Сдавайся кто может

Их полное и окончательное превосходительство

ПОКА РОССИЯ ПРАЗДНОВАЛА РОЖДЕСТВО, АМЕРИКА ОБЪЯВИЛА О СВОЕЙ ПОБЕДЕ В ЯДЕРНОЙ ГОНКЕ, ОКОНЧАТЕЛЬНО ПОСТАВИВ ТОЧКУ В 50-ЛЕТНЕМ ВОЕННОМ СОРЕВНОВАНИИ СВЕРХДЕРЖАВ. ТЕПЕРЬ, НЕ ОЖИДАЯ ОТ РОССИИ НИ ПЕРВОГО, НИ ОТВЕТНОГО ЯДЕРНОГО УДАРОВ, США ГОТОВЫ НАЧАТЬ СОРЕВНОВАНИЕ С РОССИЙСКИМИ АТОМНЫМИ РЕАКТОРАМИ И ЗАВОЕВАТЬ МОНОПОЛЬНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ В ЯДЕРНОЙ ЭНЕРГЕТИКЕ.

Роберт Белл, отвечающий в Совете национальной безопасности (СНБ) США за вопросы обороны и контроля над вооружениями, сделал сенсационное заявление. Он провел в Вашингтоне пресс-конференцию, на которой сообщил, что американское правительство больше не боится российского стратегического ядерного оружия. Мол, выиграна не только холодная война, но и ядерная гонка.
Белл объявил, что в мире не осталось других государств, кроме США, способных вести затяжную ядерную войну. Поэтому в конце ноября Билл Клинтон внес коррективы в знаменитую рейгановскую ядерную директиву 1981 года и вместо военного сдерживания сделал упор на нераспространении ядерных материалов. Теперь в США боятся не столько генералов-ракетчиков, которые подчиняются верной договорным обязательствам Москве, сколько лаборантов из исследовательских центров, разбросанных по всей России.
На пресс-конференции Беллу помогал эксперт по ядерному оружию из Института Брукингса, бывший офицер стратегических сил США Брюс Блэйр. Не будучи обременен официальным статусом, он более откровенно обрисовал новые "ядерные рубежи" Америки:
— Сегодня и в обозримом будущем ядерные арсеналы США будут обладать превосходством над российскими стратегическими силами и составлять для них большую угрозу, чем это было в 80-е годы. Нынешний баланс стратегических сил сместился в пользу США даже по сравнению с началом 60-х годов, когда американское преимущество над СССР было подавляющим.

У историков есть все основания поставить жирную точку в драматичном повествовании о 50-летнем захватывающем дух соперничестве. Обе державы пытались обойти друг друга не только по количеству ядерных боеголовок, но и по технологии средств доставки. Первый рывок в модернизации стратегических сил сделал в 1972-73 годах СССР, поставив на вооружение ракеты наземного базирования с разделяющимися боеголовками SS-11 и SS-13. За 5 лет СССР увеличил количество боеголовок с 14 тысяч до 25 тысяч. И к 1978 году впервые обошел заокеанского соперника примерно на 1000 ядерных боеголовок, преодолев за несколько лет двукратное отставание.
Второй вехой в ядерном соревновании стал 1981 год, когда у СССР появилась знаменитая многоблочная SS-18 ("Сатана") с десятью разделяющимися боеголовками. Аналога у США не было. Тогда США вышли из положения, сделав акцент на своем традиционном преимуществе в средствах доставки морского базирования: на подводных лодках типа "Огайо" разместили баллистические ракеты "Трайдент-1" и "Трайдент-2".
Последний рывок в ядерном противостоянии пришелся на авиацию. СССР в 1986 году ввел в строй бомбардировщик Ту-95 с крылатыми ракетами на борту. США ответили бомбардировщиком B-2. На этом технологическая битва кончилась: после 1988 года ни та ни другая сторона не ввела ни одной новой системы вооружения.
Далее военное противостояние определялось темпами сокращения боеголовок и носителей с обеих сторон. Темп задавали политики, подписывая договоры о сокращении тактических и стратегических вооружений.

Сегодня в американском Совете национальной безопасности полагают, что российское руководство вряд ли примет политическое решение о внезапном ядерном нападении. Несанкционированный ядерный удар тоже практически исключают. В этом в конце прошлого года убедился главнокомандующий стратегическими силами США генерал Юджин Хейбиджер, осмотревший командные пункты и стартовые позиции российских межконтинентальных ракет. По возвращении генерал заверил свое руководство, что защита пусковых устройств от посторонних лиц в России вполне надежна.
В отчете министру обороны Хейбиджер указал, что ракеты SS-24 на одной из баз под Костромой имеют больше степеней защиты, чем их аналоги в США. На главных узлах пусковых комплексов дежурят одновременно по три офицера, тогда как в США — только два. Правда, американцы впереди по средствам электронного контроля. Но это генерал объясняет сравнительной дешевизной "человеческого фактора" в России.
Белл пообещал, что в ближайшее время внимание СНБ и спецслужб США будет все больше сосредоточено на других частях ядерного наследства СССР. В том числе небольших лабораториях и местах хранения радиоактивных материалов.
Для того чтобы обеспечить необратимость американского технологического лидерства, к дальнейшей "ядерной зачистке" постсоветского пространства будут привлекаться и гражданские ведомства. Например, руководителем департамента министерства энергетики по нераспространению и ядерной безопасности в ноябре назначили знатока ядерных технологий и русского языка Роуз Готтемюллер. Она была одной из ключевых фигур в годы "холодной войны" и известна как главный эксперт по советским программам создания крылатых ракет. Позднее Готтемюллер координировала программы ядерной безопасности Украины, Белоруссии и Казахстана.
В прошлом году конгресс США одобрил ассигнования в $234,6 млн, которые запросило на 1998 финансовый год министерство энергетики для проектов по ядерному нераспространению в России.

Пресс-конференция Белла и Блэйра стала продолжением той дискуссии о ядерной перестройке, которая в последние месяцы развернулась в Америке. В России ее пока демонстративно не замечают (если не считать недавнего присуждения бывшему командующему ракетными силами стратегического назначения Игорю Сергееву звания маршала). Попытки редакции Ъ получить официальные комментарии российских властей на заявление Белла окончились безрезультатно. Возможно, Москве потребуется время, чтобы сформулировать новый взгляд на роль и место стратегических ядерных сил.
Тем не менее в российском Минатоме считают, что опасаться планов США, касающихся СНГ, нет оснований. Американская программа контроля реакторов АЭС и ядерных лабораторий находится, в свою очередь, под строгим российским контролем. "Они делают все то, что мы им скажем",— заявил Ъ первый заместитель министра Лев Рябев.
Американские системы слежения за движением ядерных материалов, установленные на российских объектах, помогают предотвращать кражи не только извне, но и изнутри. Поэтому часть новой доктрины США, касающуюся нераспространения ядерных материалов, в Минатоме считают не вызовом, а сотрудничеством.
На рынке ядерной энергетики Минатом пока чувствует себя уверенно. Россия не только не планирует сворачивать крупномасштабные ядерные проекты, но и заявила недавно о планах строительства АЭС в Индии, Индонезии и Китае. Таким образом, соперничество двух ядерных сверхдержав в XXI веке будет носить сугубо коммерческий характер.

МАРИНА КАЛАШНИКОВА, ВИКТОР КАЛАШНИКОВ

Журнал "Коммерсантъ Власть" №1 от 20.01.1998, стр. 21