Всё обратить в прах?

Есть места в историческом центре Москвы, где экскурсоводы вам скажут: «Стоп. Дальше нельзя!» Речь идет о знаменитом мемориальном Новом Донском кладбище: здесь стало слишком много участков, где находиться просто опасно для жизни...

Давно не ремонтировавшиеся стены колумбариев подпирают досками.

А когда по всей стране к Дню Победы приводят в порядок солдатские могилы, в этом странном месте даже Герои Советского Союза не в почете. Почему? Неужели так дорог ремонт?

Между прочим, здесь начиная с 1927 года (тогда в Москве построили крематорий) хоронили только кремированных. А для них нужна лишь ниша в стене площадью менее полуметра, которая дешевле в содержании, чем памятник на могиле.

С разрухой здесь борются просто: запирают самые опасные помещения на ключ – и всё! Например, недоступен стал в последние годы 16-й колумбарий, подземный.

Только однажды нам удалось попасть туда. Сотрудник, присланный на помощь, пришел с мощным фонарем, в каске и ворчал, что его тянут в преисподнюю.

Преисподняя – место для грешников. Но так ли это? Здесь прах сотен людей, отдавших жизнь за Отчизну, беззаветно служивших ей.

Когда-то отделка «преисподней», видимо, считалась роскошной. Сейчас ее останки свисают с сырого потолка, угрожая проломить посетителям головы.

Кое-где на полу разбитые урны, приходится обходить рассыпанный прах. Многих отсюда забрали родные, но урн все равно много. «Бесхозные», позабытые-позаброшенные?

По стенам ползет зеленый грибок.

Здесь отключены и отопление, и электричество. Хотя они подведены и раньше работали. Из-за сырости грибок активно лезет выше, на верхние наземные этажи, в 7-й и 8-й колумбарии, что расположены как раз над 16-м.

Кстати, там гости бывают часто. Ну никто же не знает, что фундамент здания сгнил и оно легко может осесть вниз, похоронив во второй раз мертвых, а с ними и живых…

– А может, это логическая судьба для кладбища, ведь все они со временем разрушаются. Насколько велико его значение? – спросила я Сергея Мержанова, архитектора, члена некоммерческого партнерства «Общество некрополистов».

– Оно создано в начале ХХ века, то есть новое по меркам Москвы, где многие некрополи открылись в 1771 году, во время эпидемии чумы, и по идее должно быть в лучшем состоянии, чем старые. А его значение сами просчитайте: первых лиц страны, их единицы, хоронили в гробу у Кремля.

Тех, кто менее значим (по критериям власти), кремировали, не считаясь с пожеланиями родни, и клали в Кремлевскую стену. Потом шел черед Новодевичьего, а после – как раз Новое Донское. Его называли «филиалом Новодевичьего». Здесь – элита советской эпохи.

Двойные стандарты?

Кто же должен следить за порядком – вопрос на засыпку (извините за шутку). На всех ритуальных сайтах Донское кладбище фигурирует как единое целое. В то же время это два разных погоста.

Первый открыт в 1591 году на территории Донского монастыря, здесь покоятся князья, царевичи, архиепископы. Сюда же из США перевезли прах одного из руководителей Белого движения – Антона Ивановича Деникина и его жены.

Из Швейцарии – останки Ивана Ильина, это философ, писатель, критик коммунистической власти, писавший в трудах: «Что сделал Гитлер? Он остановил процесс большевизации в Германии и оказал этим величайшую услугу всей Европе».

Рядом с ними генерал Владимир Каппель. Его имя многие помнят по фильму «Чапаев», где он устраивает против чапаевцев «психическую атаку». Прах генерала нашли в церкви в Харбине и перевезли в Москву.

Церковь имеет право перезахоранивать возле храмов того, кого сочтет нужным. Обитатели «советских» могил и колумбариев по соседству со старым Донским кладбищем, видимо, не вписываются в новые веяния, их прах не очень-то нужен. Но ведь территорию Нового Донского кладбища в свое время

Ю. Лужков передал монастырю, и в документе там конкретно было сказано: «...принять к сведению, что Донской монастырь обязуется за счет собственных средств вести все ремонтно-реставрационные работы по памятникам некрополя, зданиям и сооружениям».

Пока это вопрос без ответа: Донское состоит из двух независимых частей или это одно кладбище? Если одно, так у него и бюджет один? И если так, то кто определяет приоритеты при расходовании средств? Почему для одних эксгумация и перелет США – Россия, а другим даже на покраску таблички не хватает?

Мертвые съезжают медленно

Скандалы на Новом Донском периодически возникают с начала 90-х. В то время стали возвращать РПЦ всё имущество, отнятое большевиками.

В список попала и церковь Серафима Саровского. Родственников попросили забрать урны с прахом, сказав, что теперь здесь будет храм.

Начался стихийный перенос, и тут же пропали… урны с прахом Героя Советского Союза С. А. Асямова и заслуженного летчика СССР М. А. Волковойнова. На последней, кстати, было два ордена Красного Знамени (не муляжи, подлинные!).

Может, что еще пропало или кто пропал, мы этого не знаем. В общем, тогда перенос отложили. Взялись за него снова лет через десять.

Но тут вмешались Александр Ширвиндт и Николай Караченцов, потому что их близкие покоятся в бывшем храме. Здание вновь отстояли. И все же ровно год

назад РПЦ опять завела речь об освобождении помещения, тогда шумиху в СМИ подняло «Общество некрополистов»…

Самый интересный ответ некрополисты получили из Патриархии от Всеволода Чаплина, которого спрашивали о планах РПЦ на колумбарий.

Если б не знать, что документ подлинный, – никогда в такое не поверишь. Протоиерей пишет, что «сакральное пространство храма трудно сочетается с представлением о захоронении как месте покоя». Как же тогда быть со всеми, кто в церквях похоронен, ведь их немало?

Такая традиция существует. Или, быть может, иерархи ждут, когда все разрешится само собой – разрушится, рассыплется в полный прах, и тогда на удобренной им земле можно будет возводить новый храм?

Храм-крематорий

В 1914 году на Новом Донском кладбище был освящен новый храм святых Серафима Саровского и Анны Кашинской.

Советская власть нашла ему более прагматичное применение: храм перестроили под крематорий (до этого их в Москве никогда не было), и с 1927 года его печи начали исправно превращать в пепел нерядовых усопших совграждан.

В новейшее время после передачи Ю. Лужковым кладбища монастырю уже крематорий перестроили снова… в храм (на фото). Архитектура его получилась, мягко говоря, странноватой, мало похожей на православные храмы.

При этом внутри здания остался колумбарий с прахом усопших, что иерархов совсем не радует… Кремация в православной традиции не одобряется, а некоторые священники считают это даже грехом.

Кто покоится в братских могилах?

На Новом Донском в «общих могилах» №1 и №2 погребен прах репрессированных партийных и государственных деятелей – С. Косиора, П. Постышева, В. Чубаря, Ю. Пятакова, А. Косарева, военачальников – М. Тухачевского, В. Блюхера, А. Егорова, И. Якира, И. Уборевича, В. Гордова. Список весьма обширен.

Здесь же после расстрела и кремации оказались останки В. Мейерхольда, писателя и журналиста М. Кольцова и многих других неугодных власти деятелей культуры. Памятники над могилами появились лишь недавно.