Сарказм, сокрушительная ирония группы «Ногу свело!» доводит до белого каления одних и радостно будоражит других. «Издеваются!» — стонут первые. «И поделом!» — торжествуют другие. Так ли? Записать Максима Покровского в клан друзей или врагов легко, но гораздо труднее разобраться, кто он на самом деле. Так цирковой клоун показывает язык всему залу. И дело зрителей — смеяться или негодовать.

МАМБУРА О НАРОДЕ

Наш последний клип сделан на песню «Волки», и она — про любовь. Сказать о песне больше — все равно что послушать рассказ Ивана Константиновича Айвазовского, который, стоя у картины «Среди волн», объясняет, что все на ней — среди волн. Столь же разумно. Действие клипа разворачивается в некоем, условно говоря, пансионате, где находимся мы — четверо людей и двое сказочных персонажей. Место это можно назвать сумасшедшим домом... Не в плохом смысле, дурдом — достойная структура. В альбоме «1:0 в пользу девочек» мы даже посвятили ему хорошую песню.

Некоторые говорят, что в сумасшедший дом превратилась вся страна. На самом деле все зависит от желания быть психом. Мне очень запомнилась пресс-конференция на празднике, посвященном Российскому флагу. Все вопросы там, по сути, свелись к двум. Первый: праздник Российского флага — это повод «нажраться» или действительно праздник? Второй: поскольку название концерта «Три цвета музыки» (по цветам флага), а мы выступаем во втором отделении, как бы соответствующем голубому цвету, то?.. Я спрашиваю журналиста: «Вы хотите сказать, что все, кто играет во втором блоке, — педерасты?» Отвечает: «Не совсем». Так вот, если ты уважаешь себя, любишь свою маму, небо над головой — ты будешь любить свой флаг. И вопросов не возникнет. Но журналисты — дети своего народа и повторяют его реакции. А в народе самоирония превращается в самоглумление. В «Незнайке на Луне» люди засовывали голову в дыру на щите, очень маленькую, такую, что вертеть головой невозможно. И в лицо им кидали гнилые яблоки. Но там за это платили фантики! А наш народ занимается этим бесплатно.

МАМБУРА О НЕЗНАЙКЕ

«Незнайку на Луне» мне много читал прадед. До школы, а потом в первом, втором классе. Не потому, что я плохо владел грамотой. Нравилось, когда он читает вслух. К слову сказать, в Днепропетровске до сих пор здравствует моя прабабушка. Таким образом, у моего сына есть живая прапрабабушка, хотя он ни разу ее не видел! Разве не хорошо? Стану ли я читать будущему внуку «Незнайку»? Вряд ли, потому что я плохой чтец, быстро хрипну от говорильни. Но книжка очень хорошая. И вполне подходящая детям, потому что там не стерты грани между полами, но абсолютно отсутствует секс. Есть малыши и малышки, они, бывает, танцуют, но дальше этого не заходит. Интеллигентно и тактично обойдена половая тема, притом, что это живое капиталистическое общество с гангстерами, биржами, газетами и всем, что сейчас происходит. Я знаю ее почти наизусть... Ну, например, как господин Скуперфильд чистил зубы в гостинице господина Краббса, которую они из-за скупости Скуперфильда сняли на двоих. Он обмакивал щетку в зубной порошок, принадлежавший Краббсу; намыливал руки и лицо мылом Краббса; открывал разные коробочки, пытаясь определить, в чьей наилучший запах. Закончилось все тем, что Скуперфильд, засунув нос в коробку, чихнул и очень расстроился, увидев, какой громадный расход порошка он понес, но моментально утешился, поняв, что держал в руке коробочку Краббса!

ЕЩЕ ОДНА МАМБУРА О НАРОДЕ

Гуляю я как-то у себя в Митине. Москва там заканчивается, и начинается поле, лес. Вижу, пасется лошадь. Мы подошли, погладили ее. Тут появляется дед, прямо Лев Толстой, статный, высокий, в светлой одежде. Подходит и... готов уже по морде дать. Не положено, мол, без спросу к животным лезть. Закончилось все по-доброму, рассказал, что у него школьное хозяйство и лошади пропадают. За кольцевой дорогой, вот, лошадь зарезали, съели. Говорит, и ни одной кривой фразы. Все с благородством, с подачей и ясным взглядом. Можно ли сказать, что он из «дурдома»?

Когда каждый научится делать собственное дело, у нас наступит порядок. Для начала нужно перестать в автобусе рыгать чесночной колбасой. Потом научиться улыбаться. А потом — вести цивилизованную речь. Задача почти невыполнимая, но побудем утопистами. Чего и вам желаю. Нужно уметь сосредотачиваться на себе, а эти шатания в экономике не стоят нашего внимания. Даже сотой доли природы того процесса, который идет в высших кругах, никогда не будем знать ни я, ни вы, несмотря на всю нашу уверенность. А мне звонят знакомые, мама жалуется, что подсолнечное масло стоило 10, а теперь — 40. Да пусть прольется это масло, ничего мы не изменим! Мое дело сейчас — выйти и спеть не про масло! И, может быть, в который раз повторить старую песню. Музыканту приходится это делать постоянно. Казалось бы, рутина. Но все познается в сравнении.

МАМБУРА ОБ ОСОБЕННОМ

Цирковой артист всю жизнь мечтает о собственном номере. Когда он получает такой номер, предположим, его ставит Гнеушев, — номер начинает покупаться. И артисту по силам заключить полугодовой контракт, работать во Франции, Германии, Японии. Не первый год я дружу со Старым цирком Никулина и могу сказать, что у циркача на всю жизнь — всего один номер. Великие артисты могут иметь два, три. А у нас все-таки номеров, то есть песен, больше. Кроме представления, в цирке меня увлекает музыка Михаила Якимяна. Он композитор от Бога. Если с утра я заходил в цирк и слышал эту музыку (а она транслировалась по всем гримерным комнатам), то чувствовал себя весь день буквально поздоровевшим. В свое время утро для меня начиналось именно в цирке, так как с девяти часов я занимался там в танцклассе, который существует до сих пор для учащихся студии Гнеушева. И я опять хочу туда вернуться.

Я горжусь своей дружбой с цирком. Цирковые люди — совершенно особенные, и если ты принят ими, тебя по-доброму встречают — это неописуемая честь. Возможно, им близка театральность нашей музыки. Это достоинство иногда мешает нам выбрать простое решение, сделать хит, потому что на сцене хочется поставить настоящее большое шоу. В идеале, я бы доверил эту задачу Гнеушеву. Что там могло бы быть? Ничего умного я не выдумал, все либо уже было, либо... не скажу. Нужна эстетика строгих и четких линий, костюмы особенные и в чем-то непонятные мне самому. Чутье мне подсказывает, что должно быть множество разных «не...»: не цветастая рубаха, не сапожки, не заклепанные куртки... Я бы хотел, чтобы кто-то выглядел худым, железным роботом с худыми членами (имеются в виду руки-ноги). Другие могли бы быть одеты в облегающую одежду. Немного космическую, немного с другой планеты. Возможно, в странную разновидность «троечки» — пиджак, брюки, жилетка, — не в ту, конечно, в которой отправляется на свадьбу... свидетель жениха.

МАМБУРА О ВЕЛИКОМ И МОГУЧЕМ

Язык — инструмент, который настраивает на определенный лад. С языком экспериментировала еще группа «Два самолета», но не очень удачно в коммерческом плане. И мы, занимаясь музыкальной формой как таковой, подумали, что несколько вещей можно попробовать не по-русски. И они получились, вышли близкими нам по духу и, наверное, будут долго жить. Рекордсменом стала, конечно, «Хара». Она появилась на кухне, когда я что-то наигрывал на гитаре. Слова пришли ниоткуда, из глубины, какие-то неразгаданные мной самим словосочетания... Сам альбом «Хару Мамбуру» записывался на деньги фирмы «Лукьянов и брат». Спасибо им большое! В то время существовало не вполне устоявшееся понятие русского бизнесмена. Злодей он или добрая душа? И Лукьяновы остались для нас примером благородных русских мужчин, предпринимателей. Помнится, запись шла в студии в подмосковном городке Яхрома. Светило солнце, три недели мы купались в канале имени Москвы. И сделали две версии «Хары». А потом сплавили их в одну, вторую — внутрь первой, и так получился этот хит. Потом нам неоценимо помог банк «Метрополь», профинансировав четыре наших клипа: «Весточка», «Сандуновские бани», «Рождественская» и «Колыбельная»...

Но теперь мы, с новой любовью, вернулись к русскому языку. В нем немало очень емких слов. Я бы хотел, чтобы люди чаще чувствовали себя «сударями» и «сударынями», а молодые девушки — «барышнями». Но в России этот язык стали забывать. А потому я уезжаю на отдых, плачу деньги турфирмам ради того, главным образом, чтобы видеть за границей нашей родины улыбающихся людей. Там, когда встречаешься с кем-то взглядом, человек обязательно улыбнется, а за ним и ты. У нас же люди злы и регулярно портят друг другу настроение. И просвета не видно. Пришел я как-то с женой в сберкассу получить деньги на ребенка. Нам их государство дает. И задал вопрос в пункте обмена валюты по поводу наличия долларов. Кассирша как раз деньги считала и гаркнула мне: «Помолчите!» Я тогда к начальству: «Дайте мне жалобную книгу». Начальство позеленело, испугалось за своего товарища-кассиршу и отвечает: «А вы знаете, что за это бывает?» Я говорю: «Ну что же вы так, ведь я улыбался и настроение хорошее было». Было...

...Из-за нынешних катаклизмов приостановлен выпуск нашего альбома «Счастлива, потому что беременна — зеленый». Там у нас будет песня «Счастлива, потому что беременна — четыре». Второй и третий номер пропустили. Они, увы, не родились, а вышел четвертый. Основой музыкальной темы для него стала песня из «синего», первого альбома. А почему концепция именно такова и мы ею увлечены — потому что так мы глядим на женщину, благородно и не унизительно по отношению к самому процессу. И цвета подходящие — зеленый и синий. Аполитичные, беспартийные, без махания кулаками. Небесный и древесный, жизнь и земля...

Записал Андрей МАСАЛЬЦЕВ
Сфотографировал Александр ДЖУС

На фото:

«Я бы хотел, чтобы люди чувствовали себя «сударями» и «сударынями». В роли «сударыни» актриса Дина Корзун.
«Ногу свело, голову... Неужто кризис?»
«Если каждый у нас сделает вот так, стране будет хорошо».

МАКСИМ ПОКРОВСКИЙ: МАМБУРЫ О ГЛАВНОМ