Госдума защитила секс от порнографии
После бурных дебатов о судьбе Юрия Скуратова (см. стр. 4 и 5) Госдума вновь вернулась к сексуальной теме, приняв в третьем чтении закон "О государственной защите нравственности и здоровья граждан и об усилении контроля за использованием продукции сексуального характера". Обсуждение этого вопроса вылилось в очередной скандал. Репортаж ДМИТРИЯ Ъ-КАМЫШЕВА.

Поначалу ничто не предвещало бури. Представлявший законопроект глава комитета по культуре Станислав Говорухин сообщил депутатам, что из-за пробелов в законодательстве "участники секс-бизнеса чувствуют себя все более безнаказанно". По его словам, объем контрабанды "продукции сексуального характера" вырос на 80%, причем одной лишь аудио- и видеопродукции такого рода производится на $1 млрд в год. Принятие же закона позволит ввести эту деятельность в строгие рамки, получать от нее доходы и ограничить распространение секс-продукции специально отведенными местами. После этого Говорухин попросил вернуть закон на второе чтение для внесения ряда чисто технических поправок, что и было сделано.
Тут-то и грянул гром. Депутат Татьяна Астраханкина (КПРФ) заявила, что ее избиратели требуют не принимать антинародный закон, легализующий проституцию и прочие безобразия. В доказательство она помахала увесистой пачкой телеграмм, сообщив докладчику: "Трудно посчитать, сколько их здесь, но все полторы тысячи я передаю вам". Коллегу поддержала Светлана Найчукова ("Народовластие"), разъяснившая, что "сейчас нет оборота сексуальной продукции, а закон его вводит". Она тоже продемонстрировала пачку телеграмм, на которые, по ее словам, "пенсионеры тратят последние деньги".
Говорухин телеграммы взял и прямо на трибуне углубился в чтение. В зале между тем шла дискуссия о том, действительно ли бабушки тратят на послания депутатам последние деньги и бабушки ли они вообще. Например, та же Найчукова со знанием дела сообщила, что это не только бабушки, но и мамы. Говорухин, изучив несколько телеграмм, твердо заявил, что "этих бабушек специально ввели в заблуждение". "Вы посмотрите, что здесь пишут,— сокрушался режиссер.— 'Возмущена законом о проституции' — и хоть застрелись!"
Заступничество Владимира Семаго ("Российские регионы"), пригрозившего в случае неодобрения закона процитировать купленную на вокзале Нижнего Новгорода неприличную книгу, особого впечатления на думцев не произвело. Дважды они пытались принять проект во втором чтении, и оба раза для этого не хватало считанных голосов (сначала 22, потом 9).
Гроза перерастала в бурю. Говорухин процитировал еще одну телеграмму ("Предатели Отечества подлежат проклятию!") и подытожил: "Вот как 'предатель Отечества' и заявляю, что комитет по культуре снимает с себя всякие обязательства по продвижению закона". Независимый депутат Николай Гончар "как отец 11-летней дочери" потребовал немедленно одобрить закон. Глава комитета по здравоохранению Николай Герасименко ("Российские регионы") профессионально разъяснил: "То, что сейчас происходит, как раз и есть порнография". А коммунисты и аграрии констатировали, что у председательствующего Бориса Кузнецова (НДР) "тоже начались сбои" и потребовали заменить его на идеологически выдержанную Светлану Горячеву (КПРФ). Они также предложили — в соответствии с тезисом "секса у нас нет" — расширить "слишком узкое" толкование порнографии и вместо ограничительных мер ввести запретительные.
Изрядно измученные этой качкой депутаты решили прекратить свои мучения одним махом и неожиданно для самих себя приняли закон и во втором (240 голосов "за"), и в третьем (233) чтениях. Разочарованный Владимир Громов (КПРФ) в сердцах назвал думский регламент "бедламентом", а депутат Астраханкина трагическим голосом объявила, что Дума "не учла позицию православной церкви и в великий праздник сделала такое, за что мы будем наказаны"...

Газета «Коммерсантъ» №58 от 08.04.1999, стр. 3