Мандолина в кустах

Опознание липецкого губернатора

Карта мира изменилась, образовался треугольник Пхеньян — Гавана — Липецк. Потому что по-настоящему в нашем “красном поясе” теперь и остался один Липецк. Во всяком случае Воронеж проголосовал за “Единство”, в Тамбове ельцинский представитель Бетин прокатил коммуниста Рябова на выборах губернатора и т. д. И только Липецкая область голосует мощно и бескомпромиссно: и депутат здесь коммунист, и по спискам за КПРФ — 40% (у “Единства” в области в два с лишним раза меньше голосов, а у “Отечества” — почти в шесть).

Мы не раз рассказывали о сложившейся здесь малоприятной экономической ситуации и в поисках причин всякий раз упирались в областную администрацию, возглавляемую Олегом Королевым — зюгановским протеже и одновременно замом Строева, председателя Совета Федерации. Логично поэтому, заканчивая “липецкий цикл”, сказать о роли личности в истории (Липецка)

Внешне Королев, может быть, самый приятный из политиков России. Не толстый, не тонкий, не усатый, не лысый, не громкий, не тихий, не старый, не молодой. Среди вконец охаризматевших губернаторов-сенаторов он, как гладкий камушек среди булыжников. Единственный, у кого на лице написано: не грубиян, не ломовой конь, не записной интриган; в результате можно сколько угодно слушать его плавные долгие речи, смотреть на его простое честное лицо, а уже через десять минут не узнать его, встретив в коридоре. Ибо он настолько правильный, что совершенно не запоминается.

Это знают журналисты, занимающиеся Советом Федерации: всякий раз даже им требуется мыслительное усилие и шевеление лицом, чтобы сообразить, кто такой Королев. Это знают и телезрители, хотя о том не догадываются, а между тем они много-много раз видели Королева по ТВ, рассказывающего, например, о работе интереснейшей комиссии, которую он возглавляет, — по Скуратову. Видели, но наверняка не помнят.

Это такой стиль: взять хоть эту комиссию — она как бы есть, но вроде бы ее и нет. Причем на какие бы Королев свои важные открытия в скуратоведении ни намекал, а интуитивно понимаешь — это не имеет ни-ка-кого значения, что-то совсем другое будет определять судьбу Скуратова — не комиссия. Ее дело — оформить, что велят. Не случайно многие знакомые депутаты и не помнят, что существует такая.

Вот так же и сам видный отечественный политик Королев — он, несомненно, есть, но кто об этом помнит?

...Сейчас кое-кто из читателей внутренне взъерошился: чего это журналист придирается к внешним данным: а может быть, Королев просто скромен или неартистичен?.. О, вы не видели его на выборах губернатора — орел! Липецкие дети писались со страху, когда он обещал удвоить зарплату через месяц после выборов. И, кстати, не то что удвоил, а прямо ушестерил и удесятерил, хотя и не всем.

...Зря я сразу взял ироничный тон. Понимаете, по официальной статистике, средний липчанин теперь почти на треть беднее среднего россиянина. Притом что живет в некогда могучем сельскохозяйственном регионе, да еще имеет валютного мирового монстра — Новолипецкий комбинат.

Но! Ведь и липецкий губернатор скромен; хотя сам он о своих доходах упорно никому не говорит, но несложно прикинуть, что, не считая льгот, казенных машин, дач, обеспеченной счастливой старости, приятного в целом московского образа жизни и незапланированных доходов, он получает около 40 тыс. руб. в месяц (к слову, липецкая училка — 7 тыс., правда, в год, а вообще средний липчанин — 14, 4 тыс. в год же. Да еще доходы липчан в позапрошлом году уменьшились на 14% и сейчас еще на 11).

Но! При таких скромных для губернатора заработках — около полутора тысяч $ в месяц — Королев вроде бы ни разу ни на чем крупном не попался, а по нынешним временам — это почти святость. Команда его частенько попадается, но не он сам.

И проблема-то в сущности не в том, что он плохой человек, а что просто, видимо, не годится в губернаторы. В Совете Федерации, понятно, нужны такие ребята, которым можно поручить любое ответственное дело, чтобы они его тихо похоронили. Но глава области — это другое, это как бы наоборот. Однако Королева выбрали. И это уже драма, причем не самого Королева. И рассказывать об этом нужно немножко навзрыд, а не остроумничать. Потому что при знакомстве с Липецком только и осознаешь, какой, увы, пока еще бред — свободные поголовные выборы в России.

Поначалу-то Королев — загадка для исследователя. Некоторые его поступки настолько непонятны, что пытаешься объяснить это бог знает чем. Партийностью, например. И впрямь — прижал фермерство, например. Но это скорее исключение, никаких социалистических дел на самом деле в области нет — национализаций или чтоб бедным стало лучше, а богатым хуже. Очень даже наоборот.

Другая версия — он человек романтический. То есть импульсивный, наивный и оттого часто выглядящий не очень умным и очень непоследовательным. Один из первых его указов 2000 г., например, выделить “103 тысячи на двухтомник прозы члена Союза писателей Бурякова В. В.”. Это не бизнес, ибо “распределить указанное издание между департаментами образования и науки и управлением культуры для последующего направления в образовательные учреждения и учреждения культуры”. И это не любовь к отечественной литературе, потому что писатель Буряков — это, видимо, что-то вроде писателя Собакина, которого я, впрочем, не читал. И вряд ли оценят этот жест “в образовательных учреждениях”, где месячные зарплаты — размером в один личный губернаторский обед в московском кафе (если с пивом). Да и с государственной точки зрения забавно узнать, что Королев выделил на борьбу с коррупцией в области прокуратуре 150 тыс., намекая, видимо, что двухтомник Бурякова В. В. не менее актуален.

В мнении о романтизме, казалось бы, укрепляет и коммунистический бесплатный липецкий общественный транспорт. Это ведь тоже чистая романтика: какая здесь логика, если в Липецке одновременно самые большие в Черноземье коммунальные платежи: за водоснабжение и канализацию до 4 раз больше, чем у соседей, за горячую воду — в 2—3 раза. Не говорю уж, что хлеб закупается у батьки Кондратенко, и даже, по официальным данным, резко повысился удельный вес покупок продовольственных товаров. То есть липчане теперь решительно не желают покупать хрусталь и телевизоры, бросая весь свой семейный бюджет на макароны. Причем и при покупке продовольствия от мяса и колбасы понемногу отказываются (холестерин?), предпочитая тратить деньги на хлеб и картошку. И на спирт, понятно... Кстати, при росте производства водки в области на 78%(!) потребление наркотиков отнюдь не уменьшилось. (Это — в зюгановскую копилку, в гипсового Ленина с дырочкой — о достижениях ихних коммунистов по спасению нации.)

Еще очень романтичны и трогательны отношения Королева с собственной командой, набранной из тех, кто поддержал его на выборах (а не поддержал — получи по морде — в политическом смысле). И как бы ни прокалывались королевские орлы на всяких аукционах и родственности, как бы ни валили липецкую экономику — Королев от друзей не отказывается.

Но версия о романтизме и наивности отпадает, когда осознаешь, что при полном отсутствии экономической стратегии в области Королев — хороший тактик. В сущности вся его деятельность — это лавирование, история тактических маневров. Он как черт из коробочки выскочил вдруг перед выборами и на лавине совершенно завиральных обещаний лихо объехал своего покровителя — прежнего губернатора, который именно и оказался наивным и доверчивым, как дитя. Притом что был, хоть и очень дельный мужик, но немного сатрап.

А потом Королев без каких-либо особых интриг по замене руководителей предприятий, без всяких “перехватов инициативы” и т. д. попросту развалил прежние структуры, на которых строил экономику бывший губернатор, — все эти управления газификации, “Автодор” и т. д.

...Возникает важный вопрос: а зачем, собственно, он эти мощные структуры развалил, а не забрал под себя? Не заставил еще более эффективно работать на пользу области? Тем более время показало — никакой своей стратегии у него нет. Как же можно без стратегии, без...

И тут еще один вопрос-озарение, кажущийся поначалу детским: а зачем, собственно, Королев вообще выставлял свою кандидатуру в губернаторы? Какие идеи о путях для области он выстрадал, прежде чем претендовать на звание вождя?

Ответ, по-моему, в последних “избирательных” событиях. Королев свою прессу держит жестко, здесь в порядке вещей, когда редактор газеты утром видит в номере материал, которого он не ставил; какой-нибудь главный королевский “экономист”, Доровский, например, нашлепал статейку о нарастающем липецком народном счастье и передал ее вечером прямо в издательство. И хотя сам Королев в трудные для родины времена выборов всегда скромно отмалчивается, за кого он, это можно четко определить по придворной прессе.

На этот раз досталось старику Путину. Видит Бог, я хоть и сам не поклонник этого господина, но что сделала с ним липецкая пресса — лучше ему не читать. Его отсклоняли всей журналистской гурьбой, потом по одному отглаголили, отпадежили и бросили, жалкого, на обочине жизни. Любимая газета Доровского даже научно доказала, что Шойгу — “полумасон”, а Путин тянет и на полноценного упитанного масона. А уж что Путин — член Семьи, кагэбист, марионетка Березовского, плюс легкий свежий липецкий юмор на предмет “Путин — новый Распутин”, это даже и не в счет.

Видимо, тепло Королев относился тогда к Лужкову с Примаковым; во всяком случае они местной прессой не менее уважались в тот период, чем даже Зюганов и умный Шандыбин (у этих с липецкими газетами свои интимно-эксклюзивные отношения).

И вдруг — результаты выборов. Ах! Поначалу, видимо, растерялись. Заметались. Кто-то из деревенских подлипецких редакторов даже написал Путину “Открытое письмо”, выдержанное в духе перемирия; мол, хоть мы вас и обзывали гнидой, но чего не бывает между джентльменами, и вот я вам сейчас постучу на наше деревенское руководство в знак полного доверия. (И постучал.) Кое-кто из газетчиков даже стал по дурости выдвигать Королева в президенты, выдав, видимо, совсем уж заветные мысли липецкого главы.

Но скоро таковые разброд и свободомыслие были пресечены. Газеты твердо и ясно высказались в пользу молодого энергичного и.о. президента. Было тонко подмечено, что он работал в органах, т.е., человек дисциплинированный. Что он гарантирует преемственность власти. А его связи с олигархами — это сплочение всех слоев общества в единую дружную команду.

И вот, наконец, заговорил и Королев: “Современная действительность показывает, что наше общество расколото. Необходим объединитель. В этом плане показателен пример Испании, где таким выступил умница-король. У нас на эту роль по всем меркам подходит В. В. Путин”. Вместе с тем губернатор Липецка горько отметил и неприглядные черты действительности: “Много в стране политиков, кто бежит за победителем; вчера за Черномырдиным, потом за Примаковым, теперь за Путиным. Политическое кредо таких людей понятно. В то же время в стране много настоящих профессионалов, не следующих политической конъюнктуре. Настало время, чтобы они были востребованы”.

Королев не называл фамилий профессионалов. Но в эти дни и сам, и его пресса не без гордости стали подчеркивать, что в Липецке на глазах у всех происходит экономическое чудо (я уже писал на эту тему: Новолипецкий металлургический заплатил налоги, к чему Королев непричастен).

…Вообще-то, даже действительно работящие губернаторы вроде новгородского Прусака или белгородского Савченко занимаются не прогрессом, а лишь выживанием. И в тех природных зонах, где не важно, какой губернатор, а сунь в землю палку — что-нибудь вырастет; у Кондратенко в Краснодаре, в Башкирском ханстве Рахимова, в Хакасии мл. Лебедя и т.д. — и там ни денег, ни счастья (у народа). И где поставили на техпрогресс, ничего не вышло, как у Чуба, вбившего ростовские деньги в производство машины, и получившего нищее казачество и нового олигарха Парамонова (которого сейчас не могут найти). И где поверили в личное гусарство (курское гнездовье Руцких) или в личную связь с космосом (темное царство Наздратенко). Везде хреновато. И если сенатор вдруг заговорит об экономическом прорыве — это или к выборам, или намек Путину — вот какой я славный пацан, дяденька, возьми меня к себе.

Вот, по-моему, и ответ на вопрос, кто такой Королев, в чем его тактика и стратегия (а она-таки есть). Тут просто надо встряхнуться, сбросить все слова и лозунги, исходящие из липецкой администрации, и посмотреть прямым незамутненным детским взглядом на губернатора. Во-первых, здесь нет принципов или убеждений — ни в политике, ни в экономике. Кроме одного: экономикой, а, главное, финансами занимаются только мои люди. И нет партийности, а только ориентация на реальную власть, если она сильная. И нет ответственности перед людьми (как в случае с выборными обещаниями). И нет ответственности интеллигента перед истиной (рассказы о “липецком экономическом чуде”). И принципиальность всегда ситуативная — если безопасно и выгодно. И ясный взор пионера, и незапоминающиеся обтекаемые речи, и слишком хорошие стерильные манеры... Вот! Это же старый знакомый до боли тип инструктора горкома партии.

И в момент, когда мы вспомним те лица и скажем себе, что плоскостопие, косоглазие и руковождение — болезни плохо излечимые, все станет на свои места. Конечно же! Королев — скрывавшийся инструктор горкома, то есть человек, вся жизненная стратегия которого сводится к простой вещи — выжить в кресле. Именно под это все и строится. Отсюда — чего хочешь: и миролюбие, в смысле чтоб не трогали, и преданность в глазах, и развал хозяйства при провозглашаемых победах. И хорошая интуиция на то, что нужно в данный момент хозяину (отсюда и точные лозунги для народа, когда шел в губернаторы, в отличие от своего соперника — хозяйственника). И специфическое честолюбие — не чтобы дело шло хорошо (как у Лужкова или Наролина), а, главное, чтобы думали, что оно идет хорошо.

Дело не в Королеве, конечно. Липецк его выбрал — сами и пожинают (секретари горкомов в те годы хотя бы знали цену своим мальчикам-инструкторам, что на амбразуру не бросятся, а, напротив, продадут при случае. А мы — не просто плохие психологи. Чудовищно плохие. Австралийские аборигены бы лучше проголосовали). Дело же в том, что... Если помните: ослепший Фауст, слыша вокруг себя стук и звон, думал, что это строят что-то вроде дворца для человечества. Он топал ногой, вздорный старик, требовал остановить мгновение; выбрать Королева губернатором и т. д. И не знал, что стук и звон были от лопат, которыми разная гадость рыла ему могилу.

Вот и мы — не так же ли? Что-то беспрестанно скрипит вокруг нас. Вот что-то бормочут Королев и его команда. Что-то опять бубнит Зюганов. Чу! А вот и мастера художественного стука — Доренко и Сванидзе. И тихо шуршат под землей Березовский и еще какие-то Абрамовичи. Строят ли они новый мир? Несомненно, да. Другой вопрос: кто в нем будет лежать?

И я спрашиваю себя с тоской: откуда они набежали на нас? За что? Как они находят друг друга? Что можно сделать с ними?

Игорь ДОМНИКОВ

"Новая Газета" №8 28.02.00