Из своей камеры на Манхэттене Иваньков продолжает руководить своей «империей»

Тема номера

Вячеслав Кириллович Иваньков (он же Япончик, он же Слава Японец, он же Ассирийский Зять, он же Дед).

По мнению МВД и ФБР, входит в пятерку влиятельнейших российских «воров в законе». Подозревается в контрабанде оружия, наркотиков, многочисленных случаях вымогательства и убийствах. Правоохранительные органы России и США утверждают, что под его контролем преступные группы действуют на территории России, Украины, Белоруссии, Франции, Германии, Австрии, Канады и США. Большую часть обвинений, впрочем, доказать не удалось. Летом прошлого года решением суда присяжных в Бруклине, Нью-Йорк, был признан виновным в создании преступной группы и вымогательстве у двух российских граждан 3,5 миллиона долларов и позднее осужден на 9 с половиной лет.

По отзывам людей, знавших Иванькова в Нью-Йорке, Япончик всегда был отменно вежлив, предупредителен, любил историческую литературу, практически не пил и изредка покуривал «Вирджиния Супер Лайтс». Сейчас он ждет результатов поданной его адвокатами апелляции в нью-йоркской тюрьме МСС (Metropolitan Correctional Center), почти в самом центре города, в нижнем Манхэттене.

Для человека, проведшего больше десяти лет в советских тюрьмах и колониях, условия содержания в МСС должны напоминать курорт. Это даже не тюрьма, а СИЗО — следственный изолятор, в котором 830 человек ожидают результатов рассмотрения своих дел: камеры на двоих, которые закрываются с 11 вечера до 6 утра, пять душевых и туалетов на блок (100 человек). Трехразовое питание, причем порции можно брать сколь угодно большие. Днем заключенные могут свободно передвигаться по этажу, играть во что угодно — от карт до «Монополии», заказывать книги в тюремной библиотеке, которая насчитывает 2000 томов, и выписывать любые газеты. На один блок — четыре телевизора и столько же телефонов, пользоваться которыми можно 17 часов в день. При желании можно работать в тюремной мастерской, но большинство предпочитает знакомиться с собственными делами.

Впрочем, одна вещь может перечеркнуть все преимущества МСС. В Америке, независимо от срока заключения, не бывает личных свиданий. Это в российских тюрьмах за примерное поведение раз в полгода можно получить возможность провести три дня с женой в отдельной комнатке на территории колонии. С почти домашней плитой и кроватью. В МСС заключенным разрешено три свидания в неделю. Но только в общей комнате для посетителей, где тридцать человек сидят плечом к плечу на пластмассовых стульях. И никаких передач из дома.

Япончик до сих пор утверждает, что он невиновен, а дело было полностью сфабриковано спецслужбами Америки и России. На Родине же его дело продолжают обсуждать, не очень-то веря в надежность американских тюремных запоров.

СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ ПРОТИВ ВЯЧЕСЛАВА ИВАНЬКОВА

Показания, данные агентами ФБР на процессе по делу Япончика, не раз опровергались адвокатами Иванькова, свидетели обвинения путались в именах и датах, попутно сознаваясь в собственных преступлениях. Для присяжных, как обычно представлявших не самые образованные слои американского общества, даже завели специальную грифельную доску, на которой изо дня в день писали латинскими буквами российские имена и прозвища. Специально для них прокурор прочитал целую лекцию о том, что одна из кличек Иванькова — Дед — на самом деле означает... ну, примерно то же самое, что и Крестный отец у итальянской мафии. Казалось, подготовленное с таким трудом дело рассыпается на глазах, и адвокат Япончика — Барри Слотник — в день вынесения приговора даже заказал праздничный банкет, чтобы отметить выход обвиняемых на свободу.

Банкет не состоялся. Присяжные единогласно решили, что Иваньков виновен. Обвинительное заключение, подготовленное ФБР, перевесило все аргументы защиты и, несмотря на множество явных несовпадений и недоказуемых фактов, сыграло решающую роль в судьбе Япончика, еще раз подтвердив одну старую истину: бороться с государством бесполезно. Если оно хочет вас посадить, то, будьте уверены, посадит.

Редакция не комментирует показания секретных источников, полностью оставляя на совести ФБР данные его агентов.

Из показаний специального агента ФБР Лестера Р. Макналти:

Общие сведения об обвиняемом.
«...Вячеслав Кириллович Иваньков (он же Япончик), принадлежит к элитной группе преступников, известных в Советском Союзе как «воры в законе». Он руководит международной преступной организацией, связанной с торговлей наркотиками, вымогательством...

Иваньков создал преступную организацию в России примерно в 1980 г. Используя фальшивые или украденные милицейские документы, члены группировки Иванькова проводили «обыски» в домах состоятельных людей и похищали деньги и другие ценности. За эти преступления Иваньков был осужден на 14 лет тюремного заключения. В соответствии с информацией, полученной от МВД России, дав взятку члену Верховного суда России, в 1991 году Иваньков был освобожден, отбыв только 10 лет...

После освобождения из тюрьмы Иваньков начал работу по организации преступной группы в США. В январе 1993-го МВД сообщило ФБР, что Иваньков въехал в страну, для того чтобы координировать русскую организованную преступность (РОС) в этой стране. МВД также передало американской стороне список номеров телефонов, по которым может звонить Иваньков во время пребывания в США, после чего в телефонные линии были установлены определители номеров. Анализ телефонных переговоров выявил, что Иваньков использовал вышеназванные номера для переговоров с установленными членами русских преступных группировок. Со времени его приезда в США агентами ФБР не раз фиксировались встречи Иванькова с другими известными членами РОС. Иваньков зарегистрировал по крайней мере одну компанию в Нью-Йорке («Славик Инкорпорейтед»), служащую для отмывания денег. Он также участвовал в нескольких случаях вымогательства...

Организация Иванькова действует в нескольких городах Европы, Канады и Соединенных Штатов, отдавая предпочтение Нью-Йорку, Лондону, Торонто, Вене, Будапешту и Москве...

В организацию Иванькова входят две основные группы «боевиков», возглавляемые Алексеем Петровым («Петрик») и Александром Иншаковым («Иншак»)... Основной помощник Иншакова — Виктор Сергеев, бывший офицер КГБ. Они совершают убийства по приказу Иванькова, в том числе пять или шесть убийств лидеров российской организованной преступности, которые «перешли дорогу» Иванькову. По сообщению «секретного источника-1», Иваньков платит группе Иншакова около 100 000 долларов в месяц. В свою очередь, члены «солнцевской» преступной группировки отчисляют часть своих «заработков» в пользу Иванькова...

Среди прочих компаний, используемых Иваньковым в криминальном бизнесе, можно назвать «Атком» (Вена), похоронную фирму «Ритуал» и «Арбат Интернешнл» в Москве. Иваньков использовал «Арбат» для переправки крупных сумм из Москвы в Будапешт, для компании, контролируемой Севой Могилевчем, одним из его ближайших помощников.

По сообщению «секретного источника-1», в последние месяцы организация Иванькова наладила тесные связи с преступной группой, которую возглавляют Анзор Кикалишвили и Иосиф Кобзон. Кикалишвили и Кобзон нелегально получают деньги от совместного предприятия «Русско-Американское», расположенного в Нью-Йорке. Также они были связаны с одним из лидеров российской организованной преступности Отари Квантришвили, убитым снайпером в Москве в апреле 1994-го.

Кобзон, Кикалишвили и Квантришвили, давая взятки одному из сотрудников российской таможни, получили специальное разрешение, освобождавшее СП «Русско-Американское» от уплаты пошлин на ввоз алкогольной и табачной продукции. Под видом оплаты за охранные услуги СП платит Кобзону и Кикалишвили за таможенные услуги и предоставляемую «крышу». (Другой «секретный источник, СИ-2» в беседе, состоявшейся 16 марта 1995 г. показал, что Иосиф Кобзон также руководит операциями по ввозу поддельной водки, на которую наклеиваются этикетки элитных сортов, в США.)

... «Секретный источник-1» также сообщил о сделке по поставке оружия и военного снаряжения, проведенной группой Кобзона — Кикалишвили. Оружие, в том числе пулеметы и системы ПВО, были поставлены из Германии в одну из арабских стран. Стоимость сделки составила от 18 до 20 миллионов долларов. По информации СИ-1, в сделке также участвовал Алимжан Тохтахунов («Тайванчик»), работающий с Кикалишвили и Кобзоном в их компании «Ассоциация XXI век», которая, как и СП «Русско-Американское», поставляет в Россию табак и алкоголь без уплаты таможенных пошлин...

Последняя попытка вымогательства у сотрудников фирмы «Саммит Интернешнл»

В марте 1995 г. «секретный источник-1» сообщил агентам ФБР, что Иваньков пытается получить деньги с инвестиционной компании «Саммит Интернешнл» в Нью-Йорке, которую возглавляют граждане России Александр Волков и Владимир Волошин...

Как утверждает «СИ-1», предыстория дела такова: весной 1994 г. глава российского банка «Чара» передал «Саммиту» 2,7 миллиона долларов для инвестирования в различные ценные бумаги. В августе 1994-го, когда у инвестора возникли финансовые проблемы, он сообщил Волкову, что если ему позвонит человек и назовет кодовое слово, то «Саммит» должен вернуть все деньги. Вскоре Волкову позвонили и, назвав пароль, потребовали вернуть деньги в конце года...

В конце 1994 г. глава «Чары» неожиданно умер, и Волкову начали звонить Рустам Садыков и Максим Коростышевский, требуя вернуть деньги... В феврале 1995 г. Садыков и Коростышевский по рекомендации Иншакова вышли на Иванькова... По сообщению «СИ-1», представители Иванькова позвонили Волкову и Волошину и назначили встречу в офисе «Саммита» на Уолл-стрит 23 февраля. В назначенное время, увидев, что к офису вместе с Максимом и Рустамом подходит сам Иваньков, Волков и Волошин испугались и покинули Нью-Йорк... После того как встреча не состоялась, неустановленный посредник вышел на них и сообщил, что теперь делом займется лично Япончик, что теперь они должны ему пять миллионов, и что теперь у них возникнет много проблем.

... Во Флориде Волков обратился за помощью в ФБР...

Участие Иванькова в операциях по торговле наркотиками

По информации «СИ-1», организация Иванькова перевозит и распространяет наркотики...

В июле 1994 г. у Иванькова возникли разногласия с Сергеем Ивановичем Тимофеевым («Сильвестром»), который возглавлял «орехово-борисовскую» группировку и контролировал значительную часть торговли наркотиками в Москве. Конфликт возник после несостоявшейся сделки, когда Тимофеев обвинил сына Иванькова Эдика в присвоении 300 000 долларов. Тимофеев был убит в результате взрыва его автомашины в сентябре 1994 г. в Москве... В январе 1995 г. Иваньков сообщил Виктору Аверину и Сергею Михайлову, возглавляющим «солнцевскую» группировку, что к ним перейдут территория и торговцы, которых раньше контролировал Тимофеев.

Перехват телефонного разговора.

9 мая 1995 г. в 15.30 Иваньков позвонил Сергею Михайлову в Москву. Они разговаривали более 50 минут, в том числе обсуждая и недавние убийства в Москве.
«Михайлов: Я звоню из места, откуда я могу говорить... Три дня назад наш друг, который был...
Иваньков: Да, да, я понял.
Михайлов: Его попросили выйти из квартиры вечером, и он позвонил мне...
Через полчаса после этого разговора его жена позвонила...
Иваньков: Да.
Михайлов: Они вышли на улицу, к ним подошли трое и начали...
Иваньков: Стрелять.
Михайлов: Стрелять. С ними был один парень и его убили на месте. Второй в тяжелом состоянии, и наш тоже в критическом. Он три дня пролежал в реанимации и только сегодня начал говорить. Он знает людей, которые стреляли. И думает, что они пошли против воровского закона. Понимаешь?»
В конце разговора Иваньков сказал Михайлову, что он разберется в ситуации...

... В настоящее время Иваньков и «солнцевская» организация вместе занимаются перевозкой и распространением наркотиков в России. В январе 1995г. Сергей Михайлов сказал своим, что он нашел новый источник поставок больших партий кокаина в Россию, но ни Иваньков, ни его люди не должны ничего об этом знать...

ЗАГАДКА ЯПОНЧИКА

В конце января 1997 года американский суд объявил Вячеславу Иванькову, известному «вору в законе» с «погонялом» Япончик, вердикт «виновен» — «русский мафиози» получил сто пятнадцать месяцев тюрьмы. Дело «Соединенные Штаты против Вячеслава Кирилловича Иванькова» закончилось. Однако загадки вокруг личности самого Япончика остались — несмотря на множество публикаций о нем в газетах и журналах, несмотря на книгу, посвященную процессу Иванькова, несмотря на многочисленные телепередачи... Как «вор», которого называли безусловным лидером организованной преступности, сумел досрочно выйти на свободу в России и с немыслимой быстротой перебраться в США? Занятно, что нигде не было внятно сказано о том, что фигура Япончика являлась, по сути, камнем преткновения в разворачивающейся в конце 80-х — начале 90-х годов настоящей «войне методологий» двух спецслужб в СССР.

Что же все-таки произошло, как Япончик, осужденный за дерзкие разбойные нападения в 1982 году на 14 лет, вышел на свободу через десять? Для того чтобы попробовать ответить на этот вопрос, нам придется окунуться не только в прошлое Иванькова, но и попытаться понять, что же такое «вор в законе» — просто набивший оскомину штамп или все-таки нечто большее?

Отечественные специалисты, изучающие феномен, полагают, что необходимость получения криминальным авторитетом статуса «вора» в большей степени носит идеологический характер. Обязуясь жить по неписаным воровским законам, принимая на себя обязанности «правозащитника» арестованных в СИЗО, тюрьмах и исправительно-трудовых колониях, помогая семьям осужденных на воле (за счет общака), «воры» заранее знают, что они становятся яркой мишенью для правоохранительных органов. Однако статус «вора» при всем при том автоматически дает обладателю гарантии неприкосновенности, личной безопасности и благополучия как в СИЗО, тюрьме и зоне, так и на воле. По крайней мере так было раньше. И вот за эту самую личную неприкосновенность и безопасность «воры» готовы были отдать очень многое. За много лет попыток изучения мира воров работникам оперчастей ИТУ и сыщикам так и не удалось получить оперативным путем или изъять в ходе следственных действий «воровской кодекс». Лишь в работах некоторых криминологов приводятся отдельные заповеди из «воровского закона» «10 — 15 заповедей». Скорее всего преступный мир в лице своих идеологов — «воров в законе» — преднамеренно не фиксирует свои правила поведения, давая себе возможность тем самым трансформировать их в своих интересах, а не жить строго по неписаному закону, который придумали их деды.

Первыми интересоваться возможностями оперативного проникновения в воровской мир начали сотрудники КГБ. Старт был дан в середине 80-х годов, когда работники Госбезопасности пошли на санкционированные контакты с «ворами». Без их внимания не осталась ни одна «воровская» тюрьма (Владимирская, Тулунская, «Белый Лебедь» и многие другие). Доверительные беседы комитетчики вели с большинством «воров в законе», при этом остается загадкой, что же обещалось конкретно генералам преступного мира? Однако известно, что сотрудники КГБ постарались изъять из ГУЛАГовских архивов все компрометирующие «воров» документы — подписки об отказе от воровских традиций, подписки о сотрудничестве и так далее. Очевидно, что комитет пошел по наиболее легкому пути — им не надо тратить силы для выявления авторитетов на воле, подбирать агентуру для их разработки.

В 1991 году в преступных кругах СССР крайне обострились отношения между славянскими и грузинскими (называемыми «лаврушниками») «ворами в законе» — обострения эти все чаще доходили до открытых силовых столкновений. Одновременно быстрыми темпами шло сращивание уголовно-экономической преступности, расцветала пышным цветом коррупция, вошел в рабочий обиход и термин «заказные убийства». Именно в то время в стране появились лидеры, строившие свои воровские семьи по образу и подобию зарубежных мафиозных структур. Ярким представителем такого типа лидера можно было считать Отари Квантришвили, одного из подельников Япончика. Квантришвили удалось в свое время легализовать нажитый преступным путем капитал, и он, пользуясь поддержкой большинства преступных авторитетов как старой, так и новой формации, заводя связи среди высокопоставленных чиновников, быстро превращался в нового преступного идеолога всего московского региона. Он первым из уголовных авторитетов включился в активную политическую деятельность (заметим, что это никак не вязалось с воровскими традициями). В апреле 1994 года, выходя из Краснопресненских бань, он был застрелен наемным убийцей из спортивной мелкокалиберной винтовки. Убийство это осталось нераскрытым до сих пор. Однако некоторые информированные работники правоохранительных органов позволяют себе предположить, что эта ликвидация была делом рук спецслужб. В данном конкретном случае обращали на себя внимание не столько даже точность выстрела (найти снайпера может кто угодно), сколько «вывод» стрелка на цель — и вот здесь без серьезной организации было обойтись очень сложно: есть версия, что Квантришвили, быстро набрав авторитет и вес, стал потихоньку уходить из-под контроля «кураторов»...

Однако вернемся к Япончику, именно в конце 80-х — начале 90-х годов вопрос о его освобождении стал чрезвычайно актуальным для тех, кто пытался контролировать организованную преступность изнутри. Япончик был коронован на «вора» почти сразу после получения срока в 1982 году в Тулунской тюрьме. Десять лет воровской жизни в местах лишения свободы для него не прошли бесследно: к концу 80-х он превращается в настоящего идеолога русского воровского движения. Он мог стать тем «вором», который бы реально противостоял «лаврушникам» в центральном регионе. На протяжении всех десяти лет отсидки Иваньков через адвокатов и свои связи в правоохранительных органах постоянно обращался в различные инстанции, жалуясь на свое «незаконное осуждение». Однако долгое время все эти обращения оставались без ответа. Но в самом конце 80-х все вдруг резко изменилось: именно тогда к Япончику в Тулунскую тюрьму зачастили сотрудники КГБ и МВД СССР. О чем с ними беседовал Иваньков — не известно. Однако сам факт приватных бесед «вора» с обработчиками не укладывается ни в какие рамки неписаных воровских законов. (Покойный ныне Витя-Калина, например, в 1991 году приходил по вызову в 6-е управление МВД СССР, однако без третьего лица никаких бесед с сотрудниками не вел. Во Владимирском централе другой «вор в законе», Александр Захаров по кличке Захар, также не беседовал с операми один на один.)

Из архивных материалов.

СПЕЦСООБЩЕНИЕ.
НАЧАЛЬНИКУ... СЕКРЕТНО. ЛИЧНО
...Получены агентурные сведения от источника, заслуживающего доверия: к Япончику приезжал адвокат из Москвы, прорабатывали вопрос его досрочного освобождения из тюрьмы. При положительном решении вопроса Иваньков намерен выехать в США. Цель выезда неизвестна. Со слов одного из сокамерников Япончика «Х» стало известно, что он нашел в личных вещах Иванькова подписку, написанную печатными буквами, цель ее написания источнику неизвестна...

Следует отметить, что в ходе проведенного специалистами анализа с использованием архивных материалов ГУЛАГа выяснилось — около 70 процентов «воров», осужденных и отбывших наказание в ИТУ и тюрьмах, в разное время имели в той или иной форме контакт с операми, являясь при этом доверенными лицами, осведомителями или источниками. При этом такие «воры» шли на контакт только с начальником зоны («Хозяином») либо с начальником оперчасти («Кумом»). Подписки, дававшиеся «ворами», были необходимы для того, чтобы держать уголовных авторитетов в узде. Если бы они всплыли в воровском мире, автору подписки неминуемо выносился смертный приговор. Тексты таких подписок, как правило, похожи на эту, оставленную одним из авторитетнейших «воров»:

НАЧАЛЬНИКУ УПРАВЛЕНИЯ П/Я А.М224
ПОЛКОВНИКУ...
ОТ ОСУЖ...
ПОДПИСКА
Я осуж. Вор поклички «....» отказываются от воровского звания и проповедония воровских идей. Обезуюсь помогать... Прошу Вас не распространять о наших разговорах как с Вами и... Сам я буду хранить тайны и по возможности присикать преступные проявления. Прошу Вашего ходатайства о направлении меня на лечение в больницу.
24.04.19... ...... (подпись).

Когда в конце 80-х — начале 90-х годов пошла странная информация о попытках досрочного освобождения Япончика, сыщикам из МВД пояснили в ходе консультации в ГУИН МВД СССР, что досрочное освобождение такой категории лиц противоречит действующему законодательству и на практике никогда не применялось. Однако история с Япончиком резко выходила за рамки привычной практики. С мая 1989 года за ним не числится ни одного нарушения режима содержания. Более того, осужденный Иваньков старается открыто не участвовать в процессах воровской жизни тюрьмы.

Из материалов протокола заседания административной комиссии от 18.12.1990 года:

«...он (Япончик) встал на пусть исправления, и к нему целесообразно применение гуманного акта...»

Вскоре последовало обращение жены Иванькова к народному депутату СССР Святославу Федорову с просьбой оказать содействие в помиловании ее мужа. Дальнейшее развивалось по заранее написанному сценарию: депутатский запрос в президиум Верховного Совета СССР и председателю ВС РСФСР Борису Николаевичу Ельцину, запросы в учреждение УК-272-СТ2 (Тулунская тюрьма) и, естественно, положительный результат.

ИЗ АРХИВНЫХ МАТЕРИАЛОВ:
«...Проведена доверительная беседа с сотрудником отдела по вопросам помилования, который пояснил, что депутатские запросы с ходатайством о помиловании осужденных исполняются незамедлительно и с контролем (следовательно, в случае с Япончиком был выбран наиболее беспроигрышный вариант. — А. К.), а проверка в порядке судебного надзора о законности осуждения направляется только в Верховные суды РСФСР или СССР, по которым, как правило, выносятся протесты».

В дело вступает тогдашний заместитель председателя Верховного суда РСФСР А. Е. Меркушев, который вносит протест в президиум Мосгорсуда с целью пересмотра дела Япончика в порядке надзора. Московский городской суд оставил протест без удовлетворения. Тогда Меркушев вторично вносит протест, но уже в коллегию по уголовным делам Верховного суда РСФСР, то есть своим собственным подчиненным. Протест начальника на этот раз не остался без удовлетворения, и 14 лет были заменены Иванькову на 10, то есть на тот самый срок, который он уже отбыл к тому времени.

После вступления в силу решения Верховного суда в Тулун ушла так называемая «красная телеграмма» о необходимости скорейшего освобождения Иванькова. Любопытно, что жена Япончика прибыла еще раньше этой телеграммы и, стуча по столу начальника тюрьмы кулаком, требовала немедленного освобождения ее мужа. Однако в разработанном сценарии наступил досадный сбой, дело в том, что осужденный Иваньков имел неосторожность грубо обойтись с тюремным разносчиком журналов и причинил тому легкие телесные повреждения, за что получил четыре с половиной месяца лишения свободы. Этот срок был поглощен четырнадцатигодичным, однако смягчение касалось лишь первого приговора, так что четыре с половиной месяца Япончику пришлось все же отсидеть. За это время ряд высокопоставленных сотрудников МВД предпринимал самые активные действия, направленные на то, чтобы решение на освобождение Иванькова было отменено. Министру внутренних дел, Генеральному прокурору сотрудники 6-го управления МВД представили служебную записку о запущенном в ход сценарии и о проявившихся в процессе освобождения элементах коррупции. Однако этот документ был задержан до того момента, когда Иваньков вышел на свободу. Известно, что министр внимательно читал записку, но обратного хода процессу не дал. После освобождения Япончик попал под плотную оперативную разработку. Работники 6-го управления составили и передали через каналы Интерпола специальное информационное сообщение для руководства ФБР США о том, что Япончик имеет намерение перебраться в Соединенные Штаты, «с целью быть эмиссаром российского преступного мира в США, образования там мафии и организации заказных убийств». Насколько соответствовала эта информация действительности, сказать трудно — оставим ее на совести работников «шестерки». Возможно, они просто хотели нагнать на американцев страху, с тем чтобы Иванькову не разрешили въезд в США. Вскоре после того как упомянутая информация дошла по адресу, в Россию прибыл некий американский журналист из «Нью-Йорк таймс» (Иваньков в тот момент уже находился в Штатах). Этот журналист вышел непосредственно на разрабатывавшего Япончика сотрудника, якобы с целью сделать о нем материал. Однако при встречах корреспондент задавал вопросы не столько о делах Япончика в России, сколько старался получить упреждающую информацию о возможной деятельности Иванькова в США.

ФБР требовался объект, подходящий для изучения менталитета, образа действий и возможных интересов российской преступности в Америке. Не исключено, что подобным объектом стал для них Вячеслав Иваньков. Япончик не пошел на прямой добровольный контакт с ФБР, возможно, именно поэтому его и упрятали в тюрьму, фактически подставив под определенное дело — вымогательство с «Чарой». То есть ФБР одним выстрелом убивало двух зайцев. С одной стороны, подтверждало свою мощь и засаживала Япончика в тюрьму за организованную преступную деятельность, а с другой стороны — получала возможность изучать его и заниматься его вербовкой.

В последние годы в руководстве МВД возникла концепция нового метода борьбы с лидерами преступного мира, когда в ходе разборок между организованными преступными группировками или отдельными авторитетами объекты разработок сыщиков убиваются, а дела после этого сдаются в архив. При этом разработка считается реализованной в связи со смертью фигуранта. По мнению ряда высокопоставленных аналитиков, это — глубокая ошибка. Поощряя этот метод, правоохранительные органы практически расписываются в собственном бессилии.

Архивные материалы МВД России. Из докладной записки заместителя министра внутренних дел: «...К началу 1991 года проводимый комплекс агентурно-оперативных мероприятий по разработке организованных преступных сообществ не дал желаемых результатов. Происходящие в преступном мире процессы становятся неуправляемыми и выходят из-под контроля спецслужбы. Считаем необходимым вербовку наиболее авторитетных «воров в законе» и использование их как агентов влияния с целью стабилизации оперативной обстановки в центре и на местах...»

Андрей КОНСТАНТИНОВ,
Служба расследований издательского дома «Шанс» Санкт-Петербург

Фото А. Орлова, Л. Шерстенникова

«В ЗАКОНЕ» И ВНЕ ЗАКОНА