Егор Бероев прыгнул раздетым в сугроб

Егор Бероев только что закончил работу в картине «Рейдер», съемки которой на днях завершила Продюсерская фирма Игоря Толстунова по книге адвоката Павла Астахова. Члены съемочной группы ежедневно удивлялись его трудоголизму.

Бероев, сыгравший главного героя — адвоката Артема Павлова (литературное «я» Павла Астахова), отказался от услуг каскадеров. Дрался и прыгал с крыши сам. Выполняя один из трюков, чуть не простудился. Снимали в Калужской области у речки на морозе -15 градусов. Актеру нужно было в пиджачке и в рубашке с разбегу прыгнуть в сугроб. Так, по сценарию, он спасался от стрелявших в него бандитов. Сцена снималась крупным планом, и Бероев отказался от термобелья, иначе оно было бы заметно под одеждой.

- После команды «Стоп!» Егор вскакивал, с него стряхивали снег, и он бежал в вагончик отогреваться. Такие трюки - актерский подвиг, - считает режиссер картины Всеволод Аравин. - Уверен, у дублеров получилось бы более ловко, но актеры всегда убедительнее.

Не зря говорят, что благими намерениями путь в ад вымощен. Увлеченность Егора работой вышла для него боком. На актера разозлились журналисты и написали о том, что он ругался матом на фотографа, который находился на съемочной площадке. Киношники, у которых мы намерено решили прояснить ситуацию, без тени сомнения назвали написанное «журналистской уткой», хотя и не могут не согласиться с тем, что с Егором порой непросто работать.

- Меня смущало, что придется работать с человеком, у которого, как говорят, сложный характер, - признается Всеволод Аравин. - Но только до первой встречи. Узнав его поближе, я понял, что с ним непросто, но интересно. Он совсем не капризный, как говорят. Будучи исполнителем главной роли, он мог бы сказать: «Все ясно!» и прийти на первый съемочный день. Однако он захотел порепетировать.

Бероев – человек очень вдумчивый, въедливый, не делает ничего просто так. Кому-то сказали пойти, он и пошел, а Егор всегда спросит: «А зачем?», «А почему?», «А, может быть, сделать так?». Он всегда участвует в процессе и пока не поймет, что делать в той или иной сцене, мотор не прозвучит. Часто мы с ним не совпадаем во мнениях, и начинаются трения. Мы можем минут сорок спорить о сцене, естественно, вся группа начинает бить копытом, чтобы все поскорее сняли и отстали, в итоге получается не то, что хотели мы оба. Но, знаете, таких актеров я люблю больше, чем тех, которые делают то, что им скажут.