Оригинал материала
Кровавый след от ботинка
В элитной московской квартире, запертой на засов изнутри, обнаружили тела женщины и девятилетней девочки с десятками ножевых ранений. Подозреваемым стал отец семейства, так как в его алиби обнаружилась дыра. Однако дело против него постепенно развалилось, а убийцу смогли поймать только спустя 10 лет. Какую роль в расследовании сыграл кровавый след от обуви, как пол с подогревом помог докопаться до правды и какие вопросы остаются к следствию — в материале «Холода».
В неприступном пентхаусе убили мать и дочь. Силовикам казалось, что дело простое, но несколько загадочных фактов растянули его на 10 лет
Ключ от квартиры был у гражданского мужа Виктории — 51-летнего предпринимателя Хорена Казаряна. Он утверждал, что вернулся домой под утро, не смог открыть дверь и провел остаток ночи в машине рядом с домом. Но в его алиби обнаружился пробел длиной около получаса: в это время Казаряна не было на камерах наблюдения.
Следствие было уверено, что убийца найден. У него был доступ в квартиру, провал в алиби и возможный мотив. Но на самом деле это запутанное дело только начиналось.
Интеллигентная семья
До февраля 2015 года жизнь семьи Хорена Казаряна и Виктории Карагулян казалась мечтой для многих. Они жили в центре Москвы, в доме № 23 на Шаболовке — это трехуровневый пентхаус с видом на Кремль. С верхнего этажа через зимний сад можно было выйти на крышу с верандой, мангалом и площадкой для барбекю. При этом семья совсем не выставляла богатство напоказ. Один из знакомых описал их коротко: «Классическая интеллигентная семья с восточным колоритом».
Хорену Казаряну на момент трагедии было 50 лет. Он вырос в интеллигентной семье: его отец был известным в Армении ученым. Сам Хорен окончил МГУ и Ереванский государственный университет, работал военным переводчиком и владел несколькими языками. После окончания военной карьеры он занимался бизнесом — его компания продавала и сдавала в аренду американские строительные погрузчики. Но к 2015 году он уже отошел от дел, переписал долю в бизнесе на брата и стал жить на доход от коммерческой недвижимости.
Знакомые говорили о Казаряне как об интеллектуале и приятном собеседнике: он читал философов и при встрече любил пересказывать их идеи. А еще — как об очень отзывчивом человеке: он знал, что происходит в семьях его сотрудников, и старался помогать не только советом. Например, сотруднице, которой не удавалось забеременеть, он предлагал найти клинику для ЭКО. А необходимость сокращать людей во время кризиса 2008 года, по словам коллег, Казарян переживал особенно тяжело — во многом поэтому он и отошел от дел.
Хорен познакомился с Викторией еще в середине 1990-х годов. Знакомые называли их историю служебным романом. Съехались они не сразу — по воспоминаниям друзей, их совместная жизнь началась примерно через восемь лет после знакомства. Еще через пару лет Виктория забеременела, и родилась Нинэ.
Когда произошла трагедия, Виктории Карагулян был 41 год. Близкие описывали ее как тихую и сдержанную женщину, которая почти никогда не повышала голос. После рождения дочери она сосредоточилась на ее воспитании и доме. Несмотря на достаток семьи, Виктория обходилась без няни и домработницы: сама убирала, стирала, занималась с Нинэ и помогала родителям.
Именно семья и дом были главным в жизни Виктории. Ее подруга вспоминала, что Викторию трудно было вытащить даже на чашку кофе — на себя у нее порой не оставалось времени.
Разговоры Виктории тоже обычно вращались вокруг детей, школы и магазинов, Хорен же, по словам знакомых, мог весь вечер обсуждать философию. Хорен обожал свою дочь: знакомые говорили, что он буквально сдувал с нее пылинки, и Нинэ отвечала ему сильной привязанностью.
Дверь заперта изнутри
В пятницу, 13 февраля, Хорен около двух часов дня встретился с приятелем в торговом центре. Вечером они отправились играть в карты. Игра затянулась до глубокой ночи, после чего один из друзей отвез Казаряна домой, при этом адвокат Казаряна позже говорил, что алкоголя тот не употреблял.
Автомобиль подъехал к дому примерно в 03:52 ночи. Казарян поднялся к своему пентхаусу и попытался открыть дверь. Но оказалось, что изнутри задвинуты засовы. Он стал звонить в дверь, потом на мобильные телефоны Виктории и Нинэ и на домашний телефон, но никто не отвечал.
По словам Казаряна, он решил, что Виктория обиделась из-за его позднего возвращения и не хочет пускать его домой. Ломать дверь, будить соседей или сразу вызывать полицию он не стал. Он продолжал звонить минут 30–40, а затем спустился в гараж.
Казарян сел в свою Audi и вскоре выехал во двор. Потом он объяснял, что хотел иногда включать двигатель, чтобы греться, а в закрытом гараже боялся задохнуться от выхлопных газов. В 04:34 камера наружного наблюдения зафиксировала автомобиль Казаряна возле дома.
Остаток ночи Хорен провел в машине и в итоге заснул. Примерно в половине седьмого вышел в туалет и затем вернулся в автомобиль. Около девяти утра он вновь стал звонить в дверь квартиры, но ответа по-прежнему не было.
Казарян связался с подругой Виктории и ее родителями. Никто из них не знал, почему она не отвечает. Тогда он нашел дворника и попросил его подняться на верхний этаж, чтобы через крышу зимнего сада заглянуть в квартиру. Сам Хорен не мог этого сделать — по словам его адвоката, из-за страха высоты.
Когда дворник добрался до окна, он увидел страшную картину: перед ним в крови лежала девочка. Это была Нинэ. Казарян вызвал полицию и позвал родственников. Приехавшие полицейские обнаружили в квартире Викторию и Нинэ, обе были мертвы. На теле женщины медики насчитали не менее 22 ножевых ранений, на теле девочки — не менее 16.
Но следов взлома двери не было, а задвижки изнутри оставались закрытыми. То есть забраться в пентхаус можно было только сложным маршрутом по крыше.
Пятнышко на стельке
Криминалисты сняли отпечатки пальцев и ладоней, изучили предметы и одежду, осмотрели квартиру. Собрав записи камер видеонаблюдения, следователи стали восстанавливать перемещения Казаряна. Они увидели, как он вернулся домой, затем его Audi, выезжающую из паркинга, и самого Хорена возле машины позднее ночью. Между этими событиями было чуть более получаса, когда он не попал ни на одну камеру.
Вскоре интересующий следствие период был уточнен: 34 минуты. Убийство, по мнению судмедэкспертов, произошло с четырех до пяти утра, а Казарян был виден на камерах с 04:34. Именно в это окно, по версии следователей, могло укладываться убийство.
Уже 15 февраля Казаряна задержали, а 25 февраля ему предъявили обвинение в двойном убийстве.
Теперь следствию надо было объяснить, почему интеллигентный и эмпатичный Казарян, который всем рассказывал, как много для него значит дочь, жестоко убил свою семью. Возникло несколько версий.
Одной из них стала карточная игра. Друзья Казаряна говорили, что он играл пару раз в месяц и приходил в закрытые клубы прежде всего ради общения. Но брат Виктории Сергей утверждал: игры якобы проходили каждую неделю, суммы были крупными, и пара ссорилась из-за денег.
Другой версией были семейные неурядицы. Хорен и Виктория жили вместе много лет, но официально женаты не были. Подруга погибшей вспоминала, что в последние годы Виктория расхотела регистрировать брак, а ее брат и вовсе утверждал, что она жила с Хореном только из-за дочери и что однажды примерно за три года до трагедии Казарян выгонял Викторию из дома и она на время переезжала к родителям.
Наконец, третья версия была имущественной. Значительная часть активов Казаряна была оформлена на Викторию или ее родителей, а сам пентхаус — на ее мать. Казарян объяснял необходимость такой схемы своими прежними кредитами и желанием защитить будущую собственность дочери. Однако эта версия была не слишком убедительной, так как после смерти Виктории квартира никак не могла перейти к Казаряну.
В общем, к каждому из предполагаемых мотивов были серьезные вопросы. Тем не менее следствие решило объяснить произошедшее бытовой ссорой.
По версии следствия, когда Хорен Казарян вернулся домой, Виктория все-таки открыла ему дверь. Между ними внезапно произошла ссора, после которой Хорен убил Викторию, а затем вышедшую из детской Нинэ.
Следователи изучили одежду и обувь Казаряна, коврик и салон его автомобиля, отпечатки в квартире и предметы, которые могли быть орудиями нападения. Особенно их заинтересовало небольшое пятно на стельке ботинка Казаряна.
Следователь утверждал, что это кровь, — и именно это пятнышко стало одним из оснований для ареста. Другое подозрительное пятно нашли на футболке Казаряна. Его отпечатки пальцев обнаружили на дверных ручках, в ванной и на многих предметах квартиры — это было неудивительно, ведь он там жил, но следствие было уверено: все это подтверждает присутствие Казаряна внутри пентхауса именно в ночь убийства. Отдельной уликой стали ножницы, на которых якобы обнаружили кровь Нинэ и, по результатам «запаховой экспертизы», «след запаха» Казаряна. Следствие считало, что какие-то из ранений ребенку могли быть нанесены именно ножницами.
В промежуток между четырьмя и половиной пятого утра, когда у Казаряна не было алиби, следователи уложили всю последовательность событий. За это время, по их версии, Казарян вошел в квартиру, совершил два убийства, принял душ, переоделся и спрятал окровавленные вещи и орудие убийства. После этого он якобы вышел через зимний сад на крышу, вернулся в гараж и переночевал в своем автомобиле.
Пропавшие из квартиры полторы тысячи долларов, на которые обращал внимание сам Казарян, версию следствия не поменяли — это были слишком небольшие деньги для их семьи.
Скоростное убийство
В феврале 2015 года находящемуся в СИЗО Казаряну предъявили обвинение. Дело выглядело раскрытым. «Со второго дня моего задержания следователи и оперативники уже ждали благодарности от начальства, — говорил он позже в интервью. — Не сомневаюсь, если кого-то наградили или люди пошли на повышение после быстрого раскрытия двойного убийства».
Казарян отказывался признавать вину. И вскоре доказательства следствия стали рассыпаться одно за другим. Сначала экспертизу не выдержала улика, которую называли причиной взятия Казаряна под стражу. Биологический анализ установил: пятно на стельке ботинка Казаряна не кровь. Отрицательный результат получили также по подозрительным следам на автомобильном коврике.
Пятно на футболке Казаряна тоже оказалось не кровью — исследование, по словам Казаряна, определило его как след томатного сока. И ни на этой футболке, ни на другой одежде Казаряна не нашли следов крови Виктории или Нинэ. Отпечатки Казаряна в квартире действительно были, но их нашли на обычных предметах: чашке, дверных ручках и тому подобном.
«А что, собственно, странного? Я жил в этой квартире», — прокомментировал это сам Казарян.
Помимо этого, защита нашла запись из торгового центра, где Казарян был днем 13 февраля. На ней он одет в те же вещи, в которых появился возле дома ночью. Крови на этой одежде не было, а другого комплекта или спрятанного пакета с одеждой следствие не нашло. Эти доказательства опровергли версию следствия о том, что якобы после убийства Казарян сходил в душ и переоделся.
А еще после задержания у Казаряна не обнаружили ни порезов, ни синяков или иных следов борьбы. Виктории и Нинэ преступник нанес в общей сложности около 40 ударов, а Виктория, по словам свидетелей, в прошлом занималась спортом и могла сопротивляться.
Телефонная детализация тоже оказалась не на стороне следствия. В те самые 30–40 минут Казарян 17 раз звонил Виктории. Если же считать звонки на телефоны Виктории и Нинэ и на домашний номер, защита насчитала их больше 30. То есть, помимо убийства и сокрытия следов преступления, Казарян за полчаса должен был еще и сделать 30 телефонных вызовов.
«Следователи зацепились за то, что меня 30 минут не было под камерой видеонаблюдения. По их версии, за это время я успел убить жену и дочь. Причем все делал очень быстро. Забрался через крышу, разделся догола, зарезал жену, потом ребенка — в общей сложности нанес около 40 ударов ножом. Дальше отправился в душ, помылся. Надел свежую одежду. Ушел снова через крышу. Потом бегал где-то, заметал следы», — комментировал эту версию впоследствии сам Казарян.
Новые старые улики
К осени 2015 года сомнения в версии следствия выражала уже не только защита. Представитель прокуратуры дважды просил суд не продлевать арест Казаряна. В ноябре прокурор уже прямо заявил: убедительных доказательств его вины не представлено. Но суд снова оставил Казаряна под стражей.
Следствие тем временем перенесло опору обвинения на ножницы. Экспертиза сообщила, что на них есть кровь Нинэ и запаховый след Казаряна. Следователь утверждал, что сочетание этих двух факторов связывает предмет с убийством. Защита оспаривала эту версию, говоря, что на платье Нинэ запаховых следов Казаряна не обнаружили, а на ножницах они, по словам адвоката, «неожиданно появились» лишь спустя месяцы расследования.
Наконец, и получасовой пробел в алиби Казаряна перестали считать совпадающим со временем преступления. Изначальные расчеты относили убийство примерно к промежутку между четырьмя и пятью часами утра, то есть как раз в то время, когда Казарян уже вернулся домой, но еще не появился возле машины в поле зрения наружной камеры.
Защита Казаряна обратилась к Эдуарду Туманову — именитому эксперту, автору и соавтору более 100 научных работ, доценту кафедры судебной медицины университета имени Пирогова. Именно на методику Туманова ссылались судмедэксперты, установившие время смерти. Но на опросе Туманов сказал, что коллеги ошиблись, потому что работавшие в квартире теплые полы меняли скорость охлаждения тел. А с учетом этого фактора возможное время убийства сдвигалось на период примерно с 23 до 2 часов ночи, когда Казарян еще проводил время с друзьями.
Некоторые бытовые детали также указывали на более ранний час убийства. Викторию нашли в джинсах, а Нинэ — не в ночной одежде. Тем временем со слов знакомых семьи было известно, что Виктория очень серьезно относилась к распорядку дня дочери и всегда укладывала ее до полуночи, причем обязательно переодевала ее в ночную рубашку.
В свете всех этих обстоятельств аргументы защиты Казаряна зазвучали по-новому. Например, его адвокат говорил, что на крыше внутреннего лифта пентхауса нашли недопитую бутылку водки — это могло быть возможным признаком того, что в момент убийства в квартире находился посторонний.
Кроме того, в сливе ванной обнаружили волос, который не принадлежал никому из тех, кто жил в квартире. А значит, кто-то мог там смывать с себя кровь после преступления. Наконец, в пентхаусе остался окровавленный отпечаток обуви 39–40-го размера. Но Казарян, по информации следствия, носил обувь 45-го размера (сам он вообще говорил, что его размер 48-й). Бутылка, волос и кровавый след, конечно, не называли имя другого преступника. Но версия о причастности Казаряна к убийству благодаря этим уликам окончательно рассыпалась.
Абсолютная пустота
Хорен Казарян провел в СИЗО 10 месяцев. На похороны Виктории и Нинэ его из изолятора не отпустили.
В декабре 2015 года Мосгорсуд перевел Казаряна под домашний арест. «22 декабря я собирался умереть, — вспоминал он. — На тот момент я уже смирился. Много спал. Сначала по 8, 10, 12 часов. Потом не вставал с кровати по 20 часов. В какой-то момент почувствовал, что силы на исходе. Меня растолкали: “Собирайся в суд”».
Только в августе 2016 года домашний арест заменили подпиской о невыезде, но еще больше года Казарян сохранял статус обвиняемого. Лишь в сентябре 2017 года уголовное преследование Хорена Казаряна прекратили за его непричастностью к совершению преступления. Единственным обвиняемым он оставался около двух с половиной лет, а дело за это время сменило пять следственных групп.
После этого Казарян получил право на реабилитацию. Позже он рассказывал, что государство выплатило ему шесть миллионов рублей компенсации. Но ни освобождение, ни юридическая реабилитация не могли вернуть ему прежнюю жизнь. «Вы хотите знать, что я почувствовал? — вспоминал он свою реакцию на новость о переводе под домашний арест. — Абсолютную пустоту. Такую же пустоту я почувствовал, когда объявили о моей реабилитации».
Ради защиты ему пришлось распродавать имущество, чтобы оплачивать работу адвокатов. Отношения Казаряна с семьей Виктории еще во время его заключения переросли в открытый конфликт. На суде отец Виктории Карл Карагулян говорил, что, увидев тела погибших, Хорен «даже не плакал», а брат Виктории Сергей в своих соцсетях обвинял Хорена в убийстве.
К этому добавился дележ пентхауса и другого имущества, который в 2017 году опять привел Казаряна на скамью подсудимых.
Что происходило с разделом имущества и кому достался пентхаус Журналистка «МК» во время интервью сказала Казаряну, что Карл Карагулян связывался с редакцией и жаловался, что зять хочет забрать у него все. В изложении отца Виктории все выглядело так: по бумагам у Хорена ничего не было, дела он вел через родных, а когда в бизнесе начались проблемы, сам попросил мать Виктории Людмилу оформить на нее долю в магазине.
Казарян рассказывал другую версию. По его словам, в 2009 году из-за кредитов и банковских поручительств он сам переписал недвижимость на Викторию и ее близких. Он объяснял, что не видел в этом риска: если что-то случится с ним или Викторией, все в итоге достанется Нинэ. «Я ради нее и жил», — говорил он.
Пентхаус на Шаболовке был оформлен на мать Виктории Людмилу, парковочные места — на Карла, а самой Виктории, по данным деловой прессы, принадлежали участок и расположенная на нем коммерческая недвижимость в Петербурге (после ее смерти эти объекты унаследовал отец). Позднее совокупную кадастровую стоимость пентхауса, парковочных мест и петербургской земли оценивали, по словам адвоката семьи, больше чем в 100 миллионов рублей. Но речь шла не только о недвижимости. В пентхаусе оставались расписки людей, которым Казарян давал деньги в долг. Поскольку документы были оформлены на Викторию, Казарян утверждал, что тесть затем через суд взыскал с его должников два миллиона долларов. По его словам, после освобождения Карл вернул ему только автомобиль.
По версии Казаряна, семейный конфликт проявился даже на заседании об изменении меры пресечения для него. Судья Мосгорсуда спросила Карла, согласен ли тот отпустить Хорена из СИЗО под домашний арест. Вместо ответа отец Виктории заговорил о том, что в пентхаусе никто не живет, а счета за электричество там выше, чем в его собственной квартире. После повторного вопроса Карл произнес: «Оставьте его в СИЗО».
В 2017-м дележка пентхауса и другого имущества с родственниками убитой опять привела Казаряна на скамью подсудимых. В итоге, по словам Казаряна, пентхаус стал недвижимостью тестя, а самого Хорена через суд сняли с регистрации.
У расследования, тем временем, был еще один результат. В числе многих экспертиз по уголовному делу была и генетическая. И она установила, что Казарян не был биологическим отцом Нинэ. Следствие даже пыталось найти в этом возможный мотив: якобы Хорен узнал правду и поэтому убил Виторию и Нинэ. Сам Казарян утверждал, что до анализа ничего об этом не знал и всегда считал Нинэ своей дочерью. Именно из-за этого открытия даже спустя 10 лет после трагедии Казаряна не признали потерпевшим. То есть у него не было доступа к материалам расследования, и он не мог участвовать в дальнейших судах.
Случайно, по отпечаткам
Обвинения с Казаряна были сняты. Но убийца Виктории Карагулян и девятилетней Нинэ все еще не был найден. Руководитель отдела СК по расследованию преступлений прошлых лет Константин Мягков рассказывал, что дело не приостанавливали ни на день, а его объем превысил 100 томов.
Следователи снова и снова проверяли версии, назначали экспертизы и возвращались к уликам. Среди изъятых отпечатков пальцев и ладоней были те, что оставили погибшие, родственники и знакомые, бывавшие в квартире. Однако несколько отпечатков так и оставались неустановленными. Их поставили на контроль в региональных и федеральных базах и регулярно сравнивали с новыми дактилоскопическими данными.
Еще в 2017 году, когда расследование зашло в тупик, журналисты спросили у Казаряна, возможно ли вообще найти убийцу. Он не верил, что это возможно спустя годы после убийства, но добавил:
«Если только случайно по отпечаткам пальцев»И оказался прав. Спустя 10 лет после убийства, в 2025 году, рутинная проверка действительно дала совпадение. Отпечатки пальцев с деревянного комода в пентхаусе совпали с отпечатками конкретного человека.
Сначала следователи проверили, мог ли владелец отпечатка в принципе находиться в пентхаусе. Выяснилось, что он не был знаком с Викторией, Нинэ или Казаряном, не входил в их круг общения, поэтому не мог просто коснуться комода, когда был в гостях.
Оперативники установили, что он жил в Костроме. Следователи вернулись к архивному видео. Оказывается, камера на одном из этажей еще в 2015 году сняла неизвестного мужчину, которого не удалось опознать из-за качества кадра. Теперь изображение сравнили с внешностью владельца отпечатка — и они совпали. Этого человека звали Алексей Мельничук, 1993 года рождения; он был гражданином Молдовы. В ноябре 2025 года Мельничука задержали в Костроме. По словам следователя, сначала он не понимал причину задержания, но затем сказал, что все понял, и признался в причастности к убийству.
Позже на официальном допросе Мельничук признал вину и сказал, что у него был корыстный мотив. У 21-летнего на тот момент приезжего было очень тяжелое материальное положение: ему было негде жить, он по несколько дней не ел, не хватало одежды, не было возможности нормально помыться. Мельничук не хотел залезть именно в эту квартиру, он просто искал какую-то, которую можно обокрасть. Он действительно не был знаком с жильцами, и следствие считало, что его выбор пентхауса был случайным.
Мельничук, по словам следователей, видел вокруг дорогие машины и жилье, завидовал обеспеченным людям и злился на них. Он рассчитывал незаметно войти, взять ценности и уйти до того, как его кто-нибудь увидит. Следователи сочли первоначальной целью именно кражу ценностей, а убийство, по их мнению, Мельничук совершил, чтобы скрыть другое преступление и не дать свидетелям себя опознать.
По версии следствия, часть похищенных денег Мельничук потратил на билет в Молдову. Через пару лет он вернулся в Россию. Следствие утверждает, что все это время он знал о задержании Казаряна и следил за публикациями по делу, но не обратился в полицию.
В Костроме Мельничук, по разным источникам, работал то ли специалистом в сфере IT, то ли инженером по контролю качества и снимал небольшую квартиру. Несколько лет он жил с девушкой: они планировали создать семью и завести детей. О произошедшем на Шаболовке он ей никогда не рассказывал, и она узнала о том, в чем его обвиняют, лишь от следователей.
По словам руководителя отдела СК по расследованию преступлений прошлых лет Константина Мягкова, Мельничук продолжал следить за расследованием и знал, что вместо него под стражей оказался другой человек. Однако мысли явиться с повинной у него, по данным следствия, не возникало.
После задержания, по словам следователя, Мельничук рассказывал о повторяющихся кошмарах, в которых ему снилась убитая девочка. Он также говорил, что помнит квартиру на Шаболовке настолько хорошо, что способен пройти по ней с закрытыми глазами. Мягков утверждал, что после признания Мельничук раскаялся и был готов сотрудничать со следствием.
В ходе следственного эксперимента Мельничук показал путь, которым он попал в пентхаус. Следователь отмечал, что тот действительно уверенно ориентировался в огромной трехуровневой квартире, хотя за 10 лет там сменились владельцы и обстановка. Он описал расположение комнат, место встречи с Викторией, как он убирался после преступления и каким маршрутом он уходил.
По нынешней версии обвинения, Мельничук обследовал этажи дома, поднялся на крышу и прошел по парапету к балкону пентхауса. Дверь мансарды оказалась прикрыта неплотно, и через нее он попал на верхний уровень. Поэтому в квартире не было следов взлома, а засовы изнутри остались закрытыми: убийце и не нужно было открывать входную дверь.
Внутри Мельничук начал искать ценности, но, когда он был на втором уровне, возле ванной его заметила Виктория. Следствие утверждает, что он сначала ударил ее, затем спустился на кухню, взял нож и вернулся. На шум вышла девятилетняя Нинэ и увидела нападавшего. Мельничук решил убить и ее, чтобы девочка не смогла его опознать.
После нападения Мельничук пытался смыть кровь с одежды, пола и мебели. Он использовал полотенца и тряпки, которые затем сложил в пакет и туда же положил завернутый нож. Орудие убийства он позднее выбросил.
Из квартиры, по версии обвинения, Мельничук похитил деньги, украшения, сумки, кошельки, наушники, один бриллиант и другие вещи. Общую стоимость украденного следствие оценило в более чем 568 тысяч рублей. Пентхаус он покинул тем же путем, каким проник в него, — через мансарду, балкон и крышу.
***
В августе 2026 года прокуратура утвердила обвинительное заключение и направила материалы в суд. Но даже после признания Мельничука у Хорена Казаряна остался вопрос: а может, в квартире в момент убийства был кто-то еще? Тот самый кровавый след обуви 39–40-го размера, который когда-то нашли в квартире, по его словам, не подходит и Мельничуку — у того нога тоже больше. Следователи, однако, сообщили, что версию о соучастниках проверяли, но доказательств не нашли.
Возможно, это не след убийцы и Мельничук действительно убил Викторию и Нинэ. Но следствие уже однажды решило, что все ясно, — и назвало Казаряна главным обвиняемым. Поэтому, пока нет ответа на вопрос, чей это след и как он связан с преступлением, эту историю нельзя считать законченной.
Автор: Иван Елисеев
Фото: mk.ru