кровиатика: 12 poems

«редблок»

мучается, живёт
глаза красные, руки красные
глаза и руки ищут нового бога
прошлые боли, привычные быстрые решения
нот всегда было больше, чем семь
и больше, чем двенадцать

число апостолов
число лун в високосном году
найт декаданс аестетикс
мучается, живёт
докрасна

мучается, живёт
дочерна
когда
допьяна
дочерня
с чернью
чертит
череп просит, скулит и хозяйничает

мучается, живёт
и иногда хочет быть умерщвлённой
её это тоже веселит
(зрачки улыбаются).

«аларм вивисекция»

ты носи её с гордостью
амфинария
свою словокожу
свой аларм, свои неизбежные
свой кортизол
носи его
носи его
носи его с гордостью

свою кость
сохрани её в сухости
а эти ёбанные пассио-пассио
они вивисекцируют
они оправдывают
они хотят, чтобы ты побыл им живым

отбиваясь от мира
отбивать музыку якобы общей трагедии
это так смешно
это так почитаемо, это так не для них всех
это то, о чём молчит твоё горе

намефедроненный пьеро
быстрый грустный клоун
отбивается к ужину

в происхождении видов
ест-ест-ест-яственный отбор
ест-ест-есть ястребы
они сломают желудки об астриды
эс-эс-эстро-гетеро-гены-евгеника
увидишь
кто был здесь гениями
в яме
аня, привет
привет, зай (я)

мы будем носить с гордостью
то, почему самоозадаченность превратилась в самоозначаемость
потому что ты никогда не пытался ей обладать
i hate all of my friends
they all lack taste sometimes

и я помню, как мы были песочными
мы всегда играли молча друг с другом
эти дети до сих пор остались живыми gif animation
у них голые спины и гордые спайдеры

это никогда не должно было быть по-другому
ничто никогда не должно было быть по-другому
ничто никогда не перемещается во времени или хотя бы просто с места на место
ничто никогда не становится старше

и ты меня тоже когда-то знал
мы все однажды встречались
из нас железки не прыгали
бумажки не сыпались

навсегда закреплённые
окроплённые
(негласное правило, мы соблюдаем его свято):):):
/отбиваясь от мира
отбивать музыку общей трагедии./
это так смешно
это так почитаемо, это так не для них всех
это то, о чём твоё горе молчит.

«white glue»

всё, что посчитаешь красивым
всё, на что они бы молились
всё, что заслуживает остаться

должно быть, конечно, засушено
должно захрипеть удушливой формой
должно умереть в инсталляцию

я тут как раз недавно
вколачивал в гробик очередной последний
чтобы потом его гвоздодёрить
ржд убивает животных

наше русское чучело со сладостями
забито оно и так до отказа
солью и соей, солью и соей
ты, унаследовав землю,
присыпь.

«кровиатика»

когда я прикладываю одну строчку к другой
я занимаюсь прикладной кровиатикой
потом одну из них прикладываю об землю
и она (она) закладывает мою душу

сука-стукачка, эта сука-заначка
давай мы с тобой занавесимся
вот что я говорю этой строчащейся!
давай позападэнсимся, зайка!

и мы начинаем танцевать
стыца-стыца-стыдно-мен, мне стыдно бывает
не так уж и часто
не так уж и гадюка
кто-то уж точно, ань
кто-то уж точно

ты знаешь, это особенно слюняво и слёзно
писать стихи и отплясывать стихнув
опоясывать стигму
исполосовывать втуне

ведь если тебя ебёт поэзия
это не значит, что ты поёбываешь её
это не значит, что ты в ней побывал
и ею наблёвывался
(у меня что-то наклёвывается)
я моуринью, особенный

слово особенный не должно вводить тебя в ступор
не должно вводить в твои веночки
веночно-цветочные болезни
это не то что бы похоронное
я буду хранить твою душу
так, как охраняет меня мой бульдог спайк

мы в спайке с ним, мы в спайке!
ай страйк ю, ай страйк ю!
а страсть моя в степени
моей прикладной кровиатики, сука! (!)

«каустобиолиты»

закончимся, и хуй с ним
вместе с нами закончится нефть
мы наросли неправильно
мы сталактиты-стафилококки
в вашем общем правильном доме
в вашей единой единогласной стране.

«niesmak»

нас ожидаемо перемололо
ожидаемо прошло мимо
ожидаемо разбило и надело всё, что хотело надеть
ожидаемо уёбищно получилось

случился худший сценарий
в худшем из миров
и водка немирофф как тинькофф
офф офф так уёбищно пишется ов

клюквенная водка, клюквенная жизнь
клюквенный фильм одной клюквенной лайф
клюко и клычно, клызисто, клярно
копаем ямы, и капает явь на нас

капает явь
я слышу её явственно, ты почувствуешь яственно
то есть желудком
то есть она тебя выблюет тоже

вас тошнит мною на нормативно-правовой паркет
в нормативно-левовом парке
наворотило-бравовам празднуй
нащекотала чикатилу на свою новую прагу

вас тошнит мною, потому что неожиданно
вас тошнит мною, потому что наживы дай мне
я такой терпкий, а ты такой терпеливый
скоро натерпишься до смерти
аж
блядь

а я люблю блядь когда блядь
когда блядь это блядь когда ты это ты
когда клюква это ягода всё же
когда водка это водочка всё же

случился худший сценарий
скороубитый театр минус одного актёра
обморочное солнце, ты смотри на него
скороспелое зарево залило
отвратительная склизкость
нам было так (за)дано.

«/z ʔukrɨt‌ɕa/»

весь смысл, мысл, мыссл, мылсл
заключается только в том
чтобы продолжать смотреть исподлобья
продолжать смотреть на них с вызовом

потому что
ты это избитый телёнок
замученное священное животное
ценный зверь, которого пустили на ценную шкуру
ценной выделки
ценные бумаги
цветные карандаши.

«бледнеть»

я снег, который всё-таки выпал
(новыми монетками, нервами, таблетками)
ты снег, который заставляет бледнеть
и бляднеть-вы pale-выпалил
я слег, когда тебя рядом не стало
ты слег на сленге никогда не оста…

никогда не остá в этом кино
не хосты, мы хостесс, мы не хозяева
жизни, жидкостей своих, жил своих
я жил тут, жил тут, жил тут
никогда не остался бы заново
не остался бы засухой в горле твоём
в горечи задранной
в городе заспанном

никогда не с порока
никогда не с порогов
ещё по одному року
выпить из рога и
изрыгаться
на белоснежное человечество

потому что человечество
нас ненавидит, блядь, истребляет
нас презирает, нас замещает
нас замечает только чтобы.

«сеанс»

музыка — наш общий шалаш
пояс верности или пояс смертника
музыка — красивая шалава
ей придётся заплатить, но не денежным

музыка тебя подстреливает
науськивает
затачивает
растрачивает твой сердечный бюджет

музыка — лыжная трасса
музыка в принципе — трасса
угадай, кто мы на ней
угадай, куда нас заносит луз дизель

ведь из него капает-капает кровь
он не копает глубóко
ведь из него капает-капает, с него капает тоже
внеплановый сеанс, с него капает щедро

щенно
щегристо
щерпо
щенково
цинково
цилисто
цаулистер гарристер
пар из ноздра выхлопом

сканером
скар им рой
скрой имран
мирлад
размор-разохлад
переснюхка
прыжки в долготу
долговой тур

в любом случае

музыка — наш общий шалаш (,)
пояс верности или пояс смертника;
музыка — красивая шалава,
ей придётся заплатить, но не денежным.

«делисиндикат»

деликатное отношение к людям
или их деликатная стирка
смотри не расчувствуйся
когда будешь исполненный чувством
(исполненным в чувствах)
тебя прикончат сердечно-покладисто

всё убивает и восклицательно размалывает
размалёвывает
породисто и в полоску
но никто и никогда не поменяет твой способ
если вина твои в новые мехи

всё угнетает
как будто лежал под бетонными блоками
как будто дрожал под бетонными блоками
как будто бы полз под бетонными блоками

насекомая жизнь, жизнь ископаемая
(как будто остался под бетонными блоками)
как будто бы тебя всё же выстирали
как будто тебя они всё же поймали
деликатно упаковали

на стол подали тебя суку такую
чтобы было delicious
чтобы ты был сид вишес
сука такая.

«greek fire sabotażysta»

наконец-то они увидели во мне то
что я хотел им транслировать
во что я хотел их заворачивать
что я хотел распылять на них как на насекомых

наконец-то глаза не обманывают
наконец-то они меня поняли

ведь я всё ещё успеваю
желчно смеяться — смачно харкаться
обгладывать рты — перемывать кости
переворачивать доски — рокировать фигуры
форсировать — разбрасывать
зажигать огни — огнивить зажиги
ещё успеваю
забить их клюшкой для гольфа

на последней ступеньке
последнего вагона
последнего уходящего поезда
я жгу бенгальские огни
и ссу на асфальт
о который разбилась
птица твоей первой безответной
злобы ко мне.

«граспинг»

ай эм имморал иммортал
и всё, что мимо моего рта
это лишь продакт
это уже было продано

во всём этом охуевании
я никогда не смогу до конца утолить
ведь мой карт-бланш
на любое отмщение

собака, которую догхантеры не успели зажмурить
я собака, которая
вцепилась зубами в колготки бляди спешащей
очень суетной бляди

я клещ, клещами вцепившийся
в травинку, по которую газонокосилка твоя
пришла суетная
пришла нас всех скашивать
я на неё прыгаю

я ложка нагретая
я тебя атакую
во всём этом охуевании
я тебя исполо-исполню-суетно

я бочка разлитая с яблочным сидром
ты теперь поскользнулся
я нахожу тебя в ванной
я торчу из твоего зеркала бритвой

я крапива и я тебя трогаю
твои дети упали в меня, с гаража они джампились
я камень в окно твоё частное
если я птицей стану
я ладонь склюю твою
вместе с зёрнами, с семечками

смешная странная месть
не поёт тебе с крыши песенки тёплые
дни твои тёплые
отрупились, сварились да выдохлись
томненько, комфортненько
тёпленько, зéмлисто

я сижу с тобой за столом
я слушаю все твои в кружке помешивания
все головы твоей помешательства
всю мишуру твою, все маски твои чувствую
я слишком их чувствую
я их продырявливаю

я глаза кошачьи, за тобой в темноте наблюдающие
глаза, которые ты видишь, зажмурившись
когда сон ещё не пришёл
я твои мысли инсомные мерзкие

а глаза должны смотреть вызовно
недовыспанно, с выжимкой
не с ужимочкой
с ухмылочкой

и каждая слеза была каплей яда
ядокаплей была
яда плесни
мы поём только яда стихи.

2024