И снова горят леса

Россия уже горит – пока только на востоке. Как идет борьба с лесными пожарами, мы поговорили с генерал-майором Анатолием Гилетичем, заместителем директора департамента надзорной деятельности МЧС России.

– Опять горим, Анатолий Николаевич?

– Сказать однозначно, что горим, нельзя. Серьезная обстановка наблюдалась в Красноярском и Забайкальском краях, Иркутской и Амурской областях, республиках Бурятия и Саха (Якутия) – там много труднодоступных мест, поэтому технике и личному составу было сложно добраться до очагов возгорания. Во многих муниципальных образованиях был введен особый противопожарный режим. Сейчас ситуация стабилизировалась.

– Ваши коллеги оценивают нынешнюю ситуацию с лесными пожарами как более сложную, чем в прошлом году. Почему?

– Во-первых, рано установилась сухая погода. Как следствие, появились огромные участки с высохшей травой. Во-вторых, после прошлогодних пожаров в лесах осталось много неубранных горелых деревьев. По сути, это готовое топливо, которое быстро воспламеняется.

– А кто должен был очистить лес от этого «топлива»?

– В зависимости от того, кто отвечает за тот или иной лесной участок: Рослесхоз, субъекты РФ, Минприроды.

– И они ничего не сделали?

– Некорректно говорить о бездействии: все-таки после пожаров 2010 года была проделана большая работа. В потенциально опасных регионах проведена опашка, восстановлены источники водоснабжения, формируются добровольные пожарные дружины. Но на то, чтобы проделать работу целиком, наверное, просто не хватает сил.

– В прошлом году, когда горящие леса подбирались к деревням и люди звонили в МЧС, их отправляли к «лесникам». И наоборот. Итог всем известен. Хотелось бы понять, кто все-таки отвечает за тушение лесов?

– Повторюсь: за предупреждение и тушение природных пожаров на территории субъекта Российской Федерации отвечают местные органы исполнительной власти (исключение – Московская область, где соответствующая функция возложена на Рослесхоз). Выглядит это так: субъект проводит тендер, в ходе которого определяет организацию, которая и должна заниматься тушением природных пожаров на данной территории.

Почему в прошлом году случился форс-мажор? После 1972 года в нашей стране была создана серьезная система обеспечения пожарной безопасности в населенных пунктах. Но в середине девяностых многие наработки и методы были утеряны. В том числе уборка сухостоя, противопожарные разрывы, просеки, опашка. И все это дало о себе знать прошлым летом, когда горел весь лес. Органы власти субъектов РФ, федеральные структуры, в чьем ведении находятся заказники, заповедники, оказались не готовы к пожарам. И МЧС, проанализировав ситуацию и возможные последствия при самом худшем раскладе, фактически взяло на себя всю ответственность. В результате пожарные остались кругом виноваты, никто ведь не разбирался, из-за чего сложилась чрезвычайная ситуация. И это притом что пожарные машины в гаражи фактически не заезжали. Между прочим, 50 процентов всей техники пришлось серьезно ремонтировать или списывать: из-за рытвин и коряг, через которые пробирались машины, у них полетели колеса и мосты. Поэтому правительство выделило деньги на восстановление пожарного оборудования и техники. Кстати, и народ стал более аккуратным – когда я еду на дачу, замечаю, что трава на участках скошена и убрана. Люди стали понимать, чем может обернуться их бездействие.

– В том-то и дело, что в прошлом году люди не бездействовали: огонь тушили бабушки, дедушки, дети...

– Без этого нельзя было обойтись, ситуация ведь была чрезвычайной. Ну не найдется в стране столько пожарных!

– А почему их так мало?

– Ну как мало? Возьмем, к примеру, небольшой городок, где в неделю возникает 2–3 пожара. Одной пожарной команды вполне достаточно, чтобы оперативно на них реагировать.

– Не могу не спросить о подмосковных торфяниках. Говорят, они продолжают тлеть.

– Если бы торфяники дымились, вы бы давно это почувствовали. Да, отдельные загорания торфяников в Подмосковье были, но все очаги ликвидированы.

– И все-таки: стоит ли бояться повторения огненного лета?

– Даже если будет так же жарко, то готовность сил, средств, населенных пунктов, органов власти, всех систем реагирования, разумеется, в этом году намного выше. Мы сделали выводы из ошибок.