Мой человек года

Londonets

«Моя формула, – говорил мне Марат Сафин в баре, где он завтракал, а я опохмелялся, – проста: намерения должны быть ясными, по возможности добрыми, сердце здоровым, а рот (тут он смерил меня ехидным взором) преимущественно закрытым».

Рассуждали мы про природу успеха, а для меня Марат суть воплощение успеха, хотя в традиционном опросе «Собеседника» он лишь единожды назван «Человеком года-2009», тогда как правители – мильон раз, Аршавин, которого в заточение бы на пятнадцать суток сами знаете, за что – 4, а Нагиев назвал себя.

Формула, исполненная энергичной краткости и далекая от клише, состоящая из намерений (добрых!), сердца (здорового!) и рта (на замке!), относима и к ушедшему в мир иной Петру Вайлю, чью книгу «Стихи про меня» я в день его кончины перечитал и вам отчаянно рекомендую. Как лучшее средство от «не можется», если научиться их слушать, слышать, впитывать. Попробуйте как-нибудь, отвлекитесь от пародий Галкина. Вечный вопрос: на кого равняться?

Второй вечный: как жить? Следственно, ответ: живи, как живет тот, на кого равняешься. Если исходить из такой постановки, большинству интересно, что думают об устройстве Вселенной Ваня Ургант и кто там еще, а мне – что думал Вячеслав Тихонов, про сердце которого я уже все знаю, а про намерения догадываюсь. Мой младшенький, Даня, ему десятый месяц, не зная, что во взрослом мире есть игра такая, кто главный хомо сапиенс, кто такие Обама и Анна Семенович, тем не менее – Человечище года: он уже соотнес себя с социумом, при этом напирая на повелительное «дай!», сдобренное, как написал бы плохой писатель с хорошими намерениями Пелевин, обезоруживающей улыбкой.

Мне хочется, чтобы, когда он вымахает, он стал похож на хоккеиста Никиту Филатова, которого вы мало знаете, а в Америке и Канаде его возвели в ранг иконы. Ему 19, в НХЛ при виде его тряслись, с ним мечтала сожительствовать Шарлиз Терон. Он, вернувшись в Москву, на вопрос: «На кой?» улыбчиво отвечает: «Дома лучше».

Пятилетняя дочь моего товарища – одна из первых в движении «Аватар»: голубые человечки кажутся ей совершенством. Как сказал Доренко в недавнем интервью, непонятно, плохо или хорошо сие – «это поколенческая вещь».

Человек года – всякий из нас, кто не в тотальном разладе с миром и с собой, кто не истерит по поводу возраста, кого не напугаешь перегрузками и Кудриным. Не Чичваркин, не Хиддинк, не даже неотразимая леди Исинбаева. Человек года – вы, мой друг. Докажите это в 2010-м.