Подрывник Паша: супермен или стрелочник

Кто такой Павел Косолапов, которому приписывают все самые громкие взрывы последних лет, включая и недавний подрыв поезда «Невский экспресс», попытался проанализировать спецкор «Собеседника».

29-летнего Павла Косолапова уже прозвали «российским бен Ладеном» – за одержимость и неуловимость. О нем заговорили еще в 2004 году, после взрыва в московском метро и предотвращенного теракта на подмосковных линиях электропередачи. Тогда возникла фамилия Косолапов, и с тех пор ни один взрыв в европейской части России не обходится без упоминания имени славянского «террориста №1».
В 2004 году в риелторскую компанию «Калита-град» обратился вежливый молодой человек приятной наружности. Голубоглазый, русоволосый, спортивный. С не вызывающими никаких подозрений анкетными данными: Павел Павлович Косолапов, уроженец хутора Горбатовский Волгоградской области.

– Его даже и не запомнили толком, он из всех клиентов ничем не выделялся, – рассказали «Собеседнику» в офисе «Калиты-града». – Квартплату вносил вовремя, ни внешне, ни поведением никак не выделялся.

Жилец с улицы Кирова подмосковных Люберец удивил арендодателей один раз, но это был настоящий шок. После окончания срока аренды уборщица пришла навести порядок в квартире и обнаружила черную сумку, буквально набитую оружием. Там были выстрелы к гранатомету, детонаторы, таймеры и пластиковые бутылки с тротилом. На место сразу вызвали сотрудников правоохранительных органов. Их богатый «улов» еще дополнили документы жильцов и тетрадка с диспозицией будущих взрывов. Сам Косолапов ускользнул прямо из-под носа оперативных сотрудников, как он это делал потом еще много раз.

...Но зато оперативники смогли открыть пухлое дело под названием «Павел Косолапов». Куда на удивление быстро посыпались данные: у одного из убитых на Кавказе боевиков вскоре обнаружился компьютер с фотографиями Косолапова в обществе Шамиля Басаева, его же – над картой и в окружении «запчастей» к взрывному механизму. Неопровержимые улики, фотогеничная внешность, сказочная фамилия – все это как-то уж слишком удачно ложилось в сюжет истории о «самом главном террористе».

Правда, в истории сразу появились шероховатости. Зачем Косолапову было снимать квартиру на свое реальное имя по своим настоящим документам? Да и дом, где жил Косолапов – не простой, а минобороновский, а квартира принадлежит высокому военному чину в отставке. И главное, оставить документы, сумку с оружием, планы операций в чужой квартире – что это? Прокол начинающего террориста или слагаемые искусственно создаваемой легенды?

Пашка Косолапов из лесу пришел

Хутор Горбатовский Волгоградской области – настоящий медвежий угол, куда нет даже асфальтированной дороги. Здесь точно знают, что Павел Павлович Косолапов – лицо не вымышленное, а вполне реальное. По крайней мере был им до 2004 года, когда его здесь видели в последний раз.

– У меня нет никаких вестей от сына, я не знаю, что с ним, – устало отвечает мать – Валентина Косолапова и, не дожидаясь реакции, вешает трубку.

– Ей трудно, – поясняет глава хуторской администрации Геннадий Горбатов. – После развода одна воспитывала троих детей, из-за истории с Пашкой здоровье у нее сдает, а на руках еще больные пожилые родители. Павел Косолапов закончил у нас школу, ушел в армию, после армии вернулся, работы не было, я ему предложил в участковые пойти, но он отказался. Потом он уехал на заработки, как и многие из нашей молодежи, а вернулся уже на машине. На хуторе завидовали, как ему повезло – кто говорил, он в Мурманске на рыболовстве заработал, кто – в Воронеже на черноземье работает. Позже Косолапов сменил несколько машин. А потом и вовсе пропал.

– Он вежливый и уважительный, всегда здоровался, обращался по имени-отчеству, – рассказали «Собеседнику» учителя горбатовской школы. – После восьмого класса сначала думал в техникум поступить, но потом опять в школу вернулся и закончил 10-й класс. Учился для мальчишки нормально – на «3» и «4».

После одного из отъездов Косолапов вернулся особенно изменившимся. На хуторе говорили, что он принял ислам. Судачили разное, но придраться было не к чему.

– Нам, конечно, это странно было, но изменения в нем были только положительные: совсем не пил, не курил, подчеркнуто уважительно относился к старшим, – рассказал Геннадий Горбатов. – Исламской культурой он и раньше интересовался – у нас еще с 1970-х годов жили несколько чеченских семей, но они к военным действиям не имели никакого отношения. Сейчас они все постепенно перебрались в Чечню.
По официальным сведениям, и Косолапов после школы оказался на Кавказе, где заразился радикальными идеями.

– Его пребывание здесь ничем не подтверждается, ни по каким сводкам и данным, которые к нам попадают, Павел Косолапов никогда не проходил. В отличие от других так называемых русских ваххабитов – Александра Тихомирова и Виталия Чернобровкина, – сообщил «Собеседнику» глава ингушского отделения правозащитной организации «Мемориал» Тимур Акиев.

Похожие ответы дали нам и наши карачаево-черкесские источники в спецслужбах.

Белые пятна биографии

Между тем у Косолапова появилась пусть небольшая, но вполне официальная биография. Например, что уникальные навыки высококлассного взрывотехника Павел Косолапов получил вполне легально – учась в Ростовском военном институте. Даже сообщалось, что однокурсники вынудили Косолапова написать рапорт об увольнении после того, как заподозрили его в воровстве.

– Павел Косолапов у нас никогда не учился, – опроверг это в интервью «Собеседнику» заместитель начальника Ростовского военного института Андрей Юшковский. – У нас был его однофамилец – Глеб Косолапов, может, отсюда пошла путаница. Но и взрывотехников мы не готовим. У нас и дисциплины-то такой нет.

Косолапова объявили в розыск еще в 2004 году. Но искали как-то вяло. Разослали мутные фотороботы и нечеткие описания по милицейским отделениям. Что, конечно, не помешало Косолапову перемещаться по стране и, по оперативным данным, наследить во всех громких подрывах – будь то автобусная остановка в Воронеже или рынок в Самаре. Причем сохранялась одна закономерность – хватали всех подозреваемых, кроме Косолапова. При этом со всеми, кто знал что-то о Косолапове, происходили странные вещи: один из «учеников» Косолапова, подозреваемый в самарском взрыве, – Еркингали Тайжанов повесился в камере следственного изолятора. Впрочем, другой – Азамат Толеубай смог спокойно выехать в родной Казахстан, где сейчас и находится. Обвиняемые в первом подрыве «Невского экспресса» в 2007 году Хидриев и Дзахкиев в суде отказались признать свою вину и отрицают не только причастность к взрывам, но и факт нахождения в Новгородской области и знакомство с их «боссом» Павлом Косолаповым.

– В обвинительном заключении Косолапов фигурирует как организатор взрыва «Невского экспресса» в 2007 году, – сказал «Собеседнику» гособвинитель Александр Брусин. – Но его дело выведено в отдельное производство, которое ведет следственное управление при Генеральной прокуратуре.

Странная трагедия не обошла и это последнее «косолаповское» дело. В разгар следствия погиб брат одного из обвиняемых – Аюп Хидриев, который активно участвовал в деле и много общался с журналистами. Причина смерти дикая – в Ингушетии на него наехал бронетранспортер. Суд признал, что это «случайность», и дал виновнику условное наказание. Этот факт «Собеседнику» подтвердил адвокат обвиняемых Мурад Юнусов.

Все, кто может рассказать о жизни Павла Косолапова после 2004 года, погибают или исчезают. А это значит, время узнать правду о «террористе №1» еще не пришло. Следователи упирают на то, что оставаться неуловимым Павлу Косолапову помогает его выраженная славянская внешность, не вызывающая подозрений. Возможно, «Косолапов» – это собирательный образ, на который работают несколько террористических групп. Жив ли при этом сам Пашка Косолапов с волгоградского хутора – вопрос. В любом случае правду мы узнаем не скоро. Миф о «террористе №1» выгоден многим. На него можно списывать все преступления. С его помощью можно демонстрировать нашу «осведомленность» о терактах – мол, мы всё о нем знаем, осталось только поймать. Под видом борьбы с ним и ему подобными можно устраивать любые операции, и никто не возразит – это же работает на поимку «врага №1»! Боевикам это тоже выгодно: сверхловкий боец – это, в конце концов, и их пиар.

И наконец, история о «неуловимом Джо» удобна еще и тем, что главного героя можно эффектно обезвредить в самый подходящий момент – например к выборам или к моменту «Х», когда начнет нарастать недовольство властями. До этого ему скорее всего уготована участь безупречного отрицательного «супергероя», «российского Усамы».