Примакову полеты противопоказаны
Чем ближе 15 апреля — голосование в Думе по импичменту Бориса Ельцина — тем напряженнее ситуация в треугольнике Кремль--Белый дом--Охотный ряд. Основные участники этого политического действа уже не ограничиваются закулисными маневрами. Их встречи друг с другом и выступления перед самыми широкими аудиториями проходят фактически каждый день. Именно поэтому Евгений Примаков не полетел вчера в Киев. Премьер решил не покидать Москву в то время, когда он может стать разменной монетой в деле об импичменте.

На этой неделе слухи о неизбежной отставке Евгения Примакова становились все более настойчивыми. Дело в том, что уход премьера предусматривается силовым методом недопущения импичмента. Это пролог к роспуску Думы, которая не собирается утверждать практически никакую новую кандидатуру на пост премьера. Правда, после начала процедуры импичмента депутатов распускать нельзя. Но, если Верховный или Конституционный суды прекратят процедуру, то роспуск Думы становится возможным. Кроме того, по неофициальной информации, ближайшее окружение Бориса Ельцина — прежде всего Татьяна Дьяченко — продолжает уговаривать президента уволить Примакова. В ту же игру играет и Юрий Лужков, его цель — нейтрализовать Примакова как возможного конкурента на президентских выборах. А для этого его нужно лишить премьерского кресла.
Улетать при таких обстоятельствах в Киев, в котором 7-9 апреля должны были пройти заседания российско-украинской межправительственной комиссии, было бы для Примакова просто опасно. Как нельзя кстати с ним приключился приступ радикулита. Вчера он с трудом сделал несколько шагов от своего кабинета до зала заседаний правительства, где провел двухчасовое совещание по развитию АПК. Остальные мероприятия были отменены. Премьер сделал исключение только для главы баварского правительства Эдмунда Штойбера. Но и его он принял в личном кабинете, а не в расположенной рядом комнате для переговоров. В результате отмена визита на Украину была обоснована недомоганием Примакова. (При этом, кстати, он лишился возможности посмотреть вчера вместе с Леонидом Кучмой матч века между киевским "Динамо" и "Баварией".)
Однако Примаков никогда не делает политических шагов только под влиянием сиюминутного настроения или даже плохого самочувствия. 23 марта он развернул самолет над Атлантикой, не долетев каких-то 2 тыс. км до Вашингтона. Тогда он крупно рисковал: могли быть сорваны переговоры с МВФ. Сейчас стало ясно, что этот маневр принес Примакову неплохие дивиденды, укрепив его позиции и в Думе, и в глазах президента. Как стало известно корреспонденту "Коммерсанта", решение о развороте над Атлантикой Примаков принял как минимум за сутки до полета, то есть в понедельник 22 марта. Более того, по неофициальной информации, об этом решении был извещен Альберт Гор, который тут же обратился в Международную организацию гражданской авиации с просьбой о выделении премьерскому самолету воздушного коридора от острова Ньюфаундленд, до которого долетел Примаков, до Москвы. Во всяком случае, руководитель его секретариата Роберт Маркарян, отвечающий в комиссии Примакова--Гора вместе с помощником Гора по национальной безопасности Леоном Фертом за экспортный контроль, даже не стал садиться 23 марта в премьерский самолет.
Постельный режим, который, если верить начальнику УПИ Игорю Щеголеву, прописан Примакову как минимум до субботы, как нельзя выгоден для премьера. Официально Примаков на несколько дней выбывает из борьбы, а значит, к нему не может быть претензий, скажем, от президента по поводу того, что он не стал уговаривать левых депутатов не голосовать 15 апреля за импичмент. 6 апреля Примаков встречался с президентом. В тот же день состоялась его встреча с Черномырдиным. Однако ни он, ни его ближайшие помощники на этой неделе ни разу не встречались с лидерами фракций Думы.
Судя по всему, Примаков хочет сделать свою роль в деле об импичменте минимальной. Он не может не поддержать президента в силу своей должности. Но и с думскими левыми он не желает ссориться, так как опирается скорее на них, чем на президента.

КОНСТАНТИН Ъ-ЛЕВИН

Газета «Коммерсантъ» №58 от 08.04.1999, стр. 3