковых газов (образуются в результате любой промышленной деятельности человека) ведет к парниковому эффекту.

Солнечная энергия, отражаясь от подстилающей поверхности, становится ослабленной и уже не может пройти этот слой обратно наверх. Этот слой можно сравнить с пленкой в парнике, поэтому и газы называются парниковыми.

– Вроде бы два года назад все мировые лидеры, в том числе российский, признали: надо стараться предотвратить катастрофу. Что-то изменилось за это время?

– Все государства стремятся к тому, чтобы эмиссия СО2 уменьшалась. Но дальше начинаются расчеты политиков. Например, в Европе лесов мало, а в нашей стране находятся 25% площади всех бориальных лесов планеты. А ведь именно листва деревьев поглощает углекислый газ. Поэтому начинается уже другой счет: может, нам не столь резко понижать выброс парниковых газов, раз у нас природа их так хорошо поглощает? А развивающиеся страны предлагают дать им без помех достичь экономического уровня развитых стран, а затем уже заняться проблемой фильтрации СО2. То есть сталкиваются разные интересы, и это естественно.

Но несмотря на все эти противоречия, все страны все же выполняют решения Парижского соглашения, и это чудо.

Знаете, один из римских философов сказал фразу, которая мне очень нравится: «В тот самый момент, когда умирает последняя надежда, рождается самая последняя». Поэтому давайте не будем пессимистами.